За окном слышны громкие крики пролетающих над домом ворон. Такое явление считают предвестником чьей-то скорой смерти, но, как известно, это всего лишь глупые суеверия. Тем не менее, многим людям это внушает страх.
Добавить в моё избранное
37 мин, 25 сек 9432
У неё ещё будет время испугаться, а сейчас следует подумать над всем этим более осмысленно, поразмыслить о непосредственной реальности окружающих вещей, мира, в котором она находится, либо его полнейшей выдуманности, которой он, по сути, и является, при этом оставаясь вполне себе настоящим, со своими правилами, обстановкой и последовательностью происходящих событий. Несмотря на то, что случилось, поверить в действительность было довольно сложно, учитывая, что всё подвластно объяснению со стороны науки, а перемещение в книгу выглядит скорее как заманчивый сюжет к какому-нибудь фантастическому фильму, нежели как явление, имеющее возможность произойти в реальной жизни. Всё напоминало чрезмерно длинный ночной кошмар, от которого невозможно проснуться, настолько реалистичным он кажется.
Спустя пару минут, наполненных бесчисленным множеством пугающих догадок, появляющихся в голове за счет всё той же глубокой тишины вокруг, Джейн, подметив, что от этого начинает болеть голова, пришла к выводу, что всё, происходящее вокруг, с вероятностью в 50%, действительно является мнимой реальностью, в которую она случайно переместилась, как бы глупо или невозможно ни звучала её теория. Остальные же 50 занимали одни только сомнения по поводу того, насколько разумно считать иначе, чем есть на самом деле.
Но, даже если так, как понять, что то место, где она сейчас, реально?
Допустим, можно ущипнуть себя за чувствительную часть тела, чтобы удостовериться в своей правоте, как при желании избавиться от страшного сна, приводя себя в чувство физически испытанными ощущениями.
Так Джейн, собственно, и поступила, мимолетно вспомнив собственное прошлое, хотя кошмары ей никогда не снились.
Неприятная боль тонкими нитями прошла по внутренней стороне руки, у сгиба локтя. Это реальность, либо просто слишком похожая на неё иллюзия, вызванная прочтением чего-то ещё ранее, что произвело слишком сильное воздействие на её психику, на самом деле она уже давно сошла с ума и доставлена куда надо, а боль, испытанная несколько секунд назад, являлась обыденными последствиями введения в кровь необходимой дозы успокоительного, в действительно реальном мире.
Проблема в том, что Джейн не знает, к чему склоняется больше.
Она прошла вглубь тёмной комнаты, туда, куда свет из окна не мог дотянуться даже при всей своей яркости, которая начала куда-то исчезать, видимо, на небо наползают более тяжёлые тучи, что немного некстати.
Всё мрачно и жутко, отчего хочется кричать и одновременно не издавать ни звука, не допустить и скрипа старой половицы, как будто бы это могло повлечь за собой что-то ужасное, но тишина, находившаяся повсюду, как материальное составляющее воздуха, сотканное из выдуманной опасности, переживаний и негативных эмоций, скопившихся за прошедшие годы, кажется, в каждом квадратном сантиметре этого дома, давит чересчур сильно, отчего справиться с ощутимой внутренней дрожью становится невозможно. Джейн очень не хочется продолжать свой путь в темноту, которая явно таит в себе множество пугающих и таинственных событий, но другого пути нет, в тот коридор она не намерена возвращаться, хотя каковы шансы на то, что следующий будет менее запутанным?
Справа от неё находится широкий стол, явно рассчитанный на множество гостей, на котором сейчас относительно пусто, и только корзинки с давно засохшими цветами, служащими в своё время украшением обеда, мрачно стояли на нем, символизируя раннее или позднее окончание жизни. Картин здесь, кажется, нет, за исключением совместного портрета какой-то пары, висящего над камином, который, видимо, давно не расчищали, судя по кучке чёрного пепла, неровно просыпавшегося за пределы источника тепла. Девушка приблизила подсвечник к полотну, желая рассмотреть его тщательнее, и надеясь не поджечь паутину, которая, как будто, была везде.
Размытые силуэты мужчины и женщины, которые стояли достаточно близко друг к другу, подталкивали предположить, что они, как минимум, пара, о чем как раз и свидетельствовала длинная узкая табличка ниже, на которой значилось: «Хозяин одноимённого поместья — граф Ференц Иден — с супругой». Имя его жены, что странно, указано не было.
Джейн, решившая не вдаваться в историю поместья, не предала этому особого значения, перемещая взгляд ниже.
На мраморной каминной полке, что потемнела со временем, стоят небольшие часы, с заметным слоем пыли на циферблате и давно застывшими на одном месте стрелками, окружённые тонкой сеточкой паучьей паутины, которая опутывает каждую мелкую вещь вокруг, а рядом с ними, кажется, можно заметить статуэтку балерины, картинно прижавшей руки к груди, стоящую на какой-то платформе. Джейн не могла поверить своим глазам.
Перед ней была утонченная механическая фигурка, замершая в ожидании момента, когда повернётся ключик в музыкальной шкатулке снизу, и ей будет позволено танцевать. Помнится, она уже где-то видела такую, вот, только, где…
Спустя пару минут, наполненных бесчисленным множеством пугающих догадок, появляющихся в голове за счет всё той же глубокой тишины вокруг, Джейн, подметив, что от этого начинает болеть голова, пришла к выводу, что всё, происходящее вокруг, с вероятностью в 50%, действительно является мнимой реальностью, в которую она случайно переместилась, как бы глупо или невозможно ни звучала её теория. Остальные же 50 занимали одни только сомнения по поводу того, насколько разумно считать иначе, чем есть на самом деле.
Но, даже если так, как понять, что то место, где она сейчас, реально?
Допустим, можно ущипнуть себя за чувствительную часть тела, чтобы удостовериться в своей правоте, как при желании избавиться от страшного сна, приводя себя в чувство физически испытанными ощущениями.
Так Джейн, собственно, и поступила, мимолетно вспомнив собственное прошлое, хотя кошмары ей никогда не снились.
Неприятная боль тонкими нитями прошла по внутренней стороне руки, у сгиба локтя. Это реальность, либо просто слишком похожая на неё иллюзия, вызванная прочтением чего-то ещё ранее, что произвело слишком сильное воздействие на её психику, на самом деле она уже давно сошла с ума и доставлена куда надо, а боль, испытанная несколько секунд назад, являлась обыденными последствиями введения в кровь необходимой дозы успокоительного, в действительно реальном мире.
Проблема в том, что Джейн не знает, к чему склоняется больше.
Она прошла вглубь тёмной комнаты, туда, куда свет из окна не мог дотянуться даже при всей своей яркости, которая начала куда-то исчезать, видимо, на небо наползают более тяжёлые тучи, что немного некстати.
Всё мрачно и жутко, отчего хочется кричать и одновременно не издавать ни звука, не допустить и скрипа старой половицы, как будто бы это могло повлечь за собой что-то ужасное, но тишина, находившаяся повсюду, как материальное составляющее воздуха, сотканное из выдуманной опасности, переживаний и негативных эмоций, скопившихся за прошедшие годы, кажется, в каждом квадратном сантиметре этого дома, давит чересчур сильно, отчего справиться с ощутимой внутренней дрожью становится невозможно. Джейн очень не хочется продолжать свой путь в темноту, которая явно таит в себе множество пугающих и таинственных событий, но другого пути нет, в тот коридор она не намерена возвращаться, хотя каковы шансы на то, что следующий будет менее запутанным?
Справа от неё находится широкий стол, явно рассчитанный на множество гостей, на котором сейчас относительно пусто, и только корзинки с давно засохшими цветами, служащими в своё время украшением обеда, мрачно стояли на нем, символизируя раннее или позднее окончание жизни. Картин здесь, кажется, нет, за исключением совместного портрета какой-то пары, висящего над камином, который, видимо, давно не расчищали, судя по кучке чёрного пепла, неровно просыпавшегося за пределы источника тепла. Девушка приблизила подсвечник к полотну, желая рассмотреть его тщательнее, и надеясь не поджечь паутину, которая, как будто, была везде.
Размытые силуэты мужчины и женщины, которые стояли достаточно близко друг к другу, подталкивали предположить, что они, как минимум, пара, о чем как раз и свидетельствовала длинная узкая табличка ниже, на которой значилось: «Хозяин одноимённого поместья — граф Ференц Иден — с супругой». Имя его жены, что странно, указано не было.
Джейн, решившая не вдаваться в историю поместья, не предала этому особого значения, перемещая взгляд ниже.
На мраморной каминной полке, что потемнела со временем, стоят небольшие часы, с заметным слоем пыли на циферблате и давно застывшими на одном месте стрелками, окружённые тонкой сеточкой паучьей паутины, которая опутывает каждую мелкую вещь вокруг, а рядом с ними, кажется, можно заметить статуэтку балерины, картинно прижавшей руки к груди, стоящую на какой-то платформе. Джейн не могла поверить своим глазам.
Перед ней была утонченная механическая фигурка, замершая в ожидании момента, когда повернётся ключик в музыкальной шкатулке снизу, и ей будет позволено танцевать. Помнится, она уже где-то видела такую, вот, только, где…
Страница 5 из 11
