Маскарад

— Вы хотите сказать, что во мне нет ничего, кроме внешности?

— Я слишком плохо знаю вас, чтобы утверждать об этом с уверенностью, но один ваш недостаток я уже приметил.

— Какой же? — с насмешкой спросила мисс Софи.

— Вам не хватает веры.

— Веры? — Софи вновь рассмеялась.

— Да, мисс Софи, не удивляйтесь. Вы маловерны. Вы не верите в то, чего не можете увидеть и потрогать. Вы не верите ни во что, кроме своей красоты. Вы слепы, как новорожденный котенок. Вы думаете, что знаете жизнь, но на самом деле вы не знаете ничего. Ваши мечты — прах. Вы хотите запомниться, но не думаете о том, что когда умрете, вашу внешность все быстро забудут, а больше в вас нет ничего особенного.

— Кто вы? Какое право вы имеете говорить со мной так? — щеки Софи заалели от возмущения.

— Я тот, кто раз в год посещает это поместье и танцует на этом балу. Я тот, в кого ты не веришь и тот, кто может помочь тебе.

Софи тихонько засмеялась, но в глазах ее проскользнул страх, страх перед тем, чего она не знает и не понимает, перед тем, во что она не верит.

— Вы… — Сам Сатана. Это поместье и род Уолласов прокляты. Уолласы не могут покинуть этот особняк и они обязаны принимать меня на своем балу один раз в год. А еще по поместью разгуливает Призрачный граф, это призрак графа Джереми Уолласа, он жил здесь сто с лишним лет назад и из-за него на род пало проклятье. Но тебя это не касается, милая Софи Клересс. Ты всего лишь моя жертва.

Софи вырвалась из объятий юноши и хотела позвать на помощь, но все вокруг переменилось. Вместо богатого зала поместья Уоллес девушка оказалась в пустыне. Песок был темно-серым и шептал. Да, да, песок шептал разными голосами, невозможно было расслышать, что он шепчет, но было ясно одно: тысячи разных голосов, на разных языках шептали что-то важное. Кроме песка здесь не было ничего.

— Где я? Что происходит? — Софи сорвала с себя маску и гневно уставилась на Сатану.

— Это, — юноша обвел руками пространство, — пески времени. Они многое могут рассказать, если уметь слышать.

— Что вы задумали?

Юноша не обращал никакого внимания на вопросы Софии.

— Это песок тысяч жизней. Здесь решится и твоя судьба. Символично, не правда ли? — он обворожительно улыбнулся.

— Жизнь или смерть, что выбираешь ты?

— Это глупый вопрос, Сатана. Я выберу жизнь.

Дьявол одобрительно кивнул.

— Так отвечают все. Но никто не интересуется, каковой будет эта жизнь. Нет предела человеческой глупости, — юноша вздохнул.

— А если я скажу тебе, что жизнь эта будет полна страданий, а умрешь ты в нищете? Возможно, ты выберешь смерть сейчас, смерть от моей руки.

— Маска скрывает твое лицо и твои помыслы. Я не могу понять, что тебе надо, к чему тебе эта игра. Я в твоей власти, мне некуда бежать. Ведь ты не вернешь мне жизнь, что бы я ни выбрала.

— Ты почти угадала, Софи. Но я справедлив. Разгадай мою загадку и я освобожу тебя, — Дьявол сделал паузу, чтобы София осмыслила важность сказанного.

— Как ты сможешь вернуться назад, если можешь идти лишь вперед?

Софи лукаво улыбнулась.

— Я повернусь назад и пойду вперед.

— Мисс София, вы все-таки решили принять приглашение Призрачного графа?

— Что, Бекки?

— Я спросила… София не слушала Бекки. Она смотрела на кроваво-красное платье в ее руках, на свои растрепанные волосы.

— Нет, Бекки, я никуда не иду.

— Но, мисс Софи… — Никаких разговоров, оставь меня одну.

Бекки, сделав реверанс, вышла за дверь. В ее серых глазах промелькнул огонь.

— Не только красива, но и умна. Но я все равно заполучу тебя, — прошептала Бекка.

Огонь в ее глазах потух и она, неслышно ступая, пошла по коридору.

С маскарадного бала в тот вечер исчезла другая девушка — мисс Клара ЛеМаньели. Служанку Бекку больше никто не видел, в ее комнате нашли лишь записку такого содержания:

«Я ошибался. В тебе есть не только красота, милая мисс Софи. В тебе заключено куда больше достоинств».

Мисс София умерла в возрасте восьмидесяти пяти лет, оставив после себя трех замечательных дочек и книги, которые она считала тоже своими детьми и любила даже больше, чем дочек.

Человек сам творец своей судьбы. Каким бы темным не представлялось будущее, в ваших силах раскрасить его цветными красками.