Мурамаса

Ну что ж, это ей на руку. Она незаметно повернула щеколду на двери и засунула руку в карман, сжимая оружие.

Все произошло быстро. Одно резкое движение и лезвие обнажено, мерцая сталью в свете раздражающе-яркой лампы и отражаясь в расширившихся и испуганных глазах ее непутевого бывшего.

— Сайонара, — прошептали ее губы, исказившись в улыбке, перед тем как нанести удар в спину отчаянно попытавшегося сбежать Миши.

«Все тщетно, мой милый. Бесполезно», — пронеслось в ее голове после еще нескольких контрольных ударов, чтобы наверняка. Ее рука не дрогнула ни на секунду. Кровавый туман все так же застилал ее обзор, рождая причудливые образы на грани бредового сна и реальности. А может это кровь попала ей на веки?

Она попыталась стереть ее рукой, но сделала только хуже — руки тоже были в крови и в результате красная жидкость размазалась по лицу.

Слезы, смешавшись с кровью, бежали по ее щекам. Простая физическая реакция. Было ли ей жаль? Нет, но и удовольствия она не испытала. Это было похоже на каждодневную рутину. Встал со звоном раздражающего будильника, умылся, почистил зубы… Что-то в этом духе. Скучно и обыденно. Совсем не так, как в первый раз.

Это ни с чем не сравнимое чарующее чувство адреналина, текущего в крови… Она хотела испытать это еще хотя бы раз.

Словно во сне Марго поднимает лезвие и проводит по нежной коже на руке, аккуратно, едва касаясь. Но лезвие настолько острое, что даже этого прикосновения достаточно, чтобы разрезать тонкую кожу девушки. Марго слегка шипит и щурится от легкой боли, но она быстро смешивается с другим чувством — более темным и глубоким, каким-то ненормальным извращенным удовольствием. Ей нравится это и она проводит лезвием по своей левой руке еще раз. Алая кровь стекает из ран, и Марго чувствует, как ее щеки горят лихорадочным румянцем, а в сердце зажигается кроваво-темный огонек давно позабытой страсти.

Она легко проводит кайкэном по внешней и внутренней стороне своих бедер и чувствует такое возбуждение, какое не испытывала никогда в своей жизни. Ее ноги подгибаются от яркой пронзительности ощущений и эмоций, и девушка опускается на пол, так как ноги отказываются держать ее в вертикальном положении. Она присаживается поудобнее, облокотившись о стену, и осторожно, едва прикасаясь, нежно проводит острым лезвием от ложбинки между грудей до пупка. Одежда разрезается легко, на теле остаются легкие кровоточащие царапины, ее кожа словно в огне. Чувства накаляются, воздух вокруг нее становится невыносимо горячим. Она опускает Мурамасу немного ниже и изгибается в ярчайшем чувственном экстазе, в резкой сладостной дуге. Хрипло стонет, не сдерживаясь. Чувства накрывают ее с головой, словно горячая волна, на некоторое время лишая ее каких-либо мыслей. В голове Марго блаженная пустота в кровавом тумане, ее тело расслабленно лежит на полу, пока она бессмысленно смотрит в серый потолок, медленно приходя в себя.

Спустя некоторое время она поднимается на ноги и смотрит на лицо лежащего неподалеку остывающего трупа.

На лице парня так и застыла в предсмертной агонии маска непередаваемого ужаса. Искорки жизни потухли в его тусклых зрачках, напоминая о глазах дохлой рыбы. Девушка закрыла его веки.

«Покойся вечным сном», — она осторожно, словно боясь его разбудить, наклоняется и целует его в лоб. Ее последний, прощальный поцелуй.

Марго заходит в душевую кабинку и смывает с себя кровь. Берет надоевшую косу в руку и отрезает ее Мурамасой, а потом красит свои волосы. В ярко-красный. Зачем? Ей всегда хотелось избавиться от противно-серого оттенка своих волос. Ей всегда хотелось чего-то красочного. Возможно, тогда ее жизнь не была бы такой тусклой, серой и скучной.

Марго смотрит, как смешивается с водой красная краска, исчезая в водостоке. Высушивает волосы феном. Смотрит на себя в зеркало. Ее волосы блестят на свету ламп алым, как свернувшаяся кровь. Ей определенно идет.

Девушка выходит обнаженная из ванной комнаты и начинает рыться в вещах парня. Находит в глубине шкафа странный сверток.

«Интересно, что это?» — думает она и открывает находку. И ахает.

Перед ней оказывается удивительной красоты кроваво-вишневое кимоно из натурального шелка.

Невероятной красоты вещь, которую она вряд ли смогла бы себе когда-нибудь позволить.

Из свертка что-то выпадает. Она поднимает упавший предмет, как оказалось, открытку.

«Поздравляю тебя с днем рождения, Марго! Я знаю, что ты тащишься по всем этим японским штучкам, вот и подумал, что тебе наверняка оно тоже понравится… И я думаю, что это кимоно будет очень хорошо на тебе смотреться. Носи с удовольствием и думай обо мне, когда его наденешь». Рядом с последним предложением стоит подмигивающий смайлик.

Открытка выпала из ее рук. Все это неважно. Уже нет.

Она стоит, балансируя на лезвии ножа, и не может повернуть назад. Не может сделать ни шагу в сторону.