В холодные дни Изюмка больше всего любил свой подпечек. Там и тепло и дремать приятно. И бездельничать. Постепенно Изюмка так обленился, что и вылезать из подпечка не желал.
Добавить в моё избранное
4 мин, 20 сек 2225
— Ни на чем. Сам, на своих крыльях. Тогда у меня еще крылышки были.
— Ой, крылышки! Какие?
— Тоже маленькие. Чтобы с цветка на цветок порхать.
— И ты порхал? — удивлялся все больше Изюмка.
— Порхал. Было у меня тогда много друзей. Я в ту пору лично знал всех сверчков, всех кузнечиков и даже сердитых шмелей. И очень я любил летать вместе с одной красивой стрекозочкой. У нее крылья были большие, прозрачные. Как стекло. И большие красивые глаза. Один раз стрекоза и говорит мне: полетим на ту сторону ручья. Мне бы сказать: не могу, у меня ведь крылышки-то маленькие. А я постеснялся. Ну мы и полетели.
— И что дальше?
— Ничего. Упал я в воду.
— Ой! Но не утонул?
— Нет, как видишь. Лето было. Вылез я на берег, на солнышко, быстро обсушился. Только летать долго еще потом не мог. Помню, был концерт. Кузнечики на скрипках играли, сверчки в барабаны били. А я пока без крыльев-то туда добрался — концерт уже закончился. Да, многих гномиков тщеславие до добра не доводит.
«И поросят тоже», — подумал Изюмка.
— Ой, крылышки! Какие?
— Тоже маленькие. Чтобы с цветка на цветок порхать.
— И ты порхал? — удивлялся все больше Изюмка.
— Порхал. Было у меня тогда много друзей. Я в ту пору лично знал всех сверчков, всех кузнечиков и даже сердитых шмелей. И очень я любил летать вместе с одной красивой стрекозочкой. У нее крылья были большие, прозрачные. Как стекло. И большие красивые глаза. Один раз стрекоза и говорит мне: полетим на ту сторону ручья. Мне бы сказать: не могу, у меня ведь крылышки-то маленькие. А я постеснялся. Ну мы и полетели.
— И что дальше?
— Ничего. Упал я в воду.
— Ой! Но не утонул?
— Нет, как видишь. Лето было. Вылез я на берег, на солнышко, быстро обсушился. Только летать долго еще потом не мог. Помню, был концерт. Кузнечики на скрипках играли, сверчки в барабаны били. А я пока без крыльев-то туда добрался — концерт уже закончился. Да, многих гномиков тщеславие до добра не доводит.
«И поросят тоже», — подумал Изюмка.
Страница 2 из 2
