Месть

По выходным дочка с подругами ходила на детские дискотеки в местный Дом культуры, ходила в лес, или купаться на речку. Бывало, они с подругами пешком шли в соседнее село, где так же встречались с живущими там одноклассниками. Частенько вечерами, когда я заканчивал работу, мы просто прогуливались с ней по поселку, обсуждая нашу дальнейшую жизнь.

Так пролетели два летних месяца.

А в середине августа Алиса вдруг исчезла. Я не находил себе места, целую неделю искал ее и в поселке и в лесу, по берегам реки. Заглядывал во все места, где любила собираться местная детвора. С десяток жителей поселка, которых я уже считал своими друзьями, прочесали ближайший лес, но все было тщетно. Подруги Алисы тоже не знали, куда она могла деться. Я не находил себе места. Написал заявление в милицию, но все было тщетно. А спустя еще несколько дней она нашлась… В тот злосчастный день, когда все случилось, я как раз уехал в город по каким-то медицинским делам. Личные проблемы не должны были мешать работе.

Во второй половине дня, когда я уже собирался ехать домой, мне позвонила наша новая соседка, фельдшер Ольга Васильевна и сообщила, что только что моя дочка нашлась, но… ее в тяжелом состоянии, срочно увезли на машине скорой помощи в городскую больницу. Она сказала, что Алису нашли возле дороги, недалеко от Алексеевки. Что дочку привезли сначала в наш фаб, но она сделать ничего не могла, так как у Алисы глубокое ножевое ранение в живот, и она лишь перебинтовала девочку и срочно вызвала скорую из города.

Я тут же помчался в больницу и подъехал к приемному покою, даже раньше скорой, которая везла мою дочь. Когда в приемную ввезли на каталке Алису, я ужаснулся. Моя доченька лежала совершенно бледная, в окровавленной, порванной одежде, лицо и руки в глубоких порезах. Живот перебинтован, но все бинты в районе печени уже пропитались кровью. Тут же подбежали врачи, готовясь вести ее на срочную операцию. Но тут моя девочка открыла глаза и увидев меня через силу улыбнулась. Я схватил ее за руку.

— Кто это сделал? — воскликнул я.

— Я все-таки убежала от него, папа, — тихо прошептала она в ответ.

— Я смогла.

— Кто это сделал? — повторил я свой вопрос, осторожно сжимая ее ладошку.

— Я его не знаю папа, но… Все будет хорошо… Дочка облизала пересохшие губы с запекшейся в уголках рта кровью — Но… если нет, и если я…, если там что-то есть… я покажу тебе кто… Я не знаю его, но… я найду его… Алиса сжала легонько мою руку и закрыла глаза. Ее увезли на операцию.

Тогда я не осознавал, что она хотела мне сказать. Я принял ее слова за бред, но вскоре я убедился, что мы ничего не знаем о смерти, точнее о том, что происходит после. Сейчас я верю. Верю в сверхестественное, хоть и был всю жизнь атеистом и не верил ни в бога, ни в черта, ни в жизнь после смерти. А может я просто слетел с катушек? Тронулся умом? Не знаю… Дочку увезли… а спустя час мне сообщили, что врачи сделали все возможное, но увы, спасти ее не смогли. В заключении было сказано, что дочка была жестоко изнасилована и судя по всему подверглась жестоким пыткам. Смерть же наступила от проникающего ранения печени и обильной потери крови.

Стоя на похоронах у гроба с бездыханным, таким родным телом дочери, я поклялся себе, что, чего бы мне это не стоило, найду этого изверга и месть моя будет ужасной.

После похорон я несколько дней не мог найти себе места. Я метался по квартире, как зверь в клетке, не зная с чего начать поиски. Конечно приезжал следователь, расспросил обо всем и… пропал, пообещав на прощание сделать все, что возможн о, чтобы найти убийцу. Я не надеялся на них.

Странные события со мной начали происходить на девятый день после смерти дочери. Ночью мне приснился сон: Мы с дочкой идем держась за руки, по незнакомым улицам какого-то, залитого солнцем поселка, она осматривается кругом и что-то ищет.

— Не переживай так, папа, — говорит она.

— Мы найдем его. Я помню тот дом… и подвал. Это было ужасно, но теперь все позади. Тут она обернулась и посмотрев мне в глаза сказала: — Я найду его, а ты сделаешь все остальное. Ты отомстишь за меня. Только тогда я освобожусь… Ты же поможешь мне, папа? Поможешь мне обрести покой?

Не успев ответить, я проснулся и уже сам себе прошептал вслух: Помоги мне найти его, Алиса. И я превращу его последние часы жизни в ад!

На протяжении еще нескольких ночей мне продолжал сниться этот сон. Мы ходили с дочкой по каким-то улицам, заглядывали в чужие дворы. Но вот однажды, спустя примерно еще неделю, сон изменился:

Я вновь шел по какой-то улице уже один и искал дочку. Вдруг она вышла из какого-то проулка и подойдя сказала:

— Я нашла его, папа! Я нашла тот дом.

— Скажи мне, где мы сейчас? — просил я.

— Покажи мне этот дом.

— Я сама все сделаю и приведу его к тебе, — прозвучал ответ.

— Жди! — И дочка вновь ушла в темноту, между домами.