Лабиринты. Не лучшее содержание для сна — особенно когда там живёт чудовище, гоняется за людьми, разрывает их на части и пожирает…
Добавить в моё избранное
7 мин, 16 сек 9781
Особенно, если чудовище — это ты. Я крадусь в темноте за жертвами, выдираю их внутренности и пожираю. А потом с утра чувствую вкус крови во рту, как сегодня. Ох. Ну вот, прокусила во сне губу. Ничего, не страшно. Хуже было. Когда нашла кровь под ногтями, пока поняла, в чём дело, перетрясло здорово. А всего-то — посмотреть на ладони и побежать их обработать йодом. Ещё бы кулаки не сжимать, с такими-то снами.
Нет, я понимаю, что это — ненормально. И я даже была в частной клинике у психолога. Прошла кучу сеансов, заплатила деньги, услышала заверения в адекватности моего поведения… К чему всё это, если каждый вечер я знаю, что буду делать ночью.
Ладно, вечер-это вечер. Пока у нас утро, и пора собираться на работу. Ладони заживают, хорошо. Умыться, почистить зубы — осторожно!— и так далее, всё — побыстрее, пробираясь через нежелание шевелиться и обрывки сегодняшнего сна. За кем я там гонялась? А, за своим бывшим с его нынешней. Есть в моей жизни такая парочка. Ничего себе, даже вспомнить приятно, что я с ними сделала. Обычно об этом думать не так уж приятно, сны у меня очень реалистичные. Я уже знаю всю анатомию человека, хоть и не учила специально — печёнки-селезёнки там всякие, их разница на ощупь и на вкус.
Собралась на работу, опять опаздываю, вышла, ждать маршрутку некогда, но рядом-стоянка такси, из кошелька уплыл очередной червонец… Ну вот я и добралась. А на работе, оказывается, ждут перемены. Нет, не выговор за опоздание, успела, хоть и впритык. Начальник отдела представляет новенького.
Послушаем. Менеджер по кадрам. Психолог по образованию. Красавчик по определению. Нет, это я уже сама додумала. Как и все наши дамы, конечно же. Кстати. Иначе и не скажешь. Он где-то моих лет, тридцатник наверное. Узкое лицо, вызывающее мысли об аскетизме, робости человека и так далее — что кому кажется наиболее романтичным в мужчине; отличная осанка — не расхлябанная, как у наших гамадрилов в отделе, которые крутые, как ясно что, но и не зажатая, как у шефа, который военный в отставке. В общем, красивая осанка у мальчика. Вежливая улыбка, сдержанный полупоклон… Ясно, что, первое: все наши дамы уже влюблены, второе: он у нас не пропадёт, и третье: нежной женской дружбе в нашем бюро приблизительных девочек-одногодок благополучно пришёл конец. Ладно, разберёмся. Меня и так от этих нежностей уже тошнит, да и после ночных блужданий обычно не тянет на доверительное общение. В общем, меня здесь недолюбливают и сторонятся, как женщину со странностями. Ладно хоть начальство вступается, так как я — работник старательный. Переживу, в общем, не привыкать.
Красавчик-менеджер между тем удалился в отдельную комнатушку (бывшая наша кладовка, так вот почему её всю прошлую неделю в порядок приводили). Наш мини-коллектив поуспокоился, взялся наконец за работу, и — пришли новости об очередных переменах. Новенький с прямого указания начальства по одному приглашает всех сотрудников и сотрудниц в свой кабинетик. Составить психологический портрет, так сказать. По алфавиту я ближе к началу, значит, скоро и меня попросят. Попросили. Я вошла. Ох… Говорят о взглядах, предназначенных лишь вам, вот этот — именно такой. Внимательный, испытывающий, и — что-то ещё… Проходите, пожалуйста, садитесь. Вы знаете, конечно, кто я и что, но-позвольте представиться ещё раз… Голос-баритон, проникающий, кажется, вглубь тебя, ушам больно. Рождаются же такие люди. И живут очень даже земной жизнью, кстати, на столике — фотография, классика: он с красивой женщиной и младенцем. Парень перехватил мой взгляд, но уточнять не стал. Правильно, меня эта часть тебя не интересует. Захочешь — и так познакомимся. У нашего нового сотрудника, оказывается, понимающая улыбка. А вот и то, что что-то ещё. Он, скорее всего, сенс. Не экстра, но надо быть осторожней. Мои ночные походы — моё дело.
Вообще такой классификации нет, это я для себя делю людей на обычных и не очень. Обычные — это те, с кем просто не сталкивалась в странных ситуациях, не очень обычные — сенсы, это, например, женщина в соседней комнате работает, если что-то потеряешь, идёшь к ней и жалуешься. Она на тебя посмотрит, и говорит: поищи там-то. Находишь. Спрашивали её, как так. Ответила, что говорит первое, что на ум приходит. Я попробовала тем летом, посоветовала своему тогдашнему парню поискать визитку друга в кармане. Перерыли всю одежду, я выслушала его мнение о моих приколах. Визитку он осенью в кармашке старого блокнота нашёл. Или вот, есть у меня один друг-враг, в зависимости от настроения (моего). Так он меня по первому своему желанию найти может, и мобилка здесь ни при чём. Идёт, куда глаза глядят, как он выражается, а потом натыкается на меня. Спрашивала, со многими он так? Не сказал.
Что таит в себе этот конкретный экземпляр? Ну, вот, какое разочарование. Заполните, пожалуйста, анкету. Ваш шеф просил, чтобы все уложились в пару дней. Думаю, сегодня с работой в вашем бюро всё равно не заладится… Опять улыбка, теперь — ехидная.
Нет, я понимаю, что это — ненормально. И я даже была в частной клинике у психолога. Прошла кучу сеансов, заплатила деньги, услышала заверения в адекватности моего поведения… К чему всё это, если каждый вечер я знаю, что буду делать ночью.
Ладно, вечер-это вечер. Пока у нас утро, и пора собираться на работу. Ладони заживают, хорошо. Умыться, почистить зубы — осторожно!— и так далее, всё — побыстрее, пробираясь через нежелание шевелиться и обрывки сегодняшнего сна. За кем я там гонялась? А, за своим бывшим с его нынешней. Есть в моей жизни такая парочка. Ничего себе, даже вспомнить приятно, что я с ними сделала. Обычно об этом думать не так уж приятно, сны у меня очень реалистичные. Я уже знаю всю анатомию человека, хоть и не учила специально — печёнки-селезёнки там всякие, их разница на ощупь и на вкус.
Собралась на работу, опять опаздываю, вышла, ждать маршрутку некогда, но рядом-стоянка такси, из кошелька уплыл очередной червонец… Ну вот я и добралась. А на работе, оказывается, ждут перемены. Нет, не выговор за опоздание, успела, хоть и впритык. Начальник отдела представляет новенького.
Послушаем. Менеджер по кадрам. Психолог по образованию. Красавчик по определению. Нет, это я уже сама додумала. Как и все наши дамы, конечно же. Кстати. Иначе и не скажешь. Он где-то моих лет, тридцатник наверное. Узкое лицо, вызывающее мысли об аскетизме, робости человека и так далее — что кому кажется наиболее романтичным в мужчине; отличная осанка — не расхлябанная, как у наших гамадрилов в отделе, которые крутые, как ясно что, но и не зажатая, как у шефа, который военный в отставке. В общем, красивая осанка у мальчика. Вежливая улыбка, сдержанный полупоклон… Ясно, что, первое: все наши дамы уже влюблены, второе: он у нас не пропадёт, и третье: нежной женской дружбе в нашем бюро приблизительных девочек-одногодок благополучно пришёл конец. Ладно, разберёмся. Меня и так от этих нежностей уже тошнит, да и после ночных блужданий обычно не тянет на доверительное общение. В общем, меня здесь недолюбливают и сторонятся, как женщину со странностями. Ладно хоть начальство вступается, так как я — работник старательный. Переживу, в общем, не привыкать.
Красавчик-менеджер между тем удалился в отдельную комнатушку (бывшая наша кладовка, так вот почему её всю прошлую неделю в порядок приводили). Наш мини-коллектив поуспокоился, взялся наконец за работу, и — пришли новости об очередных переменах. Новенький с прямого указания начальства по одному приглашает всех сотрудников и сотрудниц в свой кабинетик. Составить психологический портрет, так сказать. По алфавиту я ближе к началу, значит, скоро и меня попросят. Попросили. Я вошла. Ох… Говорят о взглядах, предназначенных лишь вам, вот этот — именно такой. Внимательный, испытывающий, и — что-то ещё… Проходите, пожалуйста, садитесь. Вы знаете, конечно, кто я и что, но-позвольте представиться ещё раз… Голос-баритон, проникающий, кажется, вглубь тебя, ушам больно. Рождаются же такие люди. И живут очень даже земной жизнью, кстати, на столике — фотография, классика: он с красивой женщиной и младенцем. Парень перехватил мой взгляд, но уточнять не стал. Правильно, меня эта часть тебя не интересует. Захочешь — и так познакомимся. У нашего нового сотрудника, оказывается, понимающая улыбка. А вот и то, что что-то ещё. Он, скорее всего, сенс. Не экстра, но надо быть осторожней. Мои ночные походы — моё дело.
Вообще такой классификации нет, это я для себя делю людей на обычных и не очень. Обычные — это те, с кем просто не сталкивалась в странных ситуациях, не очень обычные — сенсы, это, например, женщина в соседней комнате работает, если что-то потеряешь, идёшь к ней и жалуешься. Она на тебя посмотрит, и говорит: поищи там-то. Находишь. Спрашивали её, как так. Ответила, что говорит первое, что на ум приходит. Я попробовала тем летом, посоветовала своему тогдашнему парню поискать визитку друга в кармане. Перерыли всю одежду, я выслушала его мнение о моих приколах. Визитку он осенью в кармашке старого блокнота нашёл. Или вот, есть у меня один друг-враг, в зависимости от настроения (моего). Так он меня по первому своему желанию найти может, и мобилка здесь ни при чём. Идёт, куда глаза глядят, как он выражается, а потом натыкается на меня. Спрашивала, со многими он так? Не сказал.
Что таит в себе этот конкретный экземпляр? Ну, вот, какое разочарование. Заполните, пожалуйста, анкету. Ваш шеф просил, чтобы все уложились в пару дней. Думаю, сегодня с работой в вашем бюро всё равно не заладится… Опять улыбка, теперь — ехидная.
Страница 1 из 2
