Когда Мэри Леннокс только что появилась в Мисселтуэйт Мэноре — Йоркширском поместье дяди, выглядела она прескверно, да и вела себя не очень-то хорошо. Вообразите, надменную девочку десяти лет с худеньким злым лицом и тщедушным телом, добавьте к этому болезненную желтизну кожи, и вы без труда поймете, почему никого в Мисселтуэйте ее присутствие не порадовало.
Добавить в моё избранное
332 мин, 42 сек 12528
Трудно себе было даже представить, что один из этих детей тяжело болен, давно прикован к постели и ждет близкой кончины.
Между тем Колин и Мэри были сейчас и впрямь счастливы. Им было настолько весело, что даже книжек с картинками не потребовалось, и они так и остались лежать в стопке возле кровати. Мало того, Колин вдруг уселся на постели совершенно прямо. Он словно забыл и об атласной подушке, на которую опирался, и о болях в спине.
— Знаешь, — лукаво взглянул он на Мэри, — я только сейчас сообразил: ведь мы с тобой родственники. Ты мне — кузина, а я тебе кузен.
— Вот здорово! — воскликнула Мэри.
Это открытие повергло обоих в новый приступ веселья. Внезапно дверь комнаты распахнулась. На пороге стояли доктор Крейвен и миссис Мэдлок. Увидав, что Колин смеется, доктор замер от неожиданности, и экономка, которая шла следом, наступила ему на пятки.
— Боже мой! — в ужасе вытаращилась она на детей.
Тем временем доктор Крейвен немного пришел в себя.
— Это еще что такое? — строго осведомился он.
— Я вас спрашиваю: что тут происходит?
Мэри опешила. На Колина же приход экономки и доктора не произвел ровно никакого впечатления.
— Это Мэри Леннокс, моя кузина, — свысока отозвался он.
— Нам захотелось поговорить, вот я ее и позвал. Мне она очень нравится. Я теперь все время буду ее приглашать.
Ответ Колина привел Мэри в полное восхищение. На такое, кроме него, из всех мальчишек на свете был способен разве что юный раджа, которого она видела в Индии.
У доктора Крейвена, в отличие от Мэри, слова пациента восторга не вызвали. Правда, возражать Колину он не решился. Вместо этого он испепелял свирепыми взглядами экономку.
— Ох, сэр, — виновато забормотала та.
— Просто не знаю, как такое могло случиться! Уверена, никто из слуг не посмел бы болтать о девочке с мистером Колином. Слуги ведь знают приказ.
— А никто ничего и не болтал, — тут же внес полную ясность Колин.
— Мэри сама услышала, как я плачу. Она пошла на мой голос, и все. Так что не наговаривайте на слуг, Мэдлок.
Мэри взглянула исподлобья на доктора Крейвена. Заметив, что дети за ним наблюдают, он постарался придать лицу как можно более мягкое выражение и сказал:
— Боюсь, этот визит слишком тебя взволновал, мой мальчик.
Он опустился на край кровати и, взяв Колина за запястье, сосчитал пульс.
— Ну, разумеется, — удрученно произнес он.
— Пульс участился.
— Только посмейте не пускать ко мне Мэри! — грозно откликнулся Колин.
— Я вам тогда устрою! Слышите, вы, доктор Крейвен? И наплевать мне на пульс. Я чувствую себя сегодня гораздо лучше, потому что Мэри ко мне пришла. А чай я теперь буду пить вместе с ней. Пусть сиделка накроет ей рядом.
Доктор Крейвен и миссис Мэдлок обменялись тревожными взглядами.
— В общем-то, сэр, мне и правда кажется, что мистер Колин сегодня выглядит лучше обычного, — отважилась высказать свое мнение экономка.
— Конечно, в мисс Мэри ли тут все дело или же в чем другом — сказать затруднительно. Мистер Колин уже с утра выглядит превосходно.
— Так ведь Мэри ко мне в первый раз ночью пришла, — объяснил мальчик.
— Мне не спалось, и мы долго разговаривали. Потом она мне спела колыбельную песню из Индии, и я уснул. А утром проснулся, и мне сразу есть захотелось. Теперь Мэри у меня второй раз, и мне снова есть хочется. Мэдлок, распорядитесь же наконец, чтобы нам с мисс Мэри принесли чай!
Экономка покорно пошла исполнять приказание. Доктор Крейвен дождался, пока в комнате появилась сиделка с подносом, что-то шепнул ей на ухо, а затем произнес краткое напутствие Колину. Из речи доктора юный его пациент должен был заключить, что ему нельзя волноваться, нельзя много разговаривать и, главное, нельзя забывать, как слабо его здоровье и сколь пагубно может отразиться на нем даже небольшое напряжение.
«Теперь я знаю, почему Колин говорит все время о смерти, — слушая доктора, думала Мэри.»
— Когда столько всего нельзя, наверное, вообще перестает жить хотеться«.»
Что же до самого Колина, то он выслушал доктора с откровенным презрением.
— Вам, наверное, очень хотелось бы, мистер Крейвен, чтобы я до самой смерти только и думал бы о своей болезни, — процедил мальчик сквозь зубы.
— Но я не хочу! Не хочу! И Мэри Леннокс тоже не хочет, чтобы я думал об этом. Она будет ко мне приходить!
Доктор Крейвен пожал плечами и вышел из комнаты. Но еще до того, как за ним затворилась дверь, Мэри успела заметить, что он как-то поник. Доктор, в свою очередь, успел разглядеть ее.
Мэри с приходом взрослых по обыкновению замкнулась и, поджав губы, неподвижно сидела на табуретке.
Между тем Колин и Мэри были сейчас и впрямь счастливы. Им было настолько весело, что даже книжек с картинками не потребовалось, и они так и остались лежать в стопке возле кровати. Мало того, Колин вдруг уселся на постели совершенно прямо. Он словно забыл и об атласной подушке, на которую опирался, и о болях в спине.
— Знаешь, — лукаво взглянул он на Мэри, — я только сейчас сообразил: ведь мы с тобой родственники. Ты мне — кузина, а я тебе кузен.
— Вот здорово! — воскликнула Мэри.
Это открытие повергло обоих в новый приступ веселья. Внезапно дверь комнаты распахнулась. На пороге стояли доктор Крейвен и миссис Мэдлок. Увидав, что Колин смеется, доктор замер от неожиданности, и экономка, которая шла следом, наступила ему на пятки.
— Боже мой! — в ужасе вытаращилась она на детей.
Тем временем доктор Крейвен немного пришел в себя.
— Это еще что такое? — строго осведомился он.
— Я вас спрашиваю: что тут происходит?
Мэри опешила. На Колина же приход экономки и доктора не произвел ровно никакого впечатления.
— Это Мэри Леннокс, моя кузина, — свысока отозвался он.
— Нам захотелось поговорить, вот я ее и позвал. Мне она очень нравится. Я теперь все время буду ее приглашать.
Ответ Колина привел Мэри в полное восхищение. На такое, кроме него, из всех мальчишек на свете был способен разве что юный раджа, которого она видела в Индии.
У доктора Крейвена, в отличие от Мэри, слова пациента восторга не вызвали. Правда, возражать Колину он не решился. Вместо этого он испепелял свирепыми взглядами экономку.
— Ох, сэр, — виновато забормотала та.
— Просто не знаю, как такое могло случиться! Уверена, никто из слуг не посмел бы болтать о девочке с мистером Колином. Слуги ведь знают приказ.
— А никто ничего и не болтал, — тут же внес полную ясность Колин.
— Мэри сама услышала, как я плачу. Она пошла на мой голос, и все. Так что не наговаривайте на слуг, Мэдлок.
Мэри взглянула исподлобья на доктора Крейвена. Заметив, что дети за ним наблюдают, он постарался придать лицу как можно более мягкое выражение и сказал:
— Боюсь, этот визит слишком тебя взволновал, мой мальчик.
Он опустился на край кровати и, взяв Колина за запястье, сосчитал пульс.
— Ну, разумеется, — удрученно произнес он.
— Пульс участился.
— Только посмейте не пускать ко мне Мэри! — грозно откликнулся Колин.
— Я вам тогда устрою! Слышите, вы, доктор Крейвен? И наплевать мне на пульс. Я чувствую себя сегодня гораздо лучше, потому что Мэри ко мне пришла. А чай я теперь буду пить вместе с ней. Пусть сиделка накроет ей рядом.
Доктор Крейвен и миссис Мэдлок обменялись тревожными взглядами.
— В общем-то, сэр, мне и правда кажется, что мистер Колин сегодня выглядит лучше обычного, — отважилась высказать свое мнение экономка.
— Конечно, в мисс Мэри ли тут все дело или же в чем другом — сказать затруднительно. Мистер Колин уже с утра выглядит превосходно.
— Так ведь Мэри ко мне в первый раз ночью пришла, — объяснил мальчик.
— Мне не спалось, и мы долго разговаривали. Потом она мне спела колыбельную песню из Индии, и я уснул. А утром проснулся, и мне сразу есть захотелось. Теперь Мэри у меня второй раз, и мне снова есть хочется. Мэдлок, распорядитесь же наконец, чтобы нам с мисс Мэри принесли чай!
Экономка покорно пошла исполнять приказание. Доктор Крейвен дождался, пока в комнате появилась сиделка с подносом, что-то шепнул ей на ухо, а затем произнес краткое напутствие Колину. Из речи доктора юный его пациент должен был заключить, что ему нельзя волноваться, нельзя много разговаривать и, главное, нельзя забывать, как слабо его здоровье и сколь пагубно может отразиться на нем даже небольшое напряжение.
«Теперь я знаю, почему Колин говорит все время о смерти, — слушая доктора, думала Мэри.»
— Когда столько всего нельзя, наверное, вообще перестает жить хотеться«.»
Что же до самого Колина, то он выслушал доктора с откровенным презрением.
— Вам, наверное, очень хотелось бы, мистер Крейвен, чтобы я до самой смерти только и думал бы о своей болезни, — процедил мальчик сквозь зубы.
— Но я не хочу! Не хочу! И Мэри Леннокс тоже не хочет, чтобы я думал об этом. Она будет ко мне приходить!
Доктор Крейвен пожал плечами и вышел из комнаты. Но еще до того, как за ним затворилась дверь, Мэри успела заметить, что он как-то поник. Доктор, в свою очередь, успел разглядеть ее.
Мэри с приходом взрослых по обыкновению замкнулась и, поджав губы, неподвижно сидела на табуретке.
Страница 46 из 91
