А эти шрамы словно символы, Но рождения или гибели — Я уже не знаю…
Добавить в моё избранное
8 мин, 48 сек 4362
В моем желудке громко заурчало — ни о какой брезгливости не могло идти и речи, голод надежно держал меня в своих крепких объятиях. Я осторожно потянулся за куском, стараясь не выдать своего состояния. В тот момент, когда пальцы коснулись мяса, зверь медленно разжал зубы и бесшумно ретировался.
Я с жадностью откусил порядочную порцию и принялся быстро пережевывать ее. Пустота в желудке начала исчезать, появилось приятное ощущение сытости.
Силы возвращались ко мне, а вместе с ними и возможность действовать. Еще не время, нужно отдохнуть, но скоро, очень скоро я буду готов. Дремота приятно обволокла меня…
Я медленно ползу по земле. За мной тянется багровый след, кровь быстро впитывается почвой. Могу отталкиваться только одной ногой, другую совсем не чувствую, она безвольно тащится по земле. По мере приближения к своей цели ужас заполняет мое сознание, однако, вопреки здравому смыслу, я не останавливаюсь. Касаюсь окровавленными пальцами входа в палатку, оставляя красные отпечатки на ткани. Внутри повсюду кровь, кажется, что окружающее пропитано ею. Рука касается чего-то липкого, я опускаю голову — раскроенный череп девушки, на месте одного из глаз сплошное месиво из раздробленных костей и остатков мозга…
Из моего рта вырвался крик, я резко дернулся на своем ложе. Эхо подхватило вопль и разнесло его по пещере. Дыхание сбилось, моя грудь поднималась и опускалась с поражающей быстротой. В какой-то миг мне показалось, что где-то вдали раздался вой, словно животное пыталось разделить мою боль. Я окинул взглядом пещеру, сон уступил место реальности. Ничего не изменилось: все так же тихо потрескивали дрова в костре, тени, отбрасываемые языками пламени, причудливо резвились на каменных стенах. Кто-то поддерживал огонь, приготовил мясо — несомненно, в пещере кроме меня и волка был еще один житель. Однако до сих пор его следов не удалось обнаружить, правда, и встать со своего ложа у меня не вышло ни разу. Я находился в пещере не больше двух суток, об этом можно было судить по появившейся совсем недавно естественной потребности. Справлять нужду в месте, которое служило мне домом, не хотелось. Я медленно встал, суставы в ответ на это громко щелкнули, затем огляделся в поисках выхода из пещеры. За расщелиной толщиной в полметра виднелся темный проход, по всей видимости, именно он вел наружу. С легкостью сделал первый шаг и остановился как вкопанный. Боли не было, привычное напряжение в ногах, но ничего более неприятного. Следы засохшей крови по-прежнему были на мне повсюду, кожа потеряла свой обычный окрас. Я поднял руку к глазам. Взгляд мой был прикован к пальцам, сердце учащенно билось. Разум пытался дать объяснение произошедшим со мной изменениям. Как будто в ответ на мою попытку все рационализировать, пальцы зашевелились. Неестественные выступы пропали, кости идеально срослись без вмешательства извне. Растерянность уступила место радости, я снова был в норме, желание действовать наполняла мои мышцы.
Спустя несколько мгновений, моего лица коснулся теплый летний ветерок. Он приятно зашевелил волосы на голове. Узкий проход вывел меня наружу. Справив нужду, я окинул взором местность. Внизу, у подножья горы, расположился ночной лес. Ухнула сова, ее темный силуэт пронесся над верхушкой сосны. Неожиданно ночная хищница резко изменила направление своего полета и помчалась к земле. Острые когти молниеносно зацепили неудачного грызуна, щелкнул один из позвонков.. С изумлением я заметил, что слышу шелест веток деревьев. Лес жил своей жизнью, и множество издаваемых им звуков завораживали меня. Набрав в легкие свежего воздуха, я побежал по ведущим вниз выдолбленным ступеням. Несколько раз казалось, что спуск окончится трагично — стоило споткнуться у, и хруст ломающейся шеи успокоил бы меня навечно. Однако, к моему удивлению, такая опасность совсем не пугала, прирост адреналина в крови забавлял. Не замедляя своей скорости, я ворвался в лес. Холодный свет луны освещал мне дорогу, глаза без труда различали в полумраке очертания препятствий. Неожиданно моя спина прогнулась, что-то неведомое распирало меня изнутри. Ноги подкосились, и я оказался на коленях. Судороги сотрясали мое тело, кожа на руках вспучилась, казалось вот-вот она не выдержит давления и лопнет с оглушающим треском. На какой-то миг в глазах моих потемнело, в голову словно впились тысячи невидимых игл. Еще секунда и… все прекратилось. Словно ничего и не происходило. Я по-прежнему стоял на коленях, однако, странные ощущения прошли, внутри меня снова царило равновесие. Мой взор обратился к ночному небу — сверху глядела на происходящее своим холодным взглядом луна. Ее свет успокаивал душу, пытаясь спасти от поднимающейся из глубин сознания тоски. Минуты две я не двигался, наслаждаясь спокойствием, но внезапный порыв ветра заставил меня вздрогнуть. Он донес до меня новый запах, запах, от которого мышцы до боли напряглись, жажда мести пронзила меня, подобно раскаленному пруту, заставив со скрипом сжать зубы.
Я с жадностью откусил порядочную порцию и принялся быстро пережевывать ее. Пустота в желудке начала исчезать, появилось приятное ощущение сытости.
Силы возвращались ко мне, а вместе с ними и возможность действовать. Еще не время, нужно отдохнуть, но скоро, очень скоро я буду готов. Дремота приятно обволокла меня…
Я медленно ползу по земле. За мной тянется багровый след, кровь быстро впитывается почвой. Могу отталкиваться только одной ногой, другую совсем не чувствую, она безвольно тащится по земле. По мере приближения к своей цели ужас заполняет мое сознание, однако, вопреки здравому смыслу, я не останавливаюсь. Касаюсь окровавленными пальцами входа в палатку, оставляя красные отпечатки на ткани. Внутри повсюду кровь, кажется, что окружающее пропитано ею. Рука касается чего-то липкого, я опускаю голову — раскроенный череп девушки, на месте одного из глаз сплошное месиво из раздробленных костей и остатков мозга…
Из моего рта вырвался крик, я резко дернулся на своем ложе. Эхо подхватило вопль и разнесло его по пещере. Дыхание сбилось, моя грудь поднималась и опускалась с поражающей быстротой. В какой-то миг мне показалось, что где-то вдали раздался вой, словно животное пыталось разделить мою боль. Я окинул взглядом пещеру, сон уступил место реальности. Ничего не изменилось: все так же тихо потрескивали дрова в костре, тени, отбрасываемые языками пламени, причудливо резвились на каменных стенах. Кто-то поддерживал огонь, приготовил мясо — несомненно, в пещере кроме меня и волка был еще один житель. Однако до сих пор его следов не удалось обнаружить, правда, и встать со своего ложа у меня не вышло ни разу. Я находился в пещере не больше двух суток, об этом можно было судить по появившейся совсем недавно естественной потребности. Справлять нужду в месте, которое служило мне домом, не хотелось. Я медленно встал, суставы в ответ на это громко щелкнули, затем огляделся в поисках выхода из пещеры. За расщелиной толщиной в полметра виднелся темный проход, по всей видимости, именно он вел наружу. С легкостью сделал первый шаг и остановился как вкопанный. Боли не было, привычное напряжение в ногах, но ничего более неприятного. Следы засохшей крови по-прежнему были на мне повсюду, кожа потеряла свой обычный окрас. Я поднял руку к глазам. Взгляд мой был прикован к пальцам, сердце учащенно билось. Разум пытался дать объяснение произошедшим со мной изменениям. Как будто в ответ на мою попытку все рационализировать, пальцы зашевелились. Неестественные выступы пропали, кости идеально срослись без вмешательства извне. Растерянность уступила место радости, я снова был в норме, желание действовать наполняла мои мышцы.
Спустя несколько мгновений, моего лица коснулся теплый летний ветерок. Он приятно зашевелил волосы на голове. Узкий проход вывел меня наружу. Справив нужду, я окинул взором местность. Внизу, у подножья горы, расположился ночной лес. Ухнула сова, ее темный силуэт пронесся над верхушкой сосны. Неожиданно ночная хищница резко изменила направление своего полета и помчалась к земле. Острые когти молниеносно зацепили неудачного грызуна, щелкнул один из позвонков.. С изумлением я заметил, что слышу шелест веток деревьев. Лес жил своей жизнью, и множество издаваемых им звуков завораживали меня. Набрав в легкие свежего воздуха, я побежал по ведущим вниз выдолбленным ступеням. Несколько раз казалось, что спуск окончится трагично — стоило споткнуться у, и хруст ломающейся шеи успокоил бы меня навечно. Однако, к моему удивлению, такая опасность совсем не пугала, прирост адреналина в крови забавлял. Не замедляя своей скорости, я ворвался в лес. Холодный свет луны освещал мне дорогу, глаза без труда различали в полумраке очертания препятствий. Неожиданно моя спина прогнулась, что-то неведомое распирало меня изнутри. Ноги подкосились, и я оказался на коленях. Судороги сотрясали мое тело, кожа на руках вспучилась, казалось вот-вот она не выдержит давления и лопнет с оглушающим треском. На какой-то миг в глазах моих потемнело, в голову словно впились тысячи невидимых игл. Еще секунда и… все прекратилось. Словно ничего и не происходило. Я по-прежнему стоял на коленях, однако, странные ощущения прошли, внутри меня снова царило равновесие. Мой взор обратился к ночному небу — сверху глядела на происходящее своим холодным взглядом луна. Ее свет успокаивал душу, пытаясь спасти от поднимающейся из глубин сознания тоски. Минуты две я не двигался, наслаждаясь спокойствием, но внезапный порыв ветра заставил меня вздрогнуть. Он донес до меня новый запах, запах, от которого мышцы до боли напряглись, жажда мести пронзила меня, подобно раскаленному пруту, заставив со скрипом сжать зубы.
Страница 2 из 3
