В давние времена, говорят, был в одной деревне у одного человека зять. Раз, говорят, пришел он в гости к тестю и теще. Теща рис и приправу готовит и с зятем разговор ведет. Так и вечер настал.
2 мин, 58 сек 2948
Ну а приправу старуха готовила из свежих побегов бамбука. Сготовила, воды принесла — зятю руки помыть перед едой — и стул ему поставила около двери. Вымыл он руки, па-зад в дом вошел и сел на стул, а теща подала ему рис с приправой. Ест зять и думает — приправа мясная; дивится только, что кусков мяса не попадается. Вот он и спрашивает у тещи:
— Послушай, матушка, из чего это ты приправу сготовила? Мне что-то не разобрать.
Ну а за спиной у него была дверь из бамбука.
Теща и говорит:
— Оглянись-ка, сынок, увидишь, из чего я тебе приправу сготовила.
Повернулся он назад, видит бамбуковую дверь. Взглянул на нее и ничего не сказал. Старуха тоже ничего не добавила.
А зять думает: «Приправа-то нежная, лучше и не бывает. Подожду-ка я, пока все уснут, да и унесу дверь с собой». Вот что он надумал.
И вправду поели и спать улеглись. Он подождал, чтобы все заснули, тихонько встал, отвязал дверь и, не дожидаясь утра, взвалил ее на спину и зашагал прочь. И все это так, что никто и не заметил.
Поутру с петухами проснулись домашние тестя, глядят: двери-то не видать. Стали звать зятя, он не отзывается.
— Взгляните, где зять, — говорят. — Что он не откликается? Посмотрели везде — зятя нет. Тут старуха как захохочет.
Дочки спрашивают:
— Что это, матушка, ты так смеешься? Старуха им говорит:
— А ведь верней всего, дочки, это муженек вашей сестры удрал с нашей дверью. Вчера я дала ему рис с подливой из бамбуковых ростков. Он меня спросил: «Слушай, матушка, из чего это ты приправу сготовила? Мне что-то не разобрать». А я возьми да и скажи: «Оглянись-ка, сынок. Увидишь, из чего я тебе приправу сготовила». Потому-то, наверно, он дверь и уволок.
Услышали они это, сами долго смеялись и говорили:
— Наш зять-то страх какой глупый.
И вправду этот дурень, как пришел домой с дверью, сразу ее разломал, порубил палки в мелкие щепки и говорит жене:
— Сготовь мне из этого сегодня подливу.
— Какую подливу сготовишь из этого? — удивилась жена. — Неужто сухой бамбук можно есть? Мыслимое ли дело? Ну и глупый же ты.
— Вовсе нет, он очень вкусный, — говорит муж. — Вчера я ходил к твоей родне. Твоя матушка угостила меня подливой из этого. Хочешь верь хочешь нет, только я говорю, мне показалось, будто это мясная подлива. Вот почему я незаметно унес эту дверь; сами они мне ее не дали бы.
— Кто будет есть эти сухие щепки, если ты заставишь меня приготовить из них подливу? — спрашивает жена.
— Хорошо, — говорит он. — Если ты и другие не захотите, готовь для меня одного.
Раз он никак не хотел ее слушать, она и вправду сделала из этих щепок подливу и подала ему к вареному рису. Вот он налил на рис соусу, перемешал пальцами хорошенько и набил полный рот, а жена стоит, смотрит. Рис с этой водой ему не очень пришелся по вкусу, так он выудил кусок бамбука и принялся его кусать. Видит жена, как он деревяшку разгрызть старается, не удержалась и ну хохотать. Тут и он сам рассмеялся.
— Ну и подливу ты приготовила, — говорит. — Не умеешь ты ее готовить, невкусно у тебя получается. Как тебя угораздило куски недоварить? Матушка твоя в своей подливе, чем меня угощала, их так разварила, что я и кусочка найти не мог. А ты мне даешь одни куски неразваренные. Какие я нарубил, такие они и остались. Ты их нисколько не разварила.
— Не знаю я, как такую подливу готовить, — отвечает жена. — Лучше сам себе приготовь.
Он и вправду сам стал варить, только разварить не сумел. Зато уж все посмеялись над ним. С той поры прозвали его дурачком и немало этим дразнили.
Вот и сказке конец. Вся она тут.
— Послушай, матушка, из чего это ты приправу сготовила? Мне что-то не разобрать.
Ну а за спиной у него была дверь из бамбука.
Теща и говорит:
— Оглянись-ка, сынок, увидишь, из чего я тебе приправу сготовила.
Повернулся он назад, видит бамбуковую дверь. Взглянул на нее и ничего не сказал. Старуха тоже ничего не добавила.
А зять думает: «Приправа-то нежная, лучше и не бывает. Подожду-ка я, пока все уснут, да и унесу дверь с собой». Вот что он надумал.
И вправду поели и спать улеглись. Он подождал, чтобы все заснули, тихонько встал, отвязал дверь и, не дожидаясь утра, взвалил ее на спину и зашагал прочь. И все это так, что никто и не заметил.
Поутру с петухами проснулись домашние тестя, глядят: двери-то не видать. Стали звать зятя, он не отзывается.
— Взгляните, где зять, — говорят. — Что он не откликается? Посмотрели везде — зятя нет. Тут старуха как захохочет.
Дочки спрашивают:
— Что это, матушка, ты так смеешься? Старуха им говорит:
— А ведь верней всего, дочки, это муженек вашей сестры удрал с нашей дверью. Вчера я дала ему рис с подливой из бамбуковых ростков. Он меня спросил: «Слушай, матушка, из чего это ты приправу сготовила? Мне что-то не разобрать». А я возьми да и скажи: «Оглянись-ка, сынок. Увидишь, из чего я тебе приправу сготовила». Потому-то, наверно, он дверь и уволок.
Услышали они это, сами долго смеялись и говорили:
— Наш зять-то страх какой глупый.
И вправду этот дурень, как пришел домой с дверью, сразу ее разломал, порубил палки в мелкие щепки и говорит жене:
— Сготовь мне из этого сегодня подливу.
— Какую подливу сготовишь из этого? — удивилась жена. — Неужто сухой бамбук можно есть? Мыслимое ли дело? Ну и глупый же ты.
— Вовсе нет, он очень вкусный, — говорит муж. — Вчера я ходил к твоей родне. Твоя матушка угостила меня подливой из этого. Хочешь верь хочешь нет, только я говорю, мне показалось, будто это мясная подлива. Вот почему я незаметно унес эту дверь; сами они мне ее не дали бы.
— Кто будет есть эти сухие щепки, если ты заставишь меня приготовить из них подливу? — спрашивает жена.
— Хорошо, — говорит он. — Если ты и другие не захотите, готовь для меня одного.
Раз он никак не хотел ее слушать, она и вправду сделала из этих щепок подливу и подала ему к вареному рису. Вот он налил на рис соусу, перемешал пальцами хорошенько и набил полный рот, а жена стоит, смотрит. Рис с этой водой ему не очень пришелся по вкусу, так он выудил кусок бамбука и принялся его кусать. Видит жена, как он деревяшку разгрызть старается, не удержалась и ну хохотать. Тут и он сам рассмеялся.
— Ну и подливу ты приготовила, — говорит. — Не умеешь ты ее готовить, невкусно у тебя получается. Как тебя угораздило куски недоварить? Матушка твоя в своей подливе, чем меня угощала, их так разварила, что я и кусочка найти не мог. А ты мне даешь одни куски неразваренные. Какие я нарубил, такие они и остались. Ты их нисколько не разварила.
— Не знаю я, как такую подливу готовить, — отвечает жена. — Лучше сам себе приготовь.
Он и вправду сам стал варить, только разварить не сумел. Зато уж все посмеялись над ним. С той поры прозвали его дурачком и немало этим дразнили.
Вот и сказке конец. Вся она тут.