Мастер мне сразу не понравился: небритый; руки грязные и за всё хватается; говорит глупости, которые считает шутками; противно лыбится. И ещё заигрывает с Джессикой.
Добавить в моё избранное
25 мин, 40 сек 14083
«Почему бы тебе не установить кабельное и не убраться на том мусоровозе, который тебя привёз?»
Я стоял, скрестив на груди руки, и хмурился. Меня никто не замечал. И неважно, что устанавливали кабельное на мои деньги, что, вообще-то, я кормлю всю семью. «Папа, мы хотим кабельное ТВ. Дай денег. Спасибо, а теперь отвали».
Вот я пишу это и злюсь, но не на электрика и не на Джессику с Браяном. Я зол на себя, причём очень сильно. Всего-то и надо было: не поддаваться на уговоры и отстаивать свою позицию. Да, может, немного испортились бы отношения с семьёй, но всего этого не случилось бы. А что делать теперь?
Что мне делать теперь?
… Вот как всё произошло…
Я сидел на кухне, смотрел футбол и потягивал кофе со сливками (две ложки сахара без горки). Англичане продували финнам, причём с крупным счётом. Как такое возможно-не представляю. Но это было лишь первым из чудес.
Тут дверь открылась, и вошёл Браян.
— Привет, па, — сказал он с миной непроницаемости на лице. У парня переходный период, и он думает, что ты тем круче, чем бесстрастнее твоё лицо. Ну, не знаю, мне все эти ужимки казались скорее смешными, чем серьёзными.
— Угу. — У меня на работе выдался неприятный денёк. Хотя правильнее было бы сказать: опять выдался неприятный денёк.
Чемпионат Европы проводится раз в четыре года, и мне хотелось в спокойной обстановке насладиться футболом.
А сын хотел ко мне поприставать.
— Смотри, па.
Он протянул мне какую-то разноцветную бумажку.
В штрафной англичан сбили финна — началось разбирательства. Игроки препирались с судьёй, судья хмурил брови.
— Па! — увидев, что я не реагирую, громко сказал Браян.
— А? Что?
— Чемпионат смотришь?
А что, не видно? Браян никогда не интересовался футболом — вряд ли он пришёл, чтобы обсудить игру.
— Чего надо?
— Смурной ты какой-то.
И, прежде чем я ответил, Браян снова сунул мне под нос ту бумаженцию.
— Вот, гляди.
Бумаженция оказалась рекламным проспектом. Пока я вертел его в руках, финны забили гол.
— Ну, и что? — раздражённо сказал я, бросая проспект на стол.
— Там больше ста каналов: спорт, комедии, ужасы, телешоу…
— Где там?
— Ты рекламку-то читал? Предлагают установить кабельное телевидение «Satellite Plus». Больше ста каналов: спорт, комедии, ужасы…
— Понятно. И что, я должен дать денег?
— Да.
— Нет.
Я отвернулся и переключился на игру.
— Пап, — настойчиво сказал Браян.
— Ну?
— Ты задолжал мне подарок на ДР. Или спросить его с Санта-Клауса?
— Отстань, дай телевизор посмотреть.
— Кстати, насчёт телика: ты обещал маме починить видеодвойку в большой комнате.
— Чё ты ко мне пристал? Ты хоть знаешь, как меня мурыжили сегодня с отчётностями?
— Пап, — сказал Браян, принимая серьёзный вид, — ты обещал маме разобраться с видеодвойкой. Если она узнает, что ты соврал, тебе влетит.
— Ты как со мной разговариваешь? Кто тут, в конце концов, отец, а кто — сын?
— Па, не надо вот этих вот детских разговоров. Ты не починишь телик, мама на тебя обидится и будет потом лет пять компостировать тебе мозги твоим пустобрёхством. Ну, помнишь, как после того случая, с газонокосилкой.
Вот уж о чём я не хотел слышать, так это о даче и обо всём, что с ней связано.
Я не отрывал взгляда от экрана, мечтая перенестись к англичанам и финнам, туда, где нет моих близких родственников. Но эта мечта, конечно, была из разряда неосуществимых.
— Сколько тебе надо?
— Там же написано…
— Кошелёк в кармане куртки. Возьми сам и дай посмотреть игру.
— Угу, — копируя меня, буркнул Браян.
И ушёл, не закрыв за собой дверь.
Я терпеть не могу, когда люди ведут себя некультурно. А если они к тому же подражают мне, это меня просто бесит.
Англичане закатили в ворота финнов мяч, первый за всю игру. Естественно, этот гол я тоже пропустил.
Я встал, налил кока-колы и до конца матча просидел, стиснув стакан в руке. Больше голов не было.
А на следующий день пришёл этот мастер — вечером, когда все уже были дома. Поздоровался с Джессикой, пожал руку Браяну и сдержанно, словно с неохотой, кивнул мне. Мне это не понравилось. И я ушёл на кухню смотреть хоккей.
— Ого! Что вы сделали с несчастной видеодвойкой! — крикнул электрик так громко, что наверняка услышали и на последнем этаже…
Потом он стал заигрывать с Джессикой, рассказывая ей разные байки.
— А вам все эти разговоры не мешают? — спросил я, нависая над ним, как утёс над морем.
Мастер возился с какими-то проводами.
— Нет, — сказал он беззаботно. — У вас есть что-нибудь горло промочить?
Я стоял, скрестив на груди руки, и хмурился. Меня никто не замечал. И неважно, что устанавливали кабельное на мои деньги, что, вообще-то, я кормлю всю семью. «Папа, мы хотим кабельное ТВ. Дай денег. Спасибо, а теперь отвали».
Вот я пишу это и злюсь, но не на электрика и не на Джессику с Браяном. Я зол на себя, причём очень сильно. Всего-то и надо было: не поддаваться на уговоры и отстаивать свою позицию. Да, может, немного испортились бы отношения с семьёй, но всего этого не случилось бы. А что делать теперь?
Что мне делать теперь?
… Вот как всё произошло…
Я сидел на кухне, смотрел футбол и потягивал кофе со сливками (две ложки сахара без горки). Англичане продували финнам, причём с крупным счётом. Как такое возможно-не представляю. Но это было лишь первым из чудес.
Тут дверь открылась, и вошёл Браян.
— Привет, па, — сказал он с миной непроницаемости на лице. У парня переходный период, и он думает, что ты тем круче, чем бесстрастнее твоё лицо. Ну, не знаю, мне все эти ужимки казались скорее смешными, чем серьёзными.
— Угу. — У меня на работе выдался неприятный денёк. Хотя правильнее было бы сказать: опять выдался неприятный денёк.
Чемпионат Европы проводится раз в четыре года, и мне хотелось в спокойной обстановке насладиться футболом.
А сын хотел ко мне поприставать.
— Смотри, па.
Он протянул мне какую-то разноцветную бумажку.
В штрафной англичан сбили финна — началось разбирательства. Игроки препирались с судьёй, судья хмурил брови.
— Па! — увидев, что я не реагирую, громко сказал Браян.
— А? Что?
— Чемпионат смотришь?
А что, не видно? Браян никогда не интересовался футболом — вряд ли он пришёл, чтобы обсудить игру.
— Чего надо?
— Смурной ты какой-то.
И, прежде чем я ответил, Браян снова сунул мне под нос ту бумаженцию.
— Вот, гляди.
Бумаженция оказалась рекламным проспектом. Пока я вертел его в руках, финны забили гол.
— Ну, и что? — раздражённо сказал я, бросая проспект на стол.
— Там больше ста каналов: спорт, комедии, ужасы, телешоу…
— Где там?
— Ты рекламку-то читал? Предлагают установить кабельное телевидение «Satellite Plus». Больше ста каналов: спорт, комедии, ужасы…
— Понятно. И что, я должен дать денег?
— Да.
— Нет.
Я отвернулся и переключился на игру.
— Пап, — настойчиво сказал Браян.
— Ну?
— Ты задолжал мне подарок на ДР. Или спросить его с Санта-Клауса?
— Отстань, дай телевизор посмотреть.
— Кстати, насчёт телика: ты обещал маме починить видеодвойку в большой комнате.
— Чё ты ко мне пристал? Ты хоть знаешь, как меня мурыжили сегодня с отчётностями?
— Пап, — сказал Браян, принимая серьёзный вид, — ты обещал маме разобраться с видеодвойкой. Если она узнает, что ты соврал, тебе влетит.
— Ты как со мной разговариваешь? Кто тут, в конце концов, отец, а кто — сын?
— Па, не надо вот этих вот детских разговоров. Ты не починишь телик, мама на тебя обидится и будет потом лет пять компостировать тебе мозги твоим пустобрёхством. Ну, помнишь, как после того случая, с газонокосилкой.
Вот уж о чём я не хотел слышать, так это о даче и обо всём, что с ней связано.
Я не отрывал взгляда от экрана, мечтая перенестись к англичанам и финнам, туда, где нет моих близких родственников. Но эта мечта, конечно, была из разряда неосуществимых.
— Сколько тебе надо?
— Там же написано…
— Кошелёк в кармане куртки. Возьми сам и дай посмотреть игру.
— Угу, — копируя меня, буркнул Браян.
И ушёл, не закрыв за собой дверь.
Я терпеть не могу, когда люди ведут себя некультурно. А если они к тому же подражают мне, это меня просто бесит.
Англичане закатили в ворота финнов мяч, первый за всю игру. Естественно, этот гол я тоже пропустил.
Я встал, налил кока-колы и до конца матча просидел, стиснув стакан в руке. Больше голов не было.
А на следующий день пришёл этот мастер — вечером, когда все уже были дома. Поздоровался с Джессикой, пожал руку Браяну и сдержанно, словно с неохотой, кивнул мне. Мне это не понравилось. И я ушёл на кухню смотреть хоккей.
— Ого! Что вы сделали с несчастной видеодвойкой! — крикнул электрик так громко, что наверняка услышали и на последнем этаже…
Потом он стал заигрывать с Джессикой, рассказывая ей разные байки.
— А вам все эти разговоры не мешают? — спросил я, нависая над ним, как утёс над морем.
Мастер возился с какими-то проводами.
— Нет, — сказал он беззаботно. — У вас есть что-нибудь горло промочить?
Страница 1 из 8
