Груз

Они вообще жили в дали от города в маленькой деревушки всего с четырьмя улицами, в которой даже не было школы. Но зато был просторный дом со всеми удобствами. Ближайшее крупное село находилось в двадцати километрах, в сторону от воинской части. Там то и была школа, а ещё больница, полиция и мэрия. Поэтому в этих местах никто не обращал внимание, сколько у кого спирта в крови.

— Подай и мне?-попросила Яна.

— Тоже будешь пиво?

Девушка кивнула и приняла из рук мужа холодную запотевшую бутылку. Она также с наслаждением прильнула к горлышку и стала пить. Солнце к этому времени поднялось довольно высоко и теперь хорошенько поджаривала их тела. Яна сходила в машину и достала из салона соломенную шляпу с широкими полями для себя и кепку для сынишки. Потом Костя снова отправился с сыном купаться, а девушка достала новую бутылку.

— Алкоголизм плохо поддаётся лечению, -заметил муж, плюхаясь рядом.

Он достал и себе бутылку и стал медленно пить, поглядывая на сына, который копался со своим совком и ведёрком возле берега. Потом его глаза стали медленно закрываться и Костя не заметил как погрузился в сон. Его от выпитого, разморило на солнышке. Проснулся же от страшного крика. Нет, это был вопль. Он буквально подскочил на месте и стал озираться. Увидел в воде Яну, которая выходила на берег, держа на руках тело сына. Сердце вдруг сильно бухнуло и замерло. Ноги стали ватными, а по спине пробежал озноб. Костя дрожа от ужаса, побежал к жене и выхватил сына и стал делать ему искусственное дыхание. Но всё было тщетно. Мальчик отказывался дышать. Пульса не было.

Уже поздно ночью в этот день, произошёл страшный скандал. Яна бросалась на мужа, обвиняя его в смерти сына. Она расцарапала ему всё лицо, но Костя тоже не оставался в стороне. Он в свою очередь, тоже винил жену за это. Потом прибыл врачь и накачал Яну успокоительным. Два дня они друг с другом не разговаривали. А когда же пришло время забирать сына, то она поехала с ним. Всё также молча, не глядя друг на друга.

Дверь морга открылась и Костя выкинул сигарету. На пороге появилось двое санитаров с бледными лицами.

(Да они сами похожи на покойников)-подумал он.

Костя поспешил открыть заднюю дверь микроавтобуса, куда оба парня и положили маленький гробик. В стороне Яна тихо всхлипнула и отвернулась. Она не могла смотреть на это зрелище и он её понимал. Кости самому тяжело было сдерживать себя, при виде того, как санитары с равнодушными лицами ложат гроб в автобус. Оба парня ушли, оставляя родителей в одиночестве со своим горем. Костя смотрел на маленький гробик и не мог поверить, что в нём лежит его сынишка, который всего два дня назад был живой и здоровый.

(А теперь его нет. Здесь только оболочка от сына, а он сейчас на небесах с Богом. Да, по другому и быть не могло)

Он очнулся от того, что громко хлопнула дверь Газели. Вздрогнул и поглядел через салон на жену. В глазах на мгновение вспыхнула ненависть к этой, кого он раньше считал своей женой и матерью. Потом усилием воли, Костя успокоился и тихо закрыл заднюю дверь. Он обошёл автобус и уселся на водительское место. Дальше делал всё на автомате. Даже не взглянув на рядом сидевшую супругу, он включил зажигание и Газель тронулась, оставляя позади мрачный морг.

Майор Синицин с угрюмым видом сидел на пассажирском сиденье и смотрел на проносящийся пейзаж. А по сути, смотреть то было не на что. Всё время тянулись одни деревья и полоса дороги. Поэтому майор погрузился в свои мысли, пытаясь строить планы, как он проведёт свой отпуск. Ему хотелось поехать куда-нибудь на море, где много солнца, но Оксана, его жена считала по другому. Она была до мозга городским обитателем и не переносила отдых на природе не в каких вариантах. Ей был лучший отдых во всяких там спа салонах, бассейне, в конце концов в бутиках. Но Валерий Синицин скучал по морю. Он помнил как его маленьким мальчиком брали родители в Сочи и какие ощущение после этого остались. Они ставили полатку прямо на берегу моря, а потом сидели почти до утра возле горящего костра. Ностальгия нахлынула на майора и он решил, во чтобы ему не стало, обязательно уговорить Оксану поехать в те самые места, где он отдыхал некогда с родителями. Да, они загрузят машину и тоже разобьют на берегу полатку и будут сидеть возле костра до утра. Хотя, он не знал, осталось ли то место, или его застроили барами, ресторанами. Из за олимпиады там сейчас происходило чёрти что. Но если того пляжика уже нет, то он обязательно найдёт другой. Благо, что юг большой.

Он извлёк из нагрудного кармана смятую пачку и щелчком выбил сигарету. Сунул в рот и закурил. Потом потянулся и открыл на половину окно. Сразу жаркий воздух ударил в лицо.

— Угостишь сигареткой?-попросил сидевший за рулём прапорщик Шляпкин.

Синицин кивнул и протянул. Тот благодарно принял и тоже закурил.

— Как ты думаешь, что мы там везём?