Острова смерти

Наконец ведьма улыбнулась и кивнула Ииво, после чего выпрямилась в полный рост, вскинув руки. В следующий миг белая гагара оглушительно хлопая крыльями, взмыла в воздух и понеслась на север. Я недоумевающе огляделся — все мертвецы вокруг меня куда-то пропали. Исчез и живой обрубок, который мертвый капрал Джонс сделал из Ивана Миронова — вместо него в центре лабиринта стоял массивный валун около двух футов в высоту. Я был один-один на проклятом острове, посреди лабиринта из камней, в окружении причудливых идолов.

Пароход, на котором мы прибыли к островам Вамма, тоже сгинул, но на воде у берега покачивалась небольшая лодка, подобная тем, что я видел у карельских рыбаков. Не без некоторой опаски я сел в нее и направил на запад-море было спокойным и я решил рискнуть преодолеть двадцать миль, отделявших меня от Кеми. К счастью, уже на полдороги я встретил выплывшую на поиски команду, доставившую меня в город.

Вудс замолчал, набивая трубку, в то время как мы недоверчиво смотрели на него.

— Ну знаете, Вудс, — наконец нарушил молчание Джойс, — все что вы рассказали настолько невероятно, что в это еще труднее поверить, чем в рассказы Нокса… — Я сам себе уже не верю, дорогой друг, — ответил Вудс, пуская в потолок кольца дыма, — еще до того, как я прибыл в Кемь, я начал сомневаться, не приснились ли мне все эти ужасы. Командованию я сказал только часть правды-что легионеры взбунтовались и мы перестреляли друг друга-выжить удалось только мне. Миронова в контрразведке Северной области, кстати, давно подозревали в шпионаже, так что мои объяснения оказались вполне приемлемыми. Чуть больше я рассказал карелам… Он повернулся к ящичку, позади него и бросил нечто, глухо брякнувшее по столу. Мы присмотрелись — это была пластина металла, напоминавшего серебро, но более тусклого. Сверху донизу ее покрывали замысловатые знаки или письмена.

— Похоже на руны, — неуверенно сказал Йитс-Браун, внимательно рассматривая табличку.

— Это не руны, — покачал головой Вудс, — вы можете и сейчас взять эту табличку и обратиться к любому светилу языкознания, как это сделал я — и узнать, что эти письмена не имеют ничего общего с каким-либо алфавитом ныне известным человечеству. А если обратитесь к толковому археологу, то узнаете, что табличка настолько стара, что во времена, когда ее создавали, наука вообще не предполагает какой-либо письменности.

— Откуда она у вас? — спросил Нокс.

— Мне дал ее один местный колдун, — слабо улыбнулся Вудс, — мои бойцы настояли на встрече, чтобы он помог мне очистится от скверны. Он рассказал, что в незапамятные времена, кто-то из первых карел, пришедших на эти земли, выкрал эту табличку в саамском святилище на островах Вамма и теперь она передается из поколения в поколение среди карельских кудесников. Есть легенда, что тот, кто разгадает эти письмена получит невероятное могущество, но среди карел никто близко не приблизился к разгадке. Колдун думал, что в Англии могут найтись умельцы.

— И все равно, — упрямо мотнул головой Джойс, — эта табличка ничего не доказывает.

— Разумеется, — кивнул Вудс, — я же говорил, что вы вряд ли мне поверите. Для меня же происшедшее в Карелии открыло, что история человечества куда как древнее и загадочнее, чем принято считать. Некогда на Севере существовало царство Тьмы, которым повелевали королевы-ведьмы, почитавшиеся словно богини. Они и поныне царят в тех краях, жестоко карая тех, кто осквернит их святилища. Но даже им оказались понятны те чувства чести и долга, что двигали Ииво и после смерти оставшегося верным данной мне присяге — верным даже перед ликом Королевы Мертвых.