Неумолимость

Включив свет в прихожей, я прочел: Мисс Фоллет, и Ваш номер, — он протянул мне желтый листок.

Я присмотрелась.

— Кажется, ваш почерк?

— Вы правы. Я очень удивился. Минут пятнадцать я раздумывал о том, откуда этот листок у меня, и о том… позвонить вам или нет.

— И что же вы решили?

— Вы знаете, мисс Фоллет, — съехидничал Р. С. в ответ — Сам не знаю, как так получилось… простите великодушно, я так удивился, когда услышал ваш голос, ну а уж назначать вам встречу в таком неподходящем месте — ума не приложу, как у меня только язык повернулся.

— Право, все в порядке, только дальше, прошу!

— Положив трубку, я понял, что наговорил глупостей, и что нам не успеть добраться до Тауэра. Я перезвонил, чтобы сказать, что заеду за вами на такси, но никто уже не брал трубку. Зная, что дождаться автобуса в это время немыслимо, я решил, что быстрым шагом дойду до станции напрямик. Боюсь, напрасно… — Отчего?

— Это довольно сумрачные места, мисс Фоллет… Лучше не буду пересказывать вам, с чем я встречался.

— Его лицо накрыла тень, и стали на пару мгновений заметны морщины на лбу.

— Так или иначе, до станции я добрался, но времени было катастрофически мало. А людей на перронах почти не было, только одна старушка стояла у стены в дальнем конце станции. Некоторое время я бродил взад-вперед под часами, тревожно выглядывая на пути. Я пошарил в карманах, еще раз посмотрел на листок с вашим номером, чтобы убедиться, что все это мне не приснилось. Мне попались несколько крупных монет — сдача от поездки домой, а на улице мела такая метель, и я опять по какому-то порыву… в общем, я подошел к пожилой леди и отдал ей эти монеты, добавив — «Вероятно, вы очень давно ждете поезд… быть может, проще найти такси?» Она подняла голову, и усталые глаза под черной фатой засияли так обнадеживающе! Она стала благодарить меня, но подошел поезд, и я вскочил в вагон, не успев ничего ответить.

— А что в вагоне? Расскажите, — попросила я. Мы вышли на улицу и остановились у входа в станцию.

— В вагоне? Ничего особенного. Правда, чтобы скоротать время, я снова стал перебирать вещи, на этот раз в бумажнике. И знаете, что я обнаружил?

Он осторожно достал из внутреннего кармана бумажник, раскрыл его и медленно достал… мою, совсем недавнюю, фотокарточку в клетчатом офисном костюме.

— Вашу фотографию, — сказал он и посмотрел мне в глаза.

Я засомневалась, и даже наморщила лоб, вспоминая: все ли я взяла, уходя из дома? Точно, не забыла ничего. Открыв сумочку, я молча протянула ему желтый листок, очень похожий на тот, что он держал в руках, и его фото.

— Красота какая, — спустя полминуты молчания, рассеянно сказал Р. С., кивнув на освещенный Тауэрский мост.

— Ах да, мисс Фоллет, я хотел предложить вам… я позвонил перед уходом из дома в один маленький ресторан в переулке Сити, близ Суда. Правда, сейчас я не так уверен, что вы одобрите мой выбор… Я предпочла промолчать, но неожиданно для себя чихнула.

— Какой я растяпа! На вас нет шарфа, мисс Фоллет… простите меня, если только возможно, — он расстегнул пальто, снял свой шарф и осторожно набросил его мне на плечи. Правда, я хотела поправить его, но коснулась его руки.

Нетрудно догадаться, что через миг я оказалась в его объятиях, тараканьи усы — стрелки часов; шелковая прохлада кровати.