Пророк

Это ж все равно, что привлекать за незаконную медицинскую деятельность малышей, которые между собой в больницу играют! Ну, нафантазировал что-то там карапуз, а вы, взрослые дураки, почему ему поверили? Пациенты, однако ж, верили и строго следовали рекомендациям, причем с большой пользой для себя.

Авторитет многих светил официальной медицины явственно покатился вниз. Один академик, приверженец старых методов лечения, которому теперь прямо в лицо стали заявлять, что он отстал от жизни, не выдержал и отправился лично разбираться с пророком. Павел имел полное право не пускать его на территорию частного владения, но Логос сказал: «Пусть войдет». Предупредив, чтобы не вздумал хамить пророку, ученого допустили к лицезрению Логоса.

Академик некоторое время постоял среди просителей, посмотрел, как сидящий на высоте ребенок, не знакомясь даже ни с какими медицинскими документами, бестрепетно называет тип опухоли, место расположения ее самой и метастаз, а затем рассказывает, какие именно лекарства от нее помогут и в каких клиниках ее лучше всего излечивают, наконец, не выдержал и влез со своими комментариями:

— Малыш, это тебе не игра!

— А я и не играю, — пришел незамедлительный ответ.

— Но ты же ставишь диагнозы людям, которых даже не видишь!

— Мне не надо видеть, они для меня как открытая книга.

— То есть ты веришь, что правильно определяешь и локализацию опухолей, и методы лечения?

— Я не верю, я знаю.

— А если вдруг ошибешься?

— Ошибаться свойственно людям, а не мне. Я аватар Божественного Сознания.

— И что, ни разу еще не ошибся?

— Найди хоть одну мою ошибку, и я не поставлю больше ни одного диагноза. Но сначала найди. А вот мне твои ошибки известны все до единой. Хочешь, расскажу? - и тут Логос принялся перечислять все те случаи, где сам академик неверно поставил диагноз либо избрал неэффективную схему лечения, и к чему это все привело.

Пожилой ученый взмок. Многое из того, о чем говорил этот мальчишка, не было отражено ни в каких документах, хотя сам он, конечно, помнил о своих ошибках и рад был, что о них не подозревают другие. И вот теперь все это оглашалось публично под насмешливые взгляды его же, может быть, бывших или будущих пациентов!

— Хватит… — прохрипел академик, расстегивая верхнюю пуговицу на рубашке, словно ему стало душно, — ты действительно знаешь все, признаю… Логос замолчал и уставился на оппонента своими небесно-голубыми глазами.

— Ты тогда и о моих болезнях должен знать, — продолжил академик.

— Скажи, что меня ждет?

— Я могу сказать, но тебе это очень не понравится.

— И все же. Я врач и знаю, что все люди смертны.

— Да, но не всем удается достойно отойти в мир иной. Тебя скоро ждет деменция, и тебе от нее не излечиться.

Морально убитый академик словно вмиг постарел на добрый десяток лет. Говорить больше было не о чем, пощады просить тоже не у кого. Ведь не сам же этот Логос безумие насылает?

После окончания приема Павел подошел к сыну, все еще продолжавшему сидеть на возвышении.

— Знаешь, мне даже как-то жалко стало этого напыщенного индюка… Ты мог бы ему помочь?

— Ему не поможешь, деменция неизлечима.

— А другие душевные болезни? Мне вот подумалось, что к тебе сейчас идут исключительно со всякими телесными болячками, а ты ведь прежде всего специалист по духу.

— Это так. Мне не восстановить физически пораженный мозг, но излечить болезненное сознание я способен.

— Это что-то типа неврозов?

— Да, неврозы, истерии, мании, неконтролируемые влечения. С последними сложнее, поскольку они обычно обусловлены гормональным фоном, но можно постараться перенаправить влечение на более безопасный объект.

— Тогда таких пациентов тоже можно к нам приглашать? Ох, чувствую, скоро во всех газетах станут писать, что здесь у нас изгоняют бесов!

— Да, изгнание бесов это точно по моей части, — позволил себе улыбнуться Логос.

Плюнув на все возможные возражения со стороны официальной психиатрии, Павел стал приглашать на встречи с Логосом и отдельные категории душевнобольных. «Изгнание бесов» Логос проводил вполне успешно, не прибегая ни к какой опасной химии, что только укрепило его славу целителя. Недовольных среди пациентов не было, и потому все попытки недоброжелателей завести хоть какое-то дело против много на себя берущих сектантов неизменно заканчивались провалом.

Когда Логосу исполнилось семь лет, районные чиновники от образования вдруг всполошились, что на подведомственной им территории живет мальчик, не посещающий школу. Павел с Марией их претензии решительно отвергли.

— Вы хотите определить его на домашнее обучение? — осведомился чиновник.

— Он не нуждается ни в каком обучении вообще, — отрезал Павел.

— Что ему могут дать ваши недоумки?