Никогда в истории нашего мира не существовало цивилизации, подобной нынешней, которая находилась бы так близко от уничтожения и едва избежала его всего лишь два месяца назад. В эти события были вовлечены мой друг и коллега Джефферсон Колер, и я. Никогда за все годы существования Земли не простиралась такая тень смерти над всем человечеством…
Добавить в моё избранное
37 мин, 46 сек 2577
Колер не объяснял мне происходящего вплоть до самого конца; только тогда я узнал, как близко от смерти мы находились и понял все предыдущие необъяснимые маневры Колера.
События, о которых я повествую, начались для меня летом 1940-го года. Колер только что возвратился из экспедиции по Аравии и попросил меня остановиться в его поместье в Севернфорде, поскольку хотел показать мне «нечто любопытное, что он откопал в Аравийской пустыне». Поскольку у меня не было никаких важных и срочных дел, я немедленно приехал. Предлагая мне войти, Колер затем вышел из комнаты, чтобы принести свой трофей. Он возвратился через несколько минут.
Было бы банально и неверно сказать, что вещь тогда показалась мне значительной и пугающей: её аномалия была только в её непонятности. Она выглядела почти прямоугольной, стеклянной или кристаллической коробкой тусклого зеленоватого цвета. Одна из особенностей коробки заключалась в отсутствии шва или скважины под ключ; так что если это всё-таки была на самом деле коробка, то следовало ещё найти способ как открыть её. То, что это был простой декоративный объект, казалось невероятным, поскольку по нашим стандартам в любом случае он не был привлекательным. Видя всё это, я смотрел на Колера, безмолвно выражая свои мрачные предчувствия.
— Я столь же смущен, как и вы, — сказал он, — не только относительно назначения этой коробки, но и относительно материала, из которого она сделана. На первый взгляд материал напоминает флюорит, и, если бы не его тусклый цвет, то можно было бы подумать, что это чистый диоптаз; но мои химические тесты доказывают, что это ни то, ни другое. Это, конечно, в своём роде кристалл, но в нём, кажется, мало или вообще нет никаких земных элементов.
— Мой дорогой друг, — воскликнул я, — вы должны показать его институту археологии!
Я имел в виду Королевский Археологический Институт Великобритании и Ирландии.
— Такая находка!
— Нет, Коллинз, нет, — ответил он, — моя репутация слишком сомнительна. Они подумают, что это обман или какой-то хитрый розыгрыш с моей стороны. Я попадал в аналогичные ситуации и раньше, результатом всегда было то же самое.
Он говорил с тоскливым сарказмом, вспоминая своё прошлое.
— Но всё же как вы нашли его? — поинтересовался я.
— В этом ещё одна странность! Наша экспедиция исследовала несколько странных руин из колонн (возможно, хотя и не уверен, что это был «мифический Ирем, Город Столпов» Аль-Хазреда), и случилось так, что, когда я в одном месте копал лопаткой, земля подо мной внезапно провалилась, и я упал в какую-то узкую яму. Я пролетел примерно двадцать футов, и, наконец, приземлился на какой-то песчаный пол. Тогда моё падение, должно быть, и выявило этот кристалл, поскольку я тогда увидел, что он лежал рядом со мной, всё ещё наполовину погружённый в землю. Некоторые из моих людей, которые видели, как я упал, бросили мне верёвку, и я поднялся из ямы, захватив эту вещь с собой.
Эта вещица была, как рассказывал Колер, любопытной, но не такой уж необычной. Когда я спросил его, что он планирует делать с коробкой, тот ответил: — Не знаю, Коллинз, я не знаю. В настоящее время нет ничего, что я могу сделать с ней, кроме как выяснить из чего она изготовлена и каково её назначение.
— Один момент, Колер, — внезапно воскликнул я. Я только тогда вспомнил то, что вычитал в некоторых тайных книгах. Я прочёл не так много книг в отличие от Колера, но всё же достаточно.
— Разве это не может быть Сияющим Трапецоэдром Блейка? — предположил я.
— Я тоже думал об этом, Коллинз, но сейчас отбросил такую гипотезу. Вспомните что Блейк говорил о Сияющем Трапецоэдре: это — многогранный кристалл или «пылающий камень» в«открытом ящике из желтоватого металла». Теперь, в дополнение к тому факту, что у нашей коробки нет скважины, всё, что мы имеем — простую кристальную коробку или, возможно, просто цельный кусок кристалла. В любом случае это не Сияющий Трапецоэдр.
Колер уставился на коробку, как будто загипнотизированный, и мой пристальный взгляд тоже остановился на ней. Не свойства кристалла делали эту коробку странной, но бросающееся в глаза отсутствие какого-либо назначения. Я испытываю желание написать, что даже тогда она излучала миазмы чужеродного происхождения, но не могу с определённостью доказать, было ли это на самом деле или просто такое чувство возникло из-за моей несовершенной памяти и того, что я узнал позже. Вещь была странной, но не более того; ужасы последуют позже.
Исследование и публикация историко-археологического отчета о римских руинах в Уэльсе удерживали меня почти постоянно занятым в течение целой недели после моего визита к Колеру. И в самом деле прошла неделя, когда Колер вновь вызвал меня, сообщив, что в изучении его находки наметился новый прогресс. Тем утром я только что завершил свою работу и был рад, что просьба Колера подоспела в такое подходящее время.
События, о которых я повествую, начались для меня летом 1940-го года. Колер только что возвратился из экспедиции по Аравии и попросил меня остановиться в его поместье в Севернфорде, поскольку хотел показать мне «нечто любопытное, что он откопал в Аравийской пустыне». Поскольку у меня не было никаких важных и срочных дел, я немедленно приехал. Предлагая мне войти, Колер затем вышел из комнаты, чтобы принести свой трофей. Он возвратился через несколько минут.
Было бы банально и неверно сказать, что вещь тогда показалась мне значительной и пугающей: её аномалия была только в её непонятности. Она выглядела почти прямоугольной, стеклянной или кристаллической коробкой тусклого зеленоватого цвета. Одна из особенностей коробки заключалась в отсутствии шва или скважины под ключ; так что если это всё-таки была на самом деле коробка, то следовало ещё найти способ как открыть её. То, что это был простой декоративный объект, казалось невероятным, поскольку по нашим стандартам в любом случае он не был привлекательным. Видя всё это, я смотрел на Колера, безмолвно выражая свои мрачные предчувствия.
— Я столь же смущен, как и вы, — сказал он, — не только относительно назначения этой коробки, но и относительно материала, из которого она сделана. На первый взгляд материал напоминает флюорит, и, если бы не его тусклый цвет, то можно было бы подумать, что это чистый диоптаз; но мои химические тесты доказывают, что это ни то, ни другое. Это, конечно, в своём роде кристалл, но в нём, кажется, мало или вообще нет никаких земных элементов.
— Мой дорогой друг, — воскликнул я, — вы должны показать его институту археологии!
Я имел в виду Королевский Археологический Институт Великобритании и Ирландии.
— Такая находка!
— Нет, Коллинз, нет, — ответил он, — моя репутация слишком сомнительна. Они подумают, что это обман или какой-то хитрый розыгрыш с моей стороны. Я попадал в аналогичные ситуации и раньше, результатом всегда было то же самое.
Он говорил с тоскливым сарказмом, вспоминая своё прошлое.
— Но всё же как вы нашли его? — поинтересовался я.
— В этом ещё одна странность! Наша экспедиция исследовала несколько странных руин из колонн (возможно, хотя и не уверен, что это был «мифический Ирем, Город Столпов» Аль-Хазреда), и случилось так, что, когда я в одном месте копал лопаткой, земля подо мной внезапно провалилась, и я упал в какую-то узкую яму. Я пролетел примерно двадцать футов, и, наконец, приземлился на какой-то песчаный пол. Тогда моё падение, должно быть, и выявило этот кристалл, поскольку я тогда увидел, что он лежал рядом со мной, всё ещё наполовину погружённый в землю. Некоторые из моих людей, которые видели, как я упал, бросили мне верёвку, и я поднялся из ямы, захватив эту вещь с собой.
Эта вещица была, как рассказывал Колер, любопытной, но не такой уж необычной. Когда я спросил его, что он планирует делать с коробкой, тот ответил: — Не знаю, Коллинз, я не знаю. В настоящее время нет ничего, что я могу сделать с ней, кроме как выяснить из чего она изготовлена и каково её назначение.
— Один момент, Колер, — внезапно воскликнул я. Я только тогда вспомнил то, что вычитал в некоторых тайных книгах. Я прочёл не так много книг в отличие от Колера, но всё же достаточно.
— Разве это не может быть Сияющим Трапецоэдром Блейка? — предположил я.
— Я тоже думал об этом, Коллинз, но сейчас отбросил такую гипотезу. Вспомните что Блейк говорил о Сияющем Трапецоэдре: это — многогранный кристалл или «пылающий камень» в«открытом ящике из желтоватого металла». Теперь, в дополнение к тому факту, что у нашей коробки нет скважины, всё, что мы имеем — простую кристальную коробку или, возможно, просто цельный кусок кристалла. В любом случае это не Сияющий Трапецоэдр.
Колер уставился на коробку, как будто загипнотизированный, и мой пристальный взгляд тоже остановился на ней. Не свойства кристалла делали эту коробку странной, но бросающееся в глаза отсутствие какого-либо назначения. Я испытываю желание написать, что даже тогда она излучала миазмы чужеродного происхождения, но не могу с определённостью доказать, было ли это на самом деле или просто такое чувство возникло из-за моей несовершенной памяти и того, что я узнал позже. Вещь была странной, но не более того; ужасы последуют позже.
Исследование и публикация историко-археологического отчета о римских руинах в Уэльсе удерживали меня почти постоянно занятым в течение целой недели после моего визита к Колеру. И в самом деле прошла неделя, когда Колер вновь вызвал меня, сообщив, что в изучении его находки наметился новый прогресс. Тем утром я только что завершил свою работу и был рад, что просьба Колера подоспела в такое подходящее время.
Страница 2 из 11
