Предисловие Уэса Крэйвена… Я познакомился с Робертом Инглундом, когда искал актера на роль моего сверхзлодея, Фредди Крюгера, в фильм «Кошмар на улице Вязов». На тот момент у меня еще не было четкого представления о том, как Фредди должен выглядеть, звучать и даже действовать. Я просто хотел, чтобы он был злобным — и умным. Дьявол — не глупец. Именно это делает его страшным.
Добавить в моё избранное
8 мин, 31 сек 9131
Тот фильм тяжело нам дался — во время съемок мы случайно разлили огромное количество искусственной крови, да еще один из ассистентов оператора целых три раза за время съемок получил удар электрическим током. И если бы Роберт не прихватил предусмотрительно с собой десяток с лишним блоков сигарет «Марльборо» из Штатов — я не знаю, удалось ли бы мне закончить фильм, сохранив при этом рассудок.
В пантеоне культовых персонажей хоррора есть Франкештейн, Дракула, Майкл Майерс, есть мой главный монстр Кожаное Лицо — и есть Фредди Крюгер. Фредди по праву занимает центральное место в «Зале славы обделавшихся от страха зрителей» — и по большому счету, главная заслуга в этом принадлежит Роберту. Большинство из вымышленных монстров кинематографа скрыты под масками и неузнаваемы без них, а Роберт — вот он, его лицо открыто миру, там только волдыри от ожогов, и все. Есть лишь немногие люди, о которых можно говорить с таким почтением — это Борис Карлофф, Бела Лугоши, Лон Чейни — и Роберт Инглунд. Я горд, что эта шаровая молния иногда озаряла своим присутствием съемочные площадки моих фильмов. И я с нетерпением жду следующей возможности поработать с ним — чтобы в моем банке памяти стало больше воспоминаний, связанных с Робертом Инглундом.
В пантеоне культовых персонажей хоррора есть Франкештейн, Дракула, Майкл Майерс, есть мой главный монстр Кожаное Лицо — и есть Фредди Крюгер. Фредди по праву занимает центральное место в «Зале славы обделавшихся от страха зрителей» — и по большому счету, главная заслуга в этом принадлежит Роберту. Большинство из вымышленных монстров кинематографа скрыты под масками и неузнаваемы без них, а Роберт — вот он, его лицо открыто миру, там только волдыри от ожогов, и все. Есть лишь немногие люди, о которых можно говорить с таким почтением — это Борис Карлофф, Бела Лугоши, Лон Чейни — и Роберт Инглунд. Я горд, что эта шаровая молния иногда озаряла своим присутствием съемочные площадки моих фильмов. И я с нетерпением жду следующей возможности поработать с ним — чтобы в моем банке памяти стало больше воспоминаний, связанных с Робертом Инглундом.
Страница 3 из 3
