Жили-были, а может, и нет, старик со старухой. Родился у них на старости лет мальчик. Вскоре старик умер. Осталась ста-руха одна — трудно ей стало жить. Повела она сына в лес к хромому оленю и попросила выкормить молоком.
Добавить в моё избранное
8 мин, 39 сек 14787
А когда кончили есть, поблагодарили гости хозяев и спрашивают, как им до своего дома добраться, долго ли туда идти.
— Долгой дорогой сорок дней идти, короткой — десять, но ведёт она мимо дома стоголового дэва. Не пропустит он вас, погибнете, — отвечают дэвы.
— Видно будет, кто погибнет!-говорит Ирмиса. Попрощались друзья с дэвами и пошли короткой дорогой.
Не много, не мало прошли они и дошли до дома стоголового дэва. Дэв спит на террасе, а девушка-пленница мух от него отгоняет.
— Уходите, покуда целы. Проснётся дэв и съест вас, — шепчет она юношам.
— За нас не бойся. Сойди-ка во двор, расскажи, как сюда попала, — говорит ей Ирмиса.
— Не могу, искусают мухи дэва, худо мне придётся.
Уговорил её Ирмиса, и спустилась девушка во двор. Только она отошла, мухи дэва искусали. Проснулся он и как взревёт:
— Кто увёл мою пленницу? Куда она делась?
Тут заметил он пришельцев и кинулся, разъярённый, во двор, схватил под террасой стопудовую гирю и как швырнёт в Ирмису. Увернулся юноша. Угодила гиря в дуб, и повалилось дерево.
Налетел стоголовый дэв на Ирмису. Долго они бились, то один одолевал, го другой. Подхватил дэв Ирмиса и всадил в землю по колени. Выскочил Ирмиса, приподнял дэва и по пояс вогнал в землю. Выхватил потом меч, за-нёс над дэвом и спрашивает:
— Говори, поганище, жизнь или смерть?
— Жизнь, — молит стоголовый дэв. — Даруй мне жизнь — отдам тебе всё своё добро!
— Оставь добро себе! Отдашь царевичу всю свою силу.
Вытащил Ирмиса дэва из земли, а коварный дэв снова набросился на него. Ирмиса приподнял дэва и по плечи всадил в землю. Тогда поклялся стоголовый дэв небом над головой и землёй под собой, что отдаст царевичу всю свою силу.
Вытащил Ирмиса дэва из земли, оставил с ним царевича, а сам ушёл настрелять дичи. Вернулся к вечеру, глядит: лежит царевич на куче золы чуть живой. Это стоголовый дэв лишил его сил. Рассердился Ирмиса, набросился на стоголового дэва и пригнул его к земле.
— Почему слова не сдержал, поганище?! Всажу тебя по шею в землю, будешь меня слушаться!
Затрясся дэв от страха и тотчас вернул царевичу силу да ещё свою ему отдал.
Ирмиса с царевичем взяли с собой девушку-пленницу и пошли путём-дорогою дальше.
Не успели они отойти от дома стоголового дэва, ураганом налетел на них Дэвкажиани*, подхватил девушку и взвился опять в небо.
[Дэвкажиани — Дэв-кремень.]
Вернулись друзья к стоголовому дэву и спросили, как найти дорогу к Дэвкажиани. Указал дэв дорогу и говорит:
— Дойти до его жилья дойдёте, войти — не войдёте. Не поймать вам Дэвкажиани, не одолеть его. Дэвы справиться с ним не могут, зашвыряет он вас чёрными тучами!
— Пронзят наши стрелы тучи, пронзят наши мечи Дэвкажиани!-отвечает Ирмиса.
— Не возьмут Дэвкажиани ни меч, ни стрела, не при нём его душа. В девятиголовом дэве душа Дэвкажиани, за девятью горами на Чёрной горе, и стережёт её Бессмертный олень.
Пошли друзья искать Дэвкажиани. Шли они, шли и дошли наконец до круглой горы, где жил непобедимый дэв.
Внутри горы всё гудит, а из вершины пламя вырывается — это Дэвкажиани дышит. Обошли Ирмиса с царевичем гору — нет нигде входа, не попасть в неё!
Отправились они тогда искать девятиголового дэва. Перебрались юноши через девять гор, а за девятой горой — неоглядное поле, за полем — Чёрная гора. В поле триста косарей косят траву, складывают в три стога. Подошёл к ним Ирмиса, поздоровался.
— Зачем вам столько травы?-спрашивает.
— Бессмертного оленя кормить. Он раз в день с Чёрной горы спускается и три стога в три минуты съедает. Если мало накосим, перетопчет нас всех, — отвечают косари.
— Хватит косить! Забирайте траву охапками и уходите отсюда назад за девять гор! — велит Ирмиса косарям.
Отказываются косари уходить, боятся Бессмертного оленя. Ирмиса с царевичем отняли у них серпы и закинули за Чёрную гору. Прогнали косарей с поля, заставили унести скошенную траву. Потом спрятались сами в высокой траве и ждут оленя.
Спустился Бессмертный олень с Чёрной горы и погнался за косарями. Как исчез олень из виду, вскочили юноши и понеслись к Чёрной горе. Взбежали на вершину и стали, не могут дальше и шагу ступить — слепит их ярким светом девятиголовый дэв! Висит дэв на дереве и светится слепящим светом.
Подобрался Ирмиса кое-как к дэву, перерезал мечом верёвку, и грохнулось чудище на землю. Только свалился — перестал светиться. Разрубил Ирмиса дэва пополам — разрубил душу Дэвкажиани.
Вернулись Ирмиса с царевичем к круглой горе и смотрят — не выбивается больше из вершины пламя, не вырывается из недр гул.
Спустился Ирмиса через отверстие в гору и вынес девушку-пленницу.
Отправились они втроём дальше.
Шли день до вечера. Настала ночь, и легли путники спать под чинарой.
— Долгой дорогой сорок дней идти, короткой — десять, но ведёт она мимо дома стоголового дэва. Не пропустит он вас, погибнете, — отвечают дэвы.
— Видно будет, кто погибнет!-говорит Ирмиса. Попрощались друзья с дэвами и пошли короткой дорогой.
Не много, не мало прошли они и дошли до дома стоголового дэва. Дэв спит на террасе, а девушка-пленница мух от него отгоняет.
— Уходите, покуда целы. Проснётся дэв и съест вас, — шепчет она юношам.
— За нас не бойся. Сойди-ка во двор, расскажи, как сюда попала, — говорит ей Ирмиса.
— Не могу, искусают мухи дэва, худо мне придётся.
Уговорил её Ирмиса, и спустилась девушка во двор. Только она отошла, мухи дэва искусали. Проснулся он и как взревёт:
— Кто увёл мою пленницу? Куда она делась?
Тут заметил он пришельцев и кинулся, разъярённый, во двор, схватил под террасой стопудовую гирю и как швырнёт в Ирмису. Увернулся юноша. Угодила гиря в дуб, и повалилось дерево.
Налетел стоголовый дэв на Ирмису. Долго они бились, то один одолевал, го другой. Подхватил дэв Ирмиса и всадил в землю по колени. Выскочил Ирмиса, приподнял дэва и по пояс вогнал в землю. Выхватил потом меч, за-нёс над дэвом и спрашивает:
— Говори, поганище, жизнь или смерть?
— Жизнь, — молит стоголовый дэв. — Даруй мне жизнь — отдам тебе всё своё добро!
— Оставь добро себе! Отдашь царевичу всю свою силу.
Вытащил Ирмиса дэва из земли, а коварный дэв снова набросился на него. Ирмиса приподнял дэва и по плечи всадил в землю. Тогда поклялся стоголовый дэв небом над головой и землёй под собой, что отдаст царевичу всю свою силу.
Вытащил Ирмиса дэва из земли, оставил с ним царевича, а сам ушёл настрелять дичи. Вернулся к вечеру, глядит: лежит царевич на куче золы чуть живой. Это стоголовый дэв лишил его сил. Рассердился Ирмиса, набросился на стоголового дэва и пригнул его к земле.
— Почему слова не сдержал, поганище?! Всажу тебя по шею в землю, будешь меня слушаться!
Затрясся дэв от страха и тотчас вернул царевичу силу да ещё свою ему отдал.
Ирмиса с царевичем взяли с собой девушку-пленницу и пошли путём-дорогою дальше.
Не успели они отойти от дома стоголового дэва, ураганом налетел на них Дэвкажиани*, подхватил девушку и взвился опять в небо.
[Дэвкажиани — Дэв-кремень.]
Вернулись друзья к стоголовому дэву и спросили, как найти дорогу к Дэвкажиани. Указал дэв дорогу и говорит:
— Дойти до его жилья дойдёте, войти — не войдёте. Не поймать вам Дэвкажиани, не одолеть его. Дэвы справиться с ним не могут, зашвыряет он вас чёрными тучами!
— Пронзят наши стрелы тучи, пронзят наши мечи Дэвкажиани!-отвечает Ирмиса.
— Не возьмут Дэвкажиани ни меч, ни стрела, не при нём его душа. В девятиголовом дэве душа Дэвкажиани, за девятью горами на Чёрной горе, и стережёт её Бессмертный олень.
Пошли друзья искать Дэвкажиани. Шли они, шли и дошли наконец до круглой горы, где жил непобедимый дэв.
Внутри горы всё гудит, а из вершины пламя вырывается — это Дэвкажиани дышит. Обошли Ирмиса с царевичем гору — нет нигде входа, не попасть в неё!
Отправились они тогда искать девятиголового дэва. Перебрались юноши через девять гор, а за девятой горой — неоглядное поле, за полем — Чёрная гора. В поле триста косарей косят траву, складывают в три стога. Подошёл к ним Ирмиса, поздоровался.
— Зачем вам столько травы?-спрашивает.
— Бессмертного оленя кормить. Он раз в день с Чёрной горы спускается и три стога в три минуты съедает. Если мало накосим, перетопчет нас всех, — отвечают косари.
— Хватит косить! Забирайте траву охапками и уходите отсюда назад за девять гор! — велит Ирмиса косарям.
Отказываются косари уходить, боятся Бессмертного оленя. Ирмиса с царевичем отняли у них серпы и закинули за Чёрную гору. Прогнали косарей с поля, заставили унести скошенную траву. Потом спрятались сами в высокой траве и ждут оленя.
Спустился Бессмертный олень с Чёрной горы и погнался за косарями. Как исчез олень из виду, вскочили юноши и понеслись к Чёрной горе. Взбежали на вершину и стали, не могут дальше и шагу ступить — слепит их ярким светом девятиголовый дэв! Висит дэв на дереве и светится слепящим светом.
Подобрался Ирмиса кое-как к дэву, перерезал мечом верёвку, и грохнулось чудище на землю. Только свалился — перестал светиться. Разрубил Ирмиса дэва пополам — разрубил душу Дэвкажиани.
Вернулись Ирмиса с царевичем к круглой горе и смотрят — не выбивается больше из вершины пламя, не вырывается из недр гул.
Спустился Ирмиса через отверстие в гору и вынес девушку-пленницу.
Отправились они втроём дальше.
Шли день до вечера. Настала ночь, и легли путники спать под чинарой.
Страница 2 из 3
