В стольном городе во Киеве у ласкова князя у Владимира хороший заведен был почестный пир на многие на князи да на бояра, да на сильны могучие богатыри.
Добавить в моё избранное
7 мин, 51 сек 1259
На старом шуба то соболья была
Да под дорогим под зеленым под стаметом,
Да пугвицы были вальячные,
Да вальяк от литый красна золота.
Да кланяется, поклоняется
Да сам говорит и таково слово:
«Да свет государь ты Владимир князь!»
Да пожалуй ка, Владимир, во высок терем,
Во высок терем хлеба кушати«.»
Да говорил Владимир таково слово:
«Да скажи ка мне, старыи матёрый человек,»
Да как тебя да именем зовут,
Хотя знал, у кого бы хлеба кушати?«-»
«Да я Пленко да гость Сарожанин,»
Да я ведь Чурилов от есть батюшко«.»
Да пошел де Владимир во высок терем,
Да в терем от идет да все дивуется,
Да хорошо де теремы да изукрашены были:
Пол середа одного серебра,
Печки те были всё муравленые,
Да потики те были всё серебряные,
Да потолок у Чурила из черных соболей,
На стены сукна навиваны,
На сукна те стекла набиваны.
Да всё в терему де по небесному,
Да вся небесная луна де принаведена была,
Ино всякие утехи несказанные.
Да пир от идет о полупиру,
Да стол от идет о полустоле;
Владимир князь распотешился,
Да вскрыл он окошечка немножечко,
Да поглядел де во далече чисто поле:
Да из далеча далеча из чиста поля
Да толпа молодцов появилася,
Да еде молодцов а боле тысячи,
Да середи то силы ездит купав молодец,
Да на молодце шуба то соболья была,
Под дорогим под зеленым под стаметом,
Пугвицы были вальячные,
Да вальяк от литый красна золота,
Да по дорогу яблоку свирскому.
Да еде молодец, да и сам тешится,
Да с коня де на коня перескакивает,
Из седла в седло перемахивает,
Через третьего да на четвертого,
Да вверх копье побрасывает,
Из ручки в ручку подхватывает.
Да ехали приехали на Почай на реку,
Да сила та ушла де по своим теремам.
Да сказали Чурилы про незнаемых гостей,
Да брал де Чурило золоты ключи,
Да ходил в амбары мугазенные,
Да брал он сорок сороков черных соболев,
Да и многие пары лисиц да куниц,
Подарил де он князю Владимиру.
Да говорит де Владимир таково слово:
«Да хоша много было на Чурила жалобщиков»
Да побольше того де челобитчиков, Да я теперь на Чурила да суда де не дам«.»
Да говорил де Владимир таково слово.
«Да ты, премладыи Чурилушко сын Плёнкович!»
Да хошь ли идти ко мне во стольники,
Да во стольники ко мне, во чашники?
Да иной от беды дак откупается,
А Чурило на беду и нарывается.
Да пошел ко Владимиру во стольники,
Да во стольники к нему, во чашники.
Приехали они ужо во Киев град,
Да свет государь да Владимир князь
На хороша да нового на стольника
Да завел государь де почестный пир.
Да премладыи Чурило то сын Плёнкович
Да ходит де ставит дубовы столы,
Да желтыми кудрями сам потряхивает,
Да желтые кудри рассыпаются,
А быв скачен жемчуг раскатается.
Прекрасная княгиня та Апраксия
Да рушала мясо лебединое;
Смотрячись де на красоту Чурилову,
Обрезала да руку белу правую,
Сама говорила таково слово:
«Да не дивуйте ка вы, жены господские,»
Да что обрезала я руку белу правую:
Да помешался у мня разум во буйной голове,
Да помутилися у мня де очи ясные,
Да смотрячись де на красоту Чурилову,
Да на его то на кудри на желтые,
Да на его де на перстни злаченые.
Помешался у мня разум во буйной голове,
Да помутились у меня да очи ясные«.»
Да сама говорила таково слово:
«Свет государь ты Владимир князь!»
Да премладому Чурилу сыну Плёнковичу
Не на этой а ему службы быть, Да быть ему де во постельниках,
Да стлати ковры да под нас мягкие«.»
Говорил Владимир таково слово:
«Да суди те Бог, княгиня, что в любовь ты мне пришла.»
Да кабы ты, княгиня, не в любовь пришла, Да я срубил бы те по плеч да буйну голову,
Что при всех ты господах обесчестила«.»
Да снял де Чурилу с этой большины
Да поставил на большину на иную,
Да во ласковые зазыватели, Да ходить де по городу по Киеву,
Да зазывати гостей во почестный пир.
Да премладыи Чурило то сын Плёнкович
Да улицми идет да переулками,
Да желтыми кудрями потряхивает,
А желтые те кудри рассыпаются.
Да смотрячись де на красоту Чурилову,
Да старицы по кельям онати они дерут,
А молодые молодицы в голенища
Красные девки отселья дерут.
Да смотрячись де на красоту Чурилову,
Да прекрасная княгиня та Апраксия
Да еще говорила таково слово:
«Свет государь ты Владимир князь!»
Да тебе де не любить, а пришло мне говорить.
Да премладому Чурилу сыну Плёнковичу
Да «не» на этой а ему службы быть, Да быти ему во постельниках,
Да стлати ковры под нас мягкие«.»
Да видит Владимир, что беда пришла,
Да говорил де Чурилу таково слово:
«Да премладыи Чурило ты сын Плёнкович!»
Да больше в дом ты мне не надобно.
Да под дорогим под зеленым под стаметом,
Да пугвицы были вальячные,
Да вальяк от литый красна золота.
Да кланяется, поклоняется
Да сам говорит и таково слово:
«Да свет государь ты Владимир князь!»
Да пожалуй ка, Владимир, во высок терем,
Во высок терем хлеба кушати«.»
Да говорил Владимир таково слово:
«Да скажи ка мне, старыи матёрый человек,»
Да как тебя да именем зовут,
Хотя знал, у кого бы хлеба кушати?«-»
«Да я Пленко да гость Сарожанин,»
Да я ведь Чурилов от есть батюшко«.»
Да пошел де Владимир во высок терем,
Да в терем от идет да все дивуется,
Да хорошо де теремы да изукрашены были:
Пол середа одного серебра,
Печки те были всё муравленые,
Да потики те были всё серебряные,
Да потолок у Чурила из черных соболей,
На стены сукна навиваны,
На сукна те стекла набиваны.
Да всё в терему де по небесному,
Да вся небесная луна де принаведена была,
Ино всякие утехи несказанные.
Да пир от идет о полупиру,
Да стол от идет о полустоле;
Владимир князь распотешился,
Да вскрыл он окошечка немножечко,
Да поглядел де во далече чисто поле:
Да из далеча далеча из чиста поля
Да толпа молодцов появилася,
Да еде молодцов а боле тысячи,
Да середи то силы ездит купав молодец,
Да на молодце шуба то соболья была,
Под дорогим под зеленым под стаметом,
Пугвицы были вальячные,
Да вальяк от литый красна золота,
Да по дорогу яблоку свирскому.
Да еде молодец, да и сам тешится,
Да с коня де на коня перескакивает,
Из седла в седло перемахивает,
Через третьего да на четвертого,
Да вверх копье побрасывает,
Из ручки в ручку подхватывает.
Да ехали приехали на Почай на реку,
Да сила та ушла де по своим теремам.
Да сказали Чурилы про незнаемых гостей,
Да брал де Чурило золоты ключи,
Да ходил в амбары мугазенные,
Да брал он сорок сороков черных соболев,
Да и многие пары лисиц да куниц,
Подарил де он князю Владимиру.
Да говорит де Владимир таково слово:
«Да хоша много было на Чурила жалобщиков»
Да побольше того де челобитчиков, Да я теперь на Чурила да суда де не дам«.»
Да говорил де Владимир таково слово.
«Да ты, премладыи Чурилушко сын Плёнкович!»
Да хошь ли идти ко мне во стольники,
Да во стольники ко мне, во чашники?
Да иной от беды дак откупается,
А Чурило на беду и нарывается.
Да пошел ко Владимиру во стольники,
Да во стольники к нему, во чашники.
Приехали они ужо во Киев град,
Да свет государь да Владимир князь
На хороша да нового на стольника
Да завел государь де почестный пир.
Да премладыи Чурило то сын Плёнкович
Да ходит де ставит дубовы столы,
Да желтыми кудрями сам потряхивает,
Да желтые кудри рассыпаются,
А быв скачен жемчуг раскатается.
Прекрасная княгиня та Апраксия
Да рушала мясо лебединое;
Смотрячись де на красоту Чурилову,
Обрезала да руку белу правую,
Сама говорила таково слово:
«Да не дивуйте ка вы, жены господские,»
Да что обрезала я руку белу правую:
Да помешался у мня разум во буйной голове,
Да помутилися у мня де очи ясные,
Да смотрячись де на красоту Чурилову,
Да на его то на кудри на желтые,
Да на его де на перстни злаченые.
Помешался у мня разум во буйной голове,
Да помутились у меня да очи ясные«.»
Да сама говорила таково слово:
«Свет государь ты Владимир князь!»
Да премладому Чурилу сыну Плёнковичу
Не на этой а ему службы быть, Да быть ему де во постельниках,
Да стлати ковры да под нас мягкие«.»
Говорил Владимир таково слово:
«Да суди те Бог, княгиня, что в любовь ты мне пришла.»
Да кабы ты, княгиня, не в любовь пришла, Да я срубил бы те по плеч да буйну голову,
Что при всех ты господах обесчестила«.»
Да снял де Чурилу с этой большины
Да поставил на большину на иную,
Да во ласковые зазыватели, Да ходить де по городу по Киеву,
Да зазывати гостей во почестный пир.
Да премладыи Чурило то сын Плёнкович
Да улицми идет да переулками,
Да желтыми кудрями потряхивает,
А желтые те кудри рассыпаются.
Да смотрячись де на красоту Чурилову,
Да старицы по кельям онати они дерут,
А молодые молодицы в голенища
Красные девки отселья дерут.
Да смотрячись де на красоту Чурилову,
Да прекрасная княгиня та Апраксия
Да еще говорила таково слово:
«Свет государь ты Владимир князь!»
Да тебе де не любить, а пришло мне говорить.
Да премладому Чурилу сыну Плёнковичу
Да «не» на этой а ему службы быть, Да быти ему во постельниках,
Да стлати ковры под нас мягкие«.»
Да видит Владимир, что беда пришла,
Да говорил де Чурилу таково слово:
«Да премладыи Чурило ты сын Плёнкович!»
Да больше в дом ты мне не надобно.
Страница 2 из 3
