В Вифлееме

Они брели наугад и скоро пришли в один постоялый двор. «Здесь сдают комнаты путешественникам, — объяснил Иосиф.»

— Подожди, я спрошу, не сможем ли мы здесь остановиться.«Но все комнаты были уже заняты. Не было ни уголка свободного. Все было переполнено.»

— Нам нужно поискать другой постоялый двор, — сказал Иосиф Марии.

— Наверняка тут есть еще.

На этой же улице они нашли другие.

— Моя жена устала, у нее в любую минуту может родиться ребенок, — говорил Иосиф везде, заходя на постоялый двор.

И хозяева всегда отвечали одинаково: «Но у нас все занято. Поищите где-нибудь в другом месте.» Когда они обошли несколько постоялых дворов, Иосиф сказал:«Может быть, нас примут в какой-то семье».

— Меня очень беспокоит наш маленький ослик, — вздохнула Мария.

— Посмотри, как он хромает. Ему нужно отдохнуть.

— Попробуем-ка мы в этом доме, — сказал Иосиф и постучал.

Дверь отворил седой старик.

— Дружище, не примешь ли ты нас на сегодняшнюю ночь, — спросил Иосиф.

— Мы обошли весь Вифлеем, но для нас не нашлось места ни на одном постоялом дворе.

— Очень жаль, — отвечал старик.

— Я охотно бы пустил вас, но прямо перед вами пришла одна семья с детьми, и я оставил их. У меня нет ни уголка свободного. Сходите к соседу. У него доброе сердце.

— Спасибо на добром слове, — сказал Иосиф и постучался в следующий дом.

Там произошло то же самое. И также в следующем, и в следующем, вдоль всей улицы; в Вифлеем пришло слишком много людей по приказу могущественного императора.

— Если бы у ослика были силы, мы бы лучше пошли опять к пастухам, — подумал Иосиф озабоченно.

— Но я не знаю, найдет ли он дорогу назад в темноте.

— Бог поможет нам и охранит нас, — возразила Мария.

— Не беспокойся, Иосиф, ослик всегда находит убежище для нас.

— Я хочу, чтобы ты оказалась права, Мария, — сказал Иосиф.

— Но ослик очень изменился.

Да, ослик был совсем иной, чем прежде. У него была сильная боль в ноге и он ужасно устал. Он уронил голову почти до земли. Поэтому он и не видел Ангела.

Но Ангел знал, как быть. Раз ослик его не видит, он позвал птиц из Назарета. Они были тут как тут. Все послеполуденное время следили они за осликом, Иосифом и Марией, облетели весь Вифлеем вдоль и поперек и очень беспокоились. Как же обрадовались они теперь! Они защебетали ослику прямо в уши. Что это за птичий щебет, такой громкий и ясный в темноте и холоде?

Конечно, это птицы из Назарета. И что же они поют?

— Идем, идем, идем, маленький ослик! Тут кров и тепло.

Ослик снова выпрямил шею и высоко поднял голову. Он увидел Ангела в конце переулка. Не хромая, решительно потрусил он в этом направлении.

— Ты слышал, Иосиф? — спросила Мария удивленно. Мои птицы запели.

— Да, — сказал Иосиф.

— Действительно, я еще никогда не слышал птичьего щебета ночью, когда к тому же так холодно.

— Ослик показывает путь, — улыбнулась Мария, — он вдруг стал резвым.

Теперь ослик перешел даже на рысь, и Иосифу приходилось бежать следом.

Тут внезапно исчезли плотные облака, которые окутывали все небо после обеда и вечером, и небо стало ясным.

Прямо над городом загорелась большая звезда, которую никто раньше не видел.

Когда ослик в очередной раз повернул за угол, он остановился у сияющего белого дома. У ворот кивал Ангел и улыбался, в саду щебетали птицы из Назарета. Иосиф и Мария слышали пение птиц, но Ангела они не видели.

— Чей это дворец? — спросил Иосиф изумленно.

— Он все больше и больше сверкает. Из чего он может быть построен? Это, должно быть, дом богатых людей.

— Разве можем мы туда войти, — сказала Мария робко, — такие простые люди, как мы. Но Иосиф, похоже, что ослик нас ведет именно сюда.

Иосиф попытался удержать осла, но ослик был настойчив.

— Милый Иосиф, — сказала Мария, — а, может, так и нужно, ведь мои птицы поют в этом саду.

— Вот как? — спросил удивленно Иосиф. Подойдя поближе к дому, Иосиф и Мария увидели, что он совсем не знатный и большой, как им сначала показалось. Это был простой старый хлев с перекосившимися стенами. Но в сияющем свете звезды, зачаровавшем их, он представился ослепительно белым и значительным.

— О! — обрадованно воскликнула Мария, — это всего лишь хлев. Тут нам обязательно позволят жить. Я совсем не думала, что мы войдем в чудный дом, мы такие пыльные и грязные.

— Хорошо, — сказал Иосиф, вздыхая.

— Здесь мы и поселимся. Пусть будет так. Пойду-ка спрошу старика в дверях.

Там действительно стоял старый, сгорбленный человек, хозяин этого хлева. Он услышал необычный птичий концерт в темной ночи и вышел, чтобы посмотреть на этих птиц. И увидел звезду, ее яркий свет.