Иван Медведев

Иван Мидведев говорит: «Ну, робята, будемте дом строить». И оставили одного перьвого водяника быка варить, а самы пошли бревен рубить. Он варил, варил, выстала бабка с-под земли, его взяла, клала под колено и сама щи выхлебала, и потом щи выхлебала и сама ушла. Тут мужик видит: «Эка беда!» Пришли к нему обедать, Щи у него худыи.«Что же у тебя, ска, щи худыи?» — «А я, ска, лес сподоблял, а вороны всё мясо выносили». Потом оставили другого (который гору перекатывал). И ён опеть варил, варил быка, и эта старуха выстала, его под колено, и сама щи выхлебала. Опеть пришли к нему обедать: «Что же у тебя, опеть, скаже, щи худыи?» — «А лес сподоблял, скае, а сороки да вороны мясо выносили». Третий остался опеть, третёго быка варить; опеть старуха выстала да и опеть его под колено, и щи и выхлебала. Опеть пришли к нему обедать, щи опеть худыи. «Ну что же у вас, ска, щи худыи? Которого не оставь, щи у всих у вас худыи». Иван Мидведев говорит: «Да-ка, я, ска, теперь останусь четвёртого быка варить». Он варил, варил, она с под земли и выстала и его хочет поймать. Иван Мидведев ей говорит: «Ах ты, старый чорт! Ты у нас вси щи выхлебала». И давай и ён с ней бороться. Иван Мидведев ю изборол: «Хошь знать — я сечас ти смерть придам». — «Пожалуста, скае, спусти на этот раз, я лучше за тебя дочку отдам». Пришли к нему обедать, ён спустил эту стару бабку, ёна опеть на старо место ушла. Пришли к ему убедать, так у него щи хороша. «Ох вы, скаже, мозгляки, еще вы считаетесь сильни и удалы, и этой вы старухи сбороть не могли». Взял канат долгой и предолгой. «Ну, робята, спуститя меня в землю сюды». И ёны взяли его туды и спустили, и ён приходил к этой бабкы туды. В эфтом доми девиця молодцю принравилась. Ён пришол и этой бабки ниту, одна девиця сидит. Эта девиця в молодця очень влюбилась и говорит этому молодцю: «Мать, как придёт, будет вином потчивать тебя, ты с левой руки бутылки не бери, а с правой бери, с правой руки водка сильнеа». Несколько-то времени там промешкали, она и пришла, взяла вино и начала его потчивать, зятюшка (свадьба всё впереди, мать вишь ходила по роду, сберать на свадьбу). С правой руки ему вина не даваэ, а с левой, а ён с левой не берёт. «Ницьи смысла, горогушина»(эта дочька, вишь, сказала). Ну ёна принуждена уж с правой руки ему вина дать. Ёны взяли и выпили, одна выпила с левой руки, другой с правой. И ён так был силен, а тут ещё гораже стал сильней. Тёща и говорит:«Теперь, зять, давай боротьця со мной, потом дочку дам за тебя»(свадьбу будем играть). Ёны как стали бороться, ёна и рук с ним поправить не може. Потом ёны начали свадьбу играть, свадьбу оны сыграли, потом спреже взяли, здынули по этому канату живот (этот невестин) — приданно, потом за канат туды невесту туды потянули (на землю туды в верёх с-под земли). Потом ю, как туды здынули, молодци тройкой видят, что она очень хороша. Потом и его потянули, до половины тянули, потом канат отрубили, туды назад. И ён полетел, повидай и куда. Потом ён пошол — не видать света белого: всё ровно как тёмная ночь, в такоэ место улетел, что как тёмнаа ночь. Ён ходил, ходил, ходил несколько-то годов и всё свету не видел. Потом показалась ему одна звездоцька, и ён по этой звездоцьки шол, шол; пришла ему избушка.«Избушка, избушка, — говорит, — повернись туды дворьцём, сюды крыльцём; мни не век вековать, одна ночька ночовать». Пришол — избушка повернулась, ён и зашол в эфту избушку. Лежит баба — ноги на лавки, голова на пороги, а титьки на ошошки (что в пень вкладывают, ошош — гди варят, которая плита, так тоэ место). «Фу, фу, фу, фу, слыхом не слыхала, видом не видала, руський дух в избу зашол». — «Ничого, ничого, бабушка, не успела бы выспрашивать, не успела бы выведывать, баенку истопила бы, покормила бы и спать положила бы, то что бы и выспрашивала». Она сичас байну стопила, в байну сводила и покормила, и напоила, и спать повалила. И начала выспрашивать. «Ну, откуда ты, молодець, из каких мест здись находишься?» — «Вот, бабушка, так и так; вот у такой-то я старушки дочку за себя взбрал, потом ю туды на землю здынул, а миня взад и спустили. Не знаэшь ли, как бы мни попасть в тую землю (на тыи земли)?» — «Ох, молодец, как трудно тиби попадать туды, оченно далеко. Есь у миня сестра за десеть вёрс, и есь у ней птиця такаа, что она туды свезёт тибя; и молись у ней, хорошенько проси, штобы дала этой птици». Ён и скаже: «Ну, не сном мни дорожку коротать, зоботкой». И ён и отправился. Опеть шол, шол, шол и опеть пришол к эхтой избушки и зашол ён в эфту избушку. «Фу, фу, фу, фу, слыхом не слыхала, видом не видала, вдруг появился руський дух, в избу зашол». — «Ничого, ничого, бабушка». — «Ну с каких ты, молодець, мест здись находишься?» — «Есь я, сказке, с таких-то мест и у эдакой-то бабушки брал дочьку за сибя и потом я ю туды на верёх, на свою землю здынул, а меня потянули да и взад спустили». — «О, да, скаже, ты это моэй сестры зять». — «Как бабушка, скае, не знаэшь ли, как мни попадать в тую землю?» — «Не знаю, скаже, как тиби попадать».