Ритори

Сама она его закрыть, естественно, не могла. Я доступно объясняю?

Андрей кивнул, а Вадим Дмитриевич махнул рукой, мол, давай, продолжай, мы тебя слушаем.

— Если окно кто-то закрыл, в этом опять же нет никакого смысла. Зачем? Даже если девочку вытолкнули. Что это даст предполагаемому убийце?

— А может, он так следы путал, этот убийца! Ну, гипо-те-тический убийца… — не согласился полицейский.

— Это не важно. Самое главное, что с того момента я стал наблюдать за всеми людьми, находящимися на базе, и анализировать их поступки, чего не делал до этого. А также обратил внимание на тот факт, что почерки, которыми написано слово «Ритори», разные. На окне написано рукой прилежной в учёбе девочки. Каждая буковка выведена очень аккуратно. А вот на стене в спальне Маши писал мужчина, у которого почерк настолько корявый, что лучше его вообще никому не показывать.

— С такой наблюдательностью тебе надо идти работать к нам в полицию. Таких, как ты, у нас очень ценят, — встрял Вадим Дмитриевич.

— И вот благодаря этой наблюдательности, я очень быстро понял, кто участвует в этом глупом розыгрыше. Когда Олег закричал, что нужно срочно звонить в полицию, Андрей настолько молниеносно среагировал на этот крик и выхватил из кармана мобильник, как ковбой пистолет из кобуры, что это сразу же бросилось мне в глаза. А затем, конечно, я уже не удивился тому факту, что вы так быстро примчались на место происшествия.

— Вот такие мы быстрые. А чего ты хотел? Умеем отлично работать, — хохотнул полицейский со шрамом на щеке.

— Ага, я ж ничего… Не спорю. Меня больше всего удивило имя якобы погибшей девочки, которая меня потом пугала ночью и смеялась, как сумасшедшая. Уж очень оно было мудрёное. И я подумал, что кому-то очень хочется доказать, что он очень умный чувак, что только очень-очень умные люди способны до такого закрученного имени додуматься. Извини меня, Андрюха, но когда мы шли по просеке, я уже ни грамма не сомневался, что этот «гений» — ты. И даже представил тебя, только-только задумывающим этот розыгрыш.«О, как я их сделаю! — думал ты. — Они наконец-то поймут, какой я прикольный и умный чувак!».

— Это точно! — согласился Вадим Дмитриевич. — Наш Андрей — мужик не промах, а мозгов маловато. Скажи мне, Андрюха, нахрена ты положил у меня в домике у всех на виду коробку с салютом и петарды? Ты же сразу выдал себя с потрохами.

— Я хотел, чтоб мы, как только розыгрыш закончится, это дело хорошенько отметили. Попили бы шампанское под звуки салюта и разрывающихся петард, — смущенно сказал Андрей.

— Вот же не человек, а сплошная умная голова. Шампанское спрятал, а петарды с салютом выставил всем на обозрение.

— Что ты понимаешь! — возмутился Андрей. — Я боялся, что Машка до шампанского доберется. Дети — они ж любопытные, всё им интересно потрогать, попробовать. Что ты, ребёнком не был?

— Был, — вздохнул Вадим Дмитриевич. — Вот из-за такого поганого любопытства шрам от петарды у меня на щеке и остался. Я зажёг её и кинул. Она упала и не бабахнула. Я её поднял и дунул в неё разочек, ну, чтоб она разгорелась…

— И что?

— И ничего хорошего…

— Ладно, проехали, — обиженно произнёс Андрей. — Вы мне объясните, кто написал записку, и куда Машка делась?

— Маша, скорее всего, давно уже сидит дома, — сказал Михаил. — И отвёз её туда Иосиф, который, каким-то образом, видать, подслушал твои разговоры с друзьями-полицейскими. И догадался про розыгрыш. Иосиф сам едва не погиб из-за этой дурацкой шутки, он же реально чуть не захлебнулся в том подвале. И поэтому, наверное, решил вас проучить и повернул этот розыгрыш против вас самих.

— Чёрт! Как я об этом не догадался! — вскрикнул Вадим Дмитриевич. — Я почему-то думал, что записка это — твоих рук дело. Ха! Получается, что этот подлец Иосиф в данный момент старательно запугивает Антона и Игоря своим больным сердцем, которое у него совершенно не болит. Вот кто умник-то настоящий!

Михаил засмеялся вместе с Вадимом Дмитриевичем. И только Андрей на это никак не среагировал.

Иосиф, высунув язык, лежал на земле с закрытыми глазами, по его подбородку текли слюни. Он осторожно приоткрыл один глаз и увидел следующую картину. Игорь и Антон, стоя на коленях, склонились к нему с двух сторон. В глазах Игоря плескался ужас.

— Нет! Почему — я?! — закричал он.

— Ты, а кто же ещё?! — толкнул его в плечо Антон.

— Сам давай! — Игорь замотал головой (Иосиф к этому моменту успел закрыть свой любопытный глаз). — Не буду я ему делать искусственное дыхание, даже не проси!

— Я, как старший по званию, тебе приказываю! — заорал на Игоря Антон.

— У-у! — завыл Игорь и, не вытирая слюны с подбородка Иосифа, выдохнул воздух из своего рта в его рот. Иосиф при этом не растерялся, крепко обнял его и поцеловал в засос.

Игорь еле вырвался из крепких объятий Иосифа.