Чёрный агат лотоса

Мне было очень плохо, просто отвратительно, это чувство съедало все мои силы и нервы. Это похоже на то, что чувствует наркоман, в период ломки, ему нужно только одно, что бы прекратить страдания и мучения. Я знал, что я должен сделать, чтобы избавиться от этого. Я должен пригласить её хотя бы на чашечку кофе. В ту ночь я долго умолял ЕГО, стоя на коленях, исполнить моё желание.

— Я не прошу бессмертия, не миллиона евро, не шикарного особняка, не должности президента, я прошу лишь одного, — чтобы Мустафаева Эльнара, влюбилась в меня на иву, а не во сне и мы были вместе. Пускай завтра утром это желание исполнится, и я больше не о чём тебя не попрошу. Сделай хоть раз, что-то для своего верного раба.

Разве я не заслужил, хоть немного счастья?

Наступило утро. Она стояла перед столом, смотрела записи в тетради, рядом сидела её подруга. На ней был одет облегающий, чёрный свитер D&G, с кожаными карманами впереди. Я подошёл к ней и сказал: «Эльнара, мне нужно поговорить с тобой».

Где? Здесь?

Нет, наедине, иди за мной. Не бойся я не маньяк.

Она слегка засмеялась.

Мы вышли в коридор. Справа у окна стояло три человека из параллельной группы.

Ты догадываешься, о чём я хочу с тобой поговорить?

Что-то случилось? — на её лице отразился испуг.

Я просто хотел сказать, что ты нежна как лепесток лотоса, тверда, как агат, а волосы твои чёрные, как полярная ночь. Ты настоящий чёрный агат лотоса. Я бы был очень признателен, если ты согласишься со мной встретится… Выпить чашечку кофе.

На её лице появился лёгкий румянец.

Приятно это слышать, — сказала она — но я не могу.

«Да дела мои плохи, очень плохи, — подумал я — единственное, что я хотел услышать: Конечно, я приду». Но чисто из любопытства я спросил: «А почему?»

И тут воцарилась тишина, как я полагаю она думала, чтобы такое придумать и сказало то, что не давало мне никаких шансов для продолжения разговора.

— У меня есть парень. И я думаю, ему это не понравится.

Парень, это не муж. Я её ничуточку не заинтересовал, иначе она согласилась бы выпить не к чему не обязывающую чашечку кофе.

Теперь я знаю, что вёл себя, как жалкий слабак, неудачник и я ВСЁ сказал неправильно, но меня никто не учил Pick-upу или искусству соблазнения, но мои слова были искренни и исходили от чистого сердца.

— Я всё понял — сказал я, вкладывая в каждое слово смысл известный только мне.

— Повезло, этому парню — добавил я и пошёл в класс.

Жизнь разбивает все надежды и мечты. Я не заслужил счастья. Воплощение идеала женской красоты, оставила меня, даже не дав шанса. Но, что самое обидное, он не исполнил моего желания. И я понял почему. Потому что его нет и никогда не было… А я был глупцом и верил в эту иллюзию. Не было не пророков, не спасителей. Все священные книги — это красивая, царская ложь. А верующие это бедные, обманутые люди, они верят в эту чушь. Они бояться узнать правду. Ужасную правду. Я был слепым, а сейчас прозрел. Разве я не заслужил счастья? Разве это справедливо, что жестоко гибнут хорошие люди, а подлецы остаются жить, всюду смерть и хаус, дети гибнут от рук террористов. А ребёнок остаётся без отца, наедине с матерью алкоголичкой и её друзьями пьяницами и быдлами. Жизнь страданье. Как же милосердный мог такое допустить? Да никак, его НЕТ!

Я выкинул всю свою литературу и молитвенники о нём, а также три «святых» иконы: Иисуса, Богоматерь и Серафима Саровского. Я больше ни чту не святых, ни чертей. В нарисованном стакане с водой, куда больше правды, чем в этих изображениях. Теперь я чужой, для пустых и холодных небес. Я ненавижу то, что я сказал, но это правда.

Летом, после экзаменов группы расформировали, студентов перемешали и составили новые группы. Я специально посуетился и оказался в другой группе, что бы ни видеть её. Хотя я всё равно её очень, очень сильно люблю. Но жизнь продолжалась и теперь, я шел против ветра, я шёл напролом в мире сильных людей. Я верил только в себя и не надеялся не на чью помощь. Я ненавижу «святую ложь». Мир иллюзий исчез. Спустя некоторое время я встретил мою вторую любовь. Инну…

Андрей медленно шёл по пустынным улицам. Солнце было в самом зените и ярко освещало чёрный асфальт. Он шёл вперёд, один среди небоскребов и многоэтажек, один одинешенек, идя вдоль белой разделительной полоске шоссе. Двигался он не спеша, с высоко поднятой головой и вытянутым вперёд подбородком, со свинцовой тоской на душе, потерявши всё и всех и утративши веру. На него нахлынуло чувство, которое испытывают люди в момент отчаянья. Он знал, что значит потерять. Но шёл он гордо подняв голову, шагая вперёд. И внезапно он остановился. Глубоко внутри появилось волнение, а затем невероятная радость, чувство, которое с каждой секундой всё росло и росло и становилось всё сильнее и сильнее. Он улыбался. Как приятно. На глазах стали наварачиватся слёзы.