Таинственный сад

— Дикен говорит, если с кем крепко подружишься, друг тебя понимать станет, каким бы он существом ни был.

— Вот бы мне с каким-нибудь ручным существом подружиться! — мечтательно произнес Колин.

— Но у меня всегда вокруг были одни только люди, — с досадой продолжал он, — а людей я не выношу!

— И меня тоже? — лукаво поглядела на него Мэри.

— Тебя как раз нет! — запротестовал он.

— Ты мне почему-то сразу понравилась.

— Ну, мы с тобой просто как со старым Беном Уэзерстаффом! — снова захохотала девочка.

— Он меня как увидел, сразу сказал, что мы с ним будто из одного материала скроены. И красотой оба не блещем и потом… Дай-ка вспомню.

— Мэри задумалась и со смехом добавила: — Потом Бен Уэзерстафф поговорку сказал: «И с виду кисло, и в нутрях не сладко». Это он тоже про меня и про себя самого. «И нрав у тебя, — говорит, — моего не лучше».

— И людей ты раньше так же, как я, ненавидела? — спросил Колин.

— Конечно, — честно призналась девочка.

— Если бы я тебя встретила, когда такая, как раньше была, я и тебя стала бы ненавидеть.

Колин виновато взглянул на Мэри.

— Жалко, я тогда так нехорошо говорил о Дикене. Но ты так расхваливала его, и я от этого разозлился. А теперь мне кажется, ты была права. Может, он и действительно ангел.

— Да ну, — отмахнулась Мэри.

— Я ведь тоже тогда на тебя разозлилась, вот и сказала про ангела. А вообще, Дикен совсем на ангела не похож. Хотя, — внезапно пришло ей в голову, — если бы был такой Специальный Ангел Йоркшира, ему пришлось бы разбираться во всей природе вокруг не хуже, чем Дикен.

— Хочу познакомиться с Дикеном, — не сводя с Мэри глаз, сказал Колин.

— Очень хочу.

— Ну и отлично! — воскликнула Мэри.

— Потому что… Потому что… Она никак не могла решиться и все же чувствовала: сейчас, именно сейчас надо рассказать Колину правду о Таинственном саде.

Ее волнение тут же передалось мальчику.

— Что «потому что»? — дрожащим голосом переспросил он.

Вскочив с табуретки, Мэри склонилась над Колином и стиснула ему руки.

— Ты сумеешь хранить настоящую тайну, Колин?

— Настоящую тайну? — отозвался тот, словно эхо, и побледнел сильнее обычного.

— Ну да, это же очень важно, — кивая после каждого слова, продолжала девочка.

— Дикену я тайну сразу доверила. Ведь ему даже птицы доверяют свои секреты. А тебе я могу? Подумай как следует.

И Колин, немного подумав, одними губами выговорил:

— Можешь, Мэри.

Но Мэри и после этого не сразу решилась. Какое-то время она внимательно изучала мальчика. Он выглядел так, будто только что произнес клятву.

— Ладно, слушай, — начала Мэри.

— Во-первых, Дикен придет к тебе завтра вместе со всеми своими зверями.

— Ух ты! — подскочил на кровати от радости Колин.

— А теперь самое главное, — понизила голос Мэри.

— Я нашла дверь в Таинственный сад. Она скрывается под плющом.

— Ты нашла? — широко раскрыл глаза Колин.

— Если бы только я смог попасть туда, Мэри! Как ты думаешь, я увижу Таинственный сад?

— И он еще сомневается! — хорошенько тряхнула его за плечи Мэри.

— Конечно, увидишь!

Ее уверенность передалась Колину, и вдруг он почувствовал себя почти совсем здоровым.

— Скажи, каким же действительно оказался сад? — спросил он.

Мэри стала рассказывать. Колин внимательно выслушал.

— Но это же все то же самое, что ты видела в своем сне про сад! — воскликнул он.

— Я… — Мэри на мгновение запнулась и вдруг громко и очень решительно проговорила: — Колин, я уже давно нашла ключ от сада. Просто я тогда боялась еще доверить тебе настоящую тайну!

Когда у Колина случались истерики, обычно тут же вызывали доктора Крейвена. На этот раз доктор был где-то в отъезде и появился лишь после полудня.

— Опять с ним истерика, — пробормотал он.

Лицо его стало кислым. Он не выносил визитов к Колину после истерик. Из раза в раз доктору Крейвену предоставлялась возможность наблюдать примерно одно и то же. Обессиленный Колин лежал на кровати. Однако стоило кому-нибудь из присутствующих произнести хоть слово, которое ему не нравилось, и он тут же закатывал новый скандал.

— Как он? — с опаской осведомился доктор у миссис Мэдлок, когда они подходили к комнате Колина.

— Когда-нибудь во время одной из таких истерик у него лопнет аорта, — сердито продолжал он.

— Этот мальчишка просто обезумел от того, что ему все сходит с рук. Вот погодите. Он сейчас нам с вами задаст.

— Нет, сэр, сейчас не задаст, — отвечала к удивлению доктора экономка.

— Вы не поверите. Эта девчонка (вообще-то она сама не лучше, чем Колин, и на всех вечно дуется) его прямо заколдовала.