Начинается сказка от сивки, от бурки, от вещей каурки. На море, на океане, на острове на Буяне стоит бык печеный, возле него лук толченый; и шли три молодца, зашли да позавтракали, а дальше идут — похваляются, сами собой забавляются: были мы, братцы, у такого-то места, наедались пуще, чем деревенская баба теста! Это присказка, сказка будет впереди…
Добавить в моё избранное
11 мин, 57 сек 11344
Мой муж дюже сильный, с двенадцатью головами!
— Я и с одною, а его повоюю, коли бог поможет!
Входит в горницу, а там двенадцатиглавый змий дрыхнет: как змий вздохнет, так весь потолок ходоном заходит! А его сорокапудовая булава в кутку стоит. Иван Сученко свою булаву в куток поставил, а змиеву взял; размахнулся, как ударит змия — пошел гул по всему двору! С дому крышу сорвало! Убил Иван Сученко двенадцатиглавого змия, в пепел перепалил, на ветер перепустил. Царевна дает ему кольцо и говорит:
— Будем со мною жить!
А он зовет ее с собою.
— Как же я свое богатство брошу?
Взяла все свое богатство, в золотое яйцо своротила и отдала Ивану Сученку; он положил то яйцо в карман и вместе с нею пошел назад до ее сестер. Подстаршая царевна своротила свое богатство в серебряное яйцо, а самая меньшая — в медное, и ему ж отдали.
Приходят они вчетвером до норы; Иван Сученко привязал меньшую царевну и встряхнул канат.
— Как тебя, — говорит, — вытянут наверх, то покличь: Царенко! Он отзовется: га! А ты скажи: я твоя!
После привязал другую царевну и опять встряхнул канат, чтоб наверх тянули:
— Как тебя вытянут, то покличь: Поваренко! Он отзовется: га! А ты скажи: я твоя!
Стал третью царевну до каната привязывать и говорит ей:
— Как тебя вытянут, ты молчи — моя будешь!
Вытянули эту царевну, она молчит; вот Белый Полянин рассердился и, как стали тянуть Ивана Сученко, взял да и перерезал канат.
Сученко упал, приподнялся и пошел до старого деда. Дед его пытает:
— Чего ты пришел?
— Биться!
Начали воевать; бились-бились, устали и бросились до воды. Дед ошибся, дал Сученку сильной воды напиться, а сам простой выпил. Стал Иван Сученко осиливать; дед ему и говорит:
— Не добивай меня! Возьми себе в погребе кремень, кресало да трех сортов шерсть — в беде пригодится.
Иван Сученко взял кремень, кресало и трех сортов шерсть; вырубил огонь и припалил серую шерсть — бежит до него серый конь, из-под копыт шматья летят, изо рта пар пышет, из ушей дым столбом.
— Много ль нужно времени, пока ты меня на тот свет вынесешь?
— А столько, сколько нужно людям, чтоб обед наварить!
Сученко припалил вороную шерсть — бежит вороной конь, из-под копыт шматья летят, изо рта пар пышет, из ушей дым валит.
— Скоро ль ты меня на тот свет вынесешь?
— Люди пообедать не успеют!
Припалил рыжую шерсть — бежит рыжий конь, из-под копыт шматья летят, изо рта пар пышет, из ушей дым валит.
— Скоро ль ты меня на тот свет вынесешь?
— Плюнуть не успеешь!
Сел на того коня и очутился на своей земле.
Приходит до золотаря.
— Я, — говорит, — буду твоим помощником!
Меньшая царевна приказывает золотарю:
— Сделай мне к свадьбе золотой перстень!
Он взялся за ту работу, а Иван Сученко говорит:
— Постой, я тебе перстень сделаю, а ты мне мешок орехов дай.
Золотарь принес ему мешок орехов; Иван Сученко орехи поел, золото молотком разбил, вынул царевнино колечко, вычистил и отдал хозяину. Царевна приходит в субботу за кольцом; глянула:
— Ах, какое прекрасное колечко! Я такое отдала Ивану Сученку, да его нет на этом свете!
И просит золотаря к себе на свадьбу. На другой день золотарь пошел на свадьбу, а Иван Сученко дома остался, припалил серую шерсть — бежит до него серый конь.
— Чего ты меня требуешь?
— Надо на весильном доме трубу сорвать!
— Садись на меня, заглянь в левое ухо, выглянь в правое!
Он заглянул в левое ухо, а в правое выглянул — и стал такой молодец, что ни в сказке сказать, ни пером написать. Поскакал и снял трубу с дома; тут все закричали, перепугались, свадьба разъехалась.
Другая царевна принесла золото, просит кольцо сделать. Иван Сученко говорит золотарю:
— Дай мне два мешка орехов, я тебе кольцо сделаю.
— Ну что ж? Сделай.
Сученко орехи поел, золото молотком разбил, вынул царевнино кольцо, вычистил и отдал. Царевна увидала кольцо:
— Ах, какое славное! Я точно такое отдала Ивану Сученку, да его теперь нет на этом свете!
Взяла кольцо и зовет золотаря на свадьбу. Тот пошел на свадьбу, а Иван Сученко припалил вороную шерсть — бежит вороной конь.
— Чего ты от меня требуешь?
— Надо сорвать с весильного дома крышу.
— Сядь на меня; в левое ухо заглянь, в правое выглянь!
Он заглянул в левое ухо, выглянул в правое — стал молодец молодцом! Конь понес его так шибко, что сорвал с дома крышу; все закричали, принялись стрелять в коня, только не попали; свадьба опять разъехалась.
Вот и старшая царевна просит, чтобы ей колечко сделали.
— Не хотела я, — говорит, — за Белого Полянина замуж идти, да, видно, бог так судил!
— Я и с одною, а его повоюю, коли бог поможет!
Входит в горницу, а там двенадцатиглавый змий дрыхнет: как змий вздохнет, так весь потолок ходоном заходит! А его сорокапудовая булава в кутку стоит. Иван Сученко свою булаву в куток поставил, а змиеву взял; размахнулся, как ударит змия — пошел гул по всему двору! С дому крышу сорвало! Убил Иван Сученко двенадцатиглавого змия, в пепел перепалил, на ветер перепустил. Царевна дает ему кольцо и говорит:
— Будем со мною жить!
А он зовет ее с собою.
— Как же я свое богатство брошу?
Взяла все свое богатство, в золотое яйцо своротила и отдала Ивану Сученку; он положил то яйцо в карман и вместе с нею пошел назад до ее сестер. Подстаршая царевна своротила свое богатство в серебряное яйцо, а самая меньшая — в медное, и ему ж отдали.
Приходят они вчетвером до норы; Иван Сученко привязал меньшую царевну и встряхнул канат.
— Как тебя, — говорит, — вытянут наверх, то покличь: Царенко! Он отзовется: га! А ты скажи: я твоя!
После привязал другую царевну и опять встряхнул канат, чтоб наверх тянули:
— Как тебя вытянут, то покличь: Поваренко! Он отзовется: га! А ты скажи: я твоя!
Стал третью царевну до каната привязывать и говорит ей:
— Как тебя вытянут, ты молчи — моя будешь!
Вытянули эту царевну, она молчит; вот Белый Полянин рассердился и, как стали тянуть Ивана Сученко, взял да и перерезал канат.
Сученко упал, приподнялся и пошел до старого деда. Дед его пытает:
— Чего ты пришел?
— Биться!
Начали воевать; бились-бились, устали и бросились до воды. Дед ошибся, дал Сученку сильной воды напиться, а сам простой выпил. Стал Иван Сученко осиливать; дед ему и говорит:
— Не добивай меня! Возьми себе в погребе кремень, кресало да трех сортов шерсть — в беде пригодится.
Иван Сученко взял кремень, кресало и трех сортов шерсть; вырубил огонь и припалил серую шерсть — бежит до него серый конь, из-под копыт шматья летят, изо рта пар пышет, из ушей дым столбом.
— Много ль нужно времени, пока ты меня на тот свет вынесешь?
— А столько, сколько нужно людям, чтоб обед наварить!
Сученко припалил вороную шерсть — бежит вороной конь, из-под копыт шматья летят, изо рта пар пышет, из ушей дым валит.
— Скоро ль ты меня на тот свет вынесешь?
— Люди пообедать не успеют!
Припалил рыжую шерсть — бежит рыжий конь, из-под копыт шматья летят, изо рта пар пышет, из ушей дым валит.
— Скоро ль ты меня на тот свет вынесешь?
— Плюнуть не успеешь!
Сел на того коня и очутился на своей земле.
Приходит до золотаря.
— Я, — говорит, — буду твоим помощником!
Меньшая царевна приказывает золотарю:
— Сделай мне к свадьбе золотой перстень!
Он взялся за ту работу, а Иван Сученко говорит:
— Постой, я тебе перстень сделаю, а ты мне мешок орехов дай.
Золотарь принес ему мешок орехов; Иван Сученко орехи поел, золото молотком разбил, вынул царевнино колечко, вычистил и отдал хозяину. Царевна приходит в субботу за кольцом; глянула:
— Ах, какое прекрасное колечко! Я такое отдала Ивану Сученку, да его нет на этом свете!
И просит золотаря к себе на свадьбу. На другой день золотарь пошел на свадьбу, а Иван Сученко дома остался, припалил серую шерсть — бежит до него серый конь.
— Чего ты меня требуешь?
— Надо на весильном доме трубу сорвать!
— Садись на меня, заглянь в левое ухо, выглянь в правое!
Он заглянул в левое ухо, а в правое выглянул — и стал такой молодец, что ни в сказке сказать, ни пером написать. Поскакал и снял трубу с дома; тут все закричали, перепугались, свадьба разъехалась.
Другая царевна принесла золото, просит кольцо сделать. Иван Сученко говорит золотарю:
— Дай мне два мешка орехов, я тебе кольцо сделаю.
— Ну что ж? Сделай.
Сученко орехи поел, золото молотком разбил, вынул царевнино кольцо, вычистил и отдал. Царевна увидала кольцо:
— Ах, какое славное! Я точно такое отдала Ивану Сученку, да его теперь нет на этом свете!
Взяла кольцо и зовет золотаря на свадьбу. Тот пошел на свадьбу, а Иван Сученко припалил вороную шерсть — бежит вороной конь.
— Чего ты от меня требуешь?
— Надо сорвать с весильного дома крышу.
— Сядь на меня; в левое ухо заглянь, в правое выглянь!
Он заглянул в левое ухо, выглянул в правое — стал молодец молодцом! Конь понес его так шибко, что сорвал с дома крышу; все закричали, принялись стрелять в коня, только не попали; свадьба опять разъехалась.
Вот и старшая царевна просит, чтобы ей колечко сделали.
— Не хотела я, — говорит, — за Белого Полянина замуж идти, да, видно, бог так судил!
Страница 3 из 4
