Случилось однажды в некотором царстве так, что пошли утром женщины за водой, а воды не набрали. У источника лежал ашдага и никому не давал прохода. Несколько дней так продолжалось, и народ начал страдать от жажды. Доложили об этом царю. Послал царь к источнику войско. Но ашдага в бой не вступил. Он сказал…
Добавить в моё избранное
9 мин, 22 сек 3882
В тот же миг, как шкура вспыхнула, Гугурчи проснулся, вскочил в страхе с постели и закричал:
— Ой-ой! Чую родимый запах!
Проснулась и царевна. Увидели они, что шкура исчезла.
— Ты рассказала кому-то о моей тайне, — печально сказал Гугурчи.
И царевна вся в слезах созналась ему, что выпытала у неё тайну служанка.
Топнул Гугурчи ногой, превратился в гвоздь и ушёл под землю. Осталась царевна со своим горем одна. И пожаловаться некому. Сама виновата!
Ждала она день, ждала два, ждала три. Ждала неделю и месяц. Нет Гугурчи! Пошла тогда царевна к отцу:
— Счастье моё сгорело, сердце разбито. Как мне жить?
— Прости, доченька! Это твои сестры не давали мне покоя. Они меня пугали, что ашдага унесёт тебя в подземное царство и я потеряю тебя, — сокрушался царь. — Обманули они меня!
Надела царевна мужскую одежду, спрятала косы под баранью папаху, пошла по свету искать, спрашивать: не видел ли кто Гугурчи?
Долго бродила царевна. Никто про Гугурчи и не слыхивал. Однажды попросилась она переночевать к дряхлой, больной старушке. Доверилась ей, рассказала про своё горе.
— Не убивайся! — утешила её старушка. — Я что-нибудь придумаю. — И она погладила царевну по голове. — Жить мне осталось мало. Но я ещё успею дать тебе добрый совет.
Наутро старушка, чуя, что близится её последний час, сказала царевне:
— Пойдёшь к роднику, что бьёт из-под белого камня за моей саклей, наклонишься пониже и позовёшь: «Ух-Вай!» Сказала и умерла. Схоронила царевна старушку, поплакала над ней. Пошла к роднику, склонилась к воде и позвала:
— Ух-Вай!
И тотчас встал перед ней великан и сказал:
— Я Ух-Вай! Приказывай, царевна!
— Проводи меня в подземное царство, — попросила царевна.
— Будет исполнено! — ответил Ух-Вай. — Только перед этим нам надо омыться водой из родника у белого камня.
Так они и сделали. А потом Ух-Вай взял царевну на руки и полетел. Долго летели они, высоко летели, под самыми облаками… У подножья снежной горы Ух-Вай опустился на землю. Там была трещина в скале. Из неё валил дым и вырывался огонь, но Ух-Вай успокоил царевну:
— Не бойся, идём! Вода, которой мы омылись, волшебная! Огонь нас не тронет!
И они спустились вниз по трещине, глубоко-глубоко, и дошли до подземного царства. У ворот в него Ух-Вай остановился.
— Дальше мне идти нельзя. Вот тебе ключ от ворот, а вот семь тысяч ключей от домов подземной столицы. Иди, ищи своего Гугурчи. А понадоблюсь я, кликнешь: «Ух-Вай!» Взяла царевна ключи, отомкнула ворота, вошла в город. Всё живое в нём: и люди, и звери, и птицы — было превращено в камень. Окаменели купцы за прилавками, дети в колыбелях, коровы и овцы в хлевах, голуби на балконах… Тихо и мёртво было кругом.
Царевна открывала двери в каждом доме, но ни в одном не нашла Гугурчи. Наконец увидела она дом с настежь распахнутой дверью. Она вошла в него и в одной из комнат заметила ласточку, которая сидела на подоконнике, словно ожидая её. Ласточка вспорхнула, и опустилась на плечо царевны, и заглянула ей в глаза, а царевна поцеловала её головку. Тут птица легко взмахнула крыльями, коснулась пола, и на этом самом месте встал перед царевной её Гугурчи. От радости оба долго не могли слова вымолвить. Обнялись, поцеловались, и Гугурчи рассказал, что с ним сталось:
— Когда моя тётка проведала, что шкуру ашдаги твои сестры сожгли, она опять начала сватать за меня свою дочь. Я отказался, и тётка со злости превратила меня в ласточку, а всё живое в столице превратила в камень… Теперь оглянись вокруг! Твоё смелое сердце, твоя любовь победили злые чары колдуньи.
И впрямь! Оглянулась царевна, а кругом кипит жизнь. Люди принялись за работу, пастухи погнали на пастбища стада, заворковали на карнизах голуби…
Пошёл Гугурчи с царевной к своему отцу. Он надеялся на прощение. Но ни сам правитель подземного царства, ни его жена, ни его родня не захотели принять молодую невестку. Мать Гугурчи сказала:
— Решили мы женить тебя на двоюродной сестре и женим! А эту девушку, что ты привёл, мы сделаем служанкой. Пусть для начала вымоет к твоей свадьбе все улицы в городе морской водой. А не вымоет, твоя тётка превратит её в камень!
Горько заплакала царевна, пошла на берег моря. Увидели в небе облака, что заливается она слезами, пожалели её. Вобрали в себя морскую воду и пролили её частым дождём над столицей.
Стали белыми, заблестели камни на всех улицах.
Хоть и подивилась про себя родня Гугурчи такому чуду, но не угомонилась. Взялись думать: какую ещё царевне задачу задать?
Думали-раздумывали и придумали. Мать Гугурчи кликнула царевну:
— Сегодня вечером прибудет невеста моего сына. Во дворце должно быть светло, как днём. Ты будешь встречать невесту, держа на голове смоляной факел.
Как такое сделать?!
— Ой-ой! Чую родимый запах!
Проснулась и царевна. Увидели они, что шкура исчезла.
— Ты рассказала кому-то о моей тайне, — печально сказал Гугурчи.
И царевна вся в слезах созналась ему, что выпытала у неё тайну служанка.
Топнул Гугурчи ногой, превратился в гвоздь и ушёл под землю. Осталась царевна со своим горем одна. И пожаловаться некому. Сама виновата!
Ждала она день, ждала два, ждала три. Ждала неделю и месяц. Нет Гугурчи! Пошла тогда царевна к отцу:
— Счастье моё сгорело, сердце разбито. Как мне жить?
— Прости, доченька! Это твои сестры не давали мне покоя. Они меня пугали, что ашдага унесёт тебя в подземное царство и я потеряю тебя, — сокрушался царь. — Обманули они меня!
Надела царевна мужскую одежду, спрятала косы под баранью папаху, пошла по свету искать, спрашивать: не видел ли кто Гугурчи?
Долго бродила царевна. Никто про Гугурчи и не слыхивал. Однажды попросилась она переночевать к дряхлой, больной старушке. Доверилась ей, рассказала про своё горе.
— Не убивайся! — утешила её старушка. — Я что-нибудь придумаю. — И она погладила царевну по голове. — Жить мне осталось мало. Но я ещё успею дать тебе добрый совет.
Наутро старушка, чуя, что близится её последний час, сказала царевне:
— Пойдёшь к роднику, что бьёт из-под белого камня за моей саклей, наклонишься пониже и позовёшь: «Ух-Вай!» Сказала и умерла. Схоронила царевна старушку, поплакала над ней. Пошла к роднику, склонилась к воде и позвала:
— Ух-Вай!
И тотчас встал перед ней великан и сказал:
— Я Ух-Вай! Приказывай, царевна!
— Проводи меня в подземное царство, — попросила царевна.
— Будет исполнено! — ответил Ух-Вай. — Только перед этим нам надо омыться водой из родника у белого камня.
Так они и сделали. А потом Ух-Вай взял царевну на руки и полетел. Долго летели они, высоко летели, под самыми облаками… У подножья снежной горы Ух-Вай опустился на землю. Там была трещина в скале. Из неё валил дым и вырывался огонь, но Ух-Вай успокоил царевну:
— Не бойся, идём! Вода, которой мы омылись, волшебная! Огонь нас не тронет!
И они спустились вниз по трещине, глубоко-глубоко, и дошли до подземного царства. У ворот в него Ух-Вай остановился.
— Дальше мне идти нельзя. Вот тебе ключ от ворот, а вот семь тысяч ключей от домов подземной столицы. Иди, ищи своего Гугурчи. А понадоблюсь я, кликнешь: «Ух-Вай!» Взяла царевна ключи, отомкнула ворота, вошла в город. Всё живое в нём: и люди, и звери, и птицы — было превращено в камень. Окаменели купцы за прилавками, дети в колыбелях, коровы и овцы в хлевах, голуби на балконах… Тихо и мёртво было кругом.
Царевна открывала двери в каждом доме, но ни в одном не нашла Гугурчи. Наконец увидела она дом с настежь распахнутой дверью. Она вошла в него и в одной из комнат заметила ласточку, которая сидела на подоконнике, словно ожидая её. Ласточка вспорхнула, и опустилась на плечо царевны, и заглянула ей в глаза, а царевна поцеловала её головку. Тут птица легко взмахнула крыльями, коснулась пола, и на этом самом месте встал перед царевной её Гугурчи. От радости оба долго не могли слова вымолвить. Обнялись, поцеловались, и Гугурчи рассказал, что с ним сталось:
— Когда моя тётка проведала, что шкуру ашдаги твои сестры сожгли, она опять начала сватать за меня свою дочь. Я отказался, и тётка со злости превратила меня в ласточку, а всё живое в столице превратила в камень… Теперь оглянись вокруг! Твоё смелое сердце, твоя любовь победили злые чары колдуньи.
И впрямь! Оглянулась царевна, а кругом кипит жизнь. Люди принялись за работу, пастухи погнали на пастбища стада, заворковали на карнизах голуби…
Пошёл Гугурчи с царевной к своему отцу. Он надеялся на прощение. Но ни сам правитель подземного царства, ни его жена, ни его родня не захотели принять молодую невестку. Мать Гугурчи сказала:
— Решили мы женить тебя на двоюродной сестре и женим! А эту девушку, что ты привёл, мы сделаем служанкой. Пусть для начала вымоет к твоей свадьбе все улицы в городе морской водой. А не вымоет, твоя тётка превратит её в камень!
Горько заплакала царевна, пошла на берег моря. Увидели в небе облака, что заливается она слезами, пожалели её. Вобрали в себя морскую воду и пролили её частым дождём над столицей.
Стали белыми, заблестели камни на всех улицах.
Хоть и подивилась про себя родня Гугурчи такому чуду, но не угомонилась. Взялись думать: какую ещё царевне задачу задать?
Думали-раздумывали и придумали. Мать Гугурчи кликнула царевну:
— Сегодня вечером прибудет невеста моего сына. Во дворце должно быть светло, как днём. Ты будешь встречать невесту, держа на голове смоляной факел.
Как такое сделать?!
Страница 2 из 3
