Битва птиц

— закричал великан и с досады швырнул его прямо в крапиву.

Возвратился великан ко дворцу, требует исполнить все по уговору. Нарядила королева тайком сына огородника и отдала великану. Дошагал тот до реки, сломал ореховый прут и спрашивает:

— Будь у твоего папаши такой прут, что бы он сделал?

— Он взял бы этот прут и прогнал из огорода всех свиней и кур, лакомых до королевских овощей, — отвечает мальчик.

— Так значит, твой отец — огородник! — закричал великан и с досады швырнул его прямо в речку.

Возвратился великан, разъярился хуже прежнего, требует исполнить все по уговору. Делать нечего: отдали ему королевского сына.

Дошагал великан до высокой горы, сломал ореховый прут, спрашивает:

— Будь у твоего папаши такой прут, что бы он сделал?

— У моего отца есть прутик покрасивее, золотой, с цветными камушками, — отвечает мальчик.

— Что же он делает с этим красивым прутиком?

— Он сидит на своем королевском троне и держит его в правой руке, чтобы все слушались!

Усмехнулся великан: понял, что на этот раз его не обманули. Привел он королевича к себе домой, воспитал его, как родного сына. День проходит за днем и год за годом, настал час, когда великан призвал королевича к себе и объявил:

— Пора тебе жениться. Есть у меня две дочери: черноволосая да белокурая. Выбирай, которая тебе больше нравится.

А надо вам сказать, что у великана была и третья дочь, младшая. Звали ее Рыжекудрая Мэри. Пуще глаза стерег ее отец, скрывал от чужих глаз. Да только королевич успел повидать ее, и полюбить.

— Коли так, — отвечает он, — отдай за меня меньшую дочь, Мэри.

Как услышал это великан, взъярился:

— Многого ты захотел! Исполни прежде три моих желания. Не сумеешь — прощайся с жизнью!

— Согласен, — отвечает королевич.

— Во-первых, вычисти хлев, где я держу сто коров и быков, уж семь лет, как там не чищено. Да так вычисти, чтоб золотое яблоко по полу прокатить из конца в конец и ни пятнышка на нем не сыскать.

Взялся молодец за дело. Полдня трудился, семь раз потом умылся, а дело почти ни с места. Подошла к нему младшая великанова дочка, спрашивает:

— Как работа идет?

— Не работа, а сущее наказанье, — отвечает королевич.

— Не тужи зря. Присядь и отдохни! Послушался королевич. Присел рядом с Мэри да незаметно задремал. Задремал на минутку, а проспал часок. Просыпается — Мэри рядом нет, а хлев вычищен так, что прокати золотое яблоко из конца в конец — ни пятнышка на нем не сыщешь. Увидал великан чистый хлев, сморщился недовольно:

— Кто-то помог тебе.

— Уж не ты ли? — улыбнулся королевич.

— Рано радуешься. К завтрашнему утру покрой мне этот хлев крышей из птичьих перьев, да так, чтобы не сыскать в ней двух одинаковых перышков.

Делать нечего, взял молодец лук со стрелами, пошел по лугам, по болотам дичь стрелять. Полдня проходил, семь потов спустил, а все без толку. Откуда ни возьмись — Рыжекудрая Мэри:

— Устал, охотничек?

— Да притомился малость.

— А ты присядь, отдохни.

Присел он рядом с Мэри и задремал. Задремал на минутку, а проспал до утра. Поутру смотрит: все исполнено.

— Кто-то помог тебе, — проворчал великан.

— Уж не ты ли? — весело отозвался королевич.

— Погоди радоваться. Видишь вон ту сосну? На сосне — сорочье гнездо, а в гнезде пять яиц. Сваришь мне на завтрак эти яйца всмятку, а разобьешь хоть одно — пеняй на себя.

А сосна, скажу я вам, была такой вышины, что другой подобной и не сыскать. До нижних веток — триста сажен голого ствола, не меньше. Попробуй влезь!

Призадумался королевич, а верная Мэри — тут как тут.

— Эта задача, — говорит, — потрудней других. Есть только одно средство. Смотри и не бойся.

Взяла Мэри кинжал, отрубила себе все пальцы на руках и ногах. Подкинула их вверх. Приросли ее пальчики к сосне, сделались лесенкой.

— Теперь взбирайся, мой милый, не мешкай. Достанешь сорочьи яйца и спускайся назад, да только смотри: дотронься рукой до каждой ступеньки, не пропусти ни единой. А то не досчитаться мне пальца на руке или на ноге.

Вскарабкался королевич на вершину сосны, достал из сорочьего гнезда пять яиц и спустился на землю. И все пальчики Мэри спрыгнули к ней обратно и приросли каждое к своему месту, кроме мизинчика на левой руке, которого забыл коснуться королевич, — пропустил он в спешке одну ступеньку.

Получил великан сорочьи яйца на завтрак.

— Твое счастье, хитрец, — сказал он. — Значит, будем свадьбу играть.

Свадьба была долгая и шумная. Гости-великаны ели и пили без передышки, а потом пошли танцевать. Вот это были танцы! Просто чудо, как весь дом не развалился. Наконец настало время молодым отправляться отдыхать. Но и тут великан устроил испытание.