Всё, что делается с любовью, лежит за пределами добра и зла Фридрих Ницше Джон Адамс выглянул в задрапированное безумно яркими шторками окно. На пороге стояли двое, затянутые в строгие официальные костюмы: миловидная шатенка и высокий брюнет.
Добавить в моё избранное
6 мин, 48 сек 7974
Мазки выходили неровные, какие-то пляшущие, как будто напились и их водит туда-сюда, туда-сюда. Джон с удовольствием бросил бы картину и просто полюбовался бы на Джоан. Но тогда она опять начнет его отчитывать, а этого мужчине не хотелось.
Художник почти расслабился, забыл о визитерах, о волнениях, о предстоящей работе для любимой. Она хотела сменить лицо завтра вечером, в канун их первой встречи. И Джон поможет ей в этом. Как всегда.
Задребезжал звонок. Кто-то пришел и желал видеть владельца дома, спрятавшегося в подвале. Звуки не могли ни просочиться сюда извне, ни вырваться наружу. Поэтому мистер Адамс давно, еще до встречи с Джоан, вывел дверной звонок в подвал, который давал знать о жаждущих общения посетителях.
Джон направился к лестнице. Нужно было проверить, кто явился и что ему нужно. Возможно, это агент пришел за картинами или соседка хотела попросить миксер, такое уже бывало.
— Не открывай! — кричала Джоан в спину мужчине, когда он поднимался наверх.
— Не смей! Я знаю, ты хочешь, чтобы я была страшилищем! Поэтому ты хочешь открыть дверь! Не смей!
На пороге стояла та же парочка, что несколько часов назад. Мужчина впервые за несколько лет ослушался музу и распахнул дверь.
— Здравствуйте! Вы мистер Джон Адамс? — осведомился брюнет.
— Меня зовут Гарри Девис. Это моя напарница — Эмили Мур. Мы из КБР.
— Да. Это я. Чем могу быть полезен бюро? — осведомился Джон. Нужно быть любезным, чтобы не вызывать подозрения.
— Мистер Адамс, Вы знаете что-нибудь про исчезновение Мери Миллер? Мы расследуем это дело, и опрашиваем возможных свидетелей, — агент показал полароидный снимок. На ней улыбалась немного пухленькая блондинка с веселыми карими глазами.
Джон отрицательно покачал головой.
— Она жила на соседней улице, исчезла около пяти дней назад. Родители не сразу заметили пропажу дочери.
— Возможно, Вы что-нибудь видели или слышали, — вступила в разговор женщина. Вблизи ее волосы были еще изумительнее, чем издали.
— Извините, ничем помочь не могу, — развел руками мистер Адамс.
— Я много работаю и редко выхожу, поэтому даже не знаю всех своих соседей. Я художник, и картины отнимают все мое время. К тому же скоро моя выставка. Приходится работать сверх нормы, чтобы успеть к сроку.
— Ясно. Спасибо за помощь.
— Всего доброго, — улыбнулась шатенка.
Визитеры уже спустились с крыльца, а Джон почти закрыл входную дверь, как вдруг агент Девис сказал:
— Мистер Адамс, хорошая у Вас машина. Надежная и вместительная.
— Да, спасибо, — отозвался владелец автомобиля и захлопнул дверь.
«Джоан была права. Нельзя было открывать дверь. Они обо всем догадались. И теперь вернутся, чтобы арестовать меня» Мужчина бросился вниз. Скатившись по лестнице, он тут же кинулся к клетке с Материалом. Нужно было все закончить сегодня. И бежать.
Джон выволок девушку из клетки. Блондинка кричала и брыкалась, как будто все это время копила силы на эту битву. Но справиться с мистером Адамсом, находящимся в прекрасной физической форме, было не так-то просто. Заломив девушке руки за спиной, мужчина подтащил ее к своей музе.
— Джоан, нам нужно бежать. Полиция, ФБР, скоро все будут здесь. Они разлучат нас. И мы больше никогда не будем вместе.
— Отпусти меня, чертов ублюдок! — орала девушка, извиваясь насколько позволяла ей хватка похитителя.
— Ты сумасшедший! Больной ублюдок!
Но художник ничего не слышал, для него была важна лишь Джоан. Ее мнение, ее желания, ее прихоти. Он давал ей то, что она хотела. Всегда. Сейчас она хотела стать красивой.
— Отпусти меня, я никому ничего не расскажу. Я скажу, что сбежала из дома. Пожалуйста! — взмолилась девушка.
— У моих родителей много денег. Они заплатят, сколько захочешь, только отпусти меня домой. Пожалуйста.
— Смотри, Джоан. Тебе нравится?
Джон схватил Материал за подбородок, чтобы его лучше можно было рассмотреть.
— Боже мой! — закричала блондинка.
— Боже мой, что это?
В плетеном кресле в длинном платье цвета заката, сложив руки на коленях, сидела мертвая женщина. Кожа пергаментного оттенка совершенно высохла и затвердела, прилипнув к костям. Словно это была старинная мумия из музея. Только лицо ее было другим. Свежая кожа была натянута на череп, голубые глаза смотрели мутным невидящим взором — Это твое новое лицо, Джоан. Тебе нравится? — улыбаясь, повторил мистер Адамс.
Мери Миллер закричала. В последний раз.
Художник почти расслабился, забыл о визитерах, о волнениях, о предстоящей работе для любимой. Она хотела сменить лицо завтра вечером, в канун их первой встречи. И Джон поможет ей в этом. Как всегда.
Задребезжал звонок. Кто-то пришел и желал видеть владельца дома, спрятавшегося в подвале. Звуки не могли ни просочиться сюда извне, ни вырваться наружу. Поэтому мистер Адамс давно, еще до встречи с Джоан, вывел дверной звонок в подвал, который давал знать о жаждущих общения посетителях.
Джон направился к лестнице. Нужно было проверить, кто явился и что ему нужно. Возможно, это агент пришел за картинами или соседка хотела попросить миксер, такое уже бывало.
— Не открывай! — кричала Джоан в спину мужчине, когда он поднимался наверх.
— Не смей! Я знаю, ты хочешь, чтобы я была страшилищем! Поэтому ты хочешь открыть дверь! Не смей!
На пороге стояла та же парочка, что несколько часов назад. Мужчина впервые за несколько лет ослушался музу и распахнул дверь.
— Здравствуйте! Вы мистер Джон Адамс? — осведомился брюнет.
— Меня зовут Гарри Девис. Это моя напарница — Эмили Мур. Мы из КБР.
— Да. Это я. Чем могу быть полезен бюро? — осведомился Джон. Нужно быть любезным, чтобы не вызывать подозрения.
— Мистер Адамс, Вы знаете что-нибудь про исчезновение Мери Миллер? Мы расследуем это дело, и опрашиваем возможных свидетелей, — агент показал полароидный снимок. На ней улыбалась немного пухленькая блондинка с веселыми карими глазами.
Джон отрицательно покачал головой.
— Она жила на соседней улице, исчезла около пяти дней назад. Родители не сразу заметили пропажу дочери.
— Возможно, Вы что-нибудь видели или слышали, — вступила в разговор женщина. Вблизи ее волосы были еще изумительнее, чем издали.
— Извините, ничем помочь не могу, — развел руками мистер Адамс.
— Я много работаю и редко выхожу, поэтому даже не знаю всех своих соседей. Я художник, и картины отнимают все мое время. К тому же скоро моя выставка. Приходится работать сверх нормы, чтобы успеть к сроку.
— Ясно. Спасибо за помощь.
— Всего доброго, — улыбнулась шатенка.
Визитеры уже спустились с крыльца, а Джон почти закрыл входную дверь, как вдруг агент Девис сказал:
— Мистер Адамс, хорошая у Вас машина. Надежная и вместительная.
— Да, спасибо, — отозвался владелец автомобиля и захлопнул дверь.
«Джоан была права. Нельзя было открывать дверь. Они обо всем догадались. И теперь вернутся, чтобы арестовать меня» Мужчина бросился вниз. Скатившись по лестнице, он тут же кинулся к клетке с Материалом. Нужно было все закончить сегодня. И бежать.
Джон выволок девушку из клетки. Блондинка кричала и брыкалась, как будто все это время копила силы на эту битву. Но справиться с мистером Адамсом, находящимся в прекрасной физической форме, было не так-то просто. Заломив девушке руки за спиной, мужчина подтащил ее к своей музе.
— Джоан, нам нужно бежать. Полиция, ФБР, скоро все будут здесь. Они разлучат нас. И мы больше никогда не будем вместе.
— Отпусти меня, чертов ублюдок! — орала девушка, извиваясь насколько позволяла ей хватка похитителя.
— Ты сумасшедший! Больной ублюдок!
Но художник ничего не слышал, для него была важна лишь Джоан. Ее мнение, ее желания, ее прихоти. Он давал ей то, что она хотела. Всегда. Сейчас она хотела стать красивой.
— Отпусти меня, я никому ничего не расскажу. Я скажу, что сбежала из дома. Пожалуйста! — взмолилась девушка.
— У моих родителей много денег. Они заплатят, сколько захочешь, только отпусти меня домой. Пожалуйста.
— Смотри, Джоан. Тебе нравится?
Джон схватил Материал за подбородок, чтобы его лучше можно было рассмотреть.
— Боже мой! — закричала блондинка.
— Боже мой, что это?
В плетеном кресле в длинном платье цвета заката, сложив руки на коленях, сидела мертвая женщина. Кожа пергаментного оттенка совершенно высохла и затвердела, прилипнув к костям. Словно это была старинная мумия из музея. Только лицо ее было другим. Свежая кожа была натянута на череп, голубые глаза смотрели мутным невидящим взором — Это твое новое лицо, Джоан. Тебе нравится? — улыбаясь, повторил мистер Адамс.
Мери Миллер закричала. В последний раз.
Страница 2 из 2
