Жил да был веселый рыжий бельчонок Тресси. И было у него много сестер и один братик Чоппи. Жили они в густом лесу, у самого озера, посередине которого стоял остров, густо заросший кустарником и орешником…
Добавить в моё избранное
5 мин, 14 сек 438
На том острове в дупле Большого дуба обитал угрюмый и необщительный филин — мистер Гук.
Он был хозяином всего острова. Целыми днями он спал, а по ночам выходил на охоту.
Было дело так. Однажды осенью, когда листья начали обретать золотистый и бордовый цвет, и пришло время собирать созревшие орехи, Тресси, Чоппи и их сестренки-белочки пошли к озеру, чтобы переплыть на остров и насобирать там орехи.
Бельчата построили из маленьких веток небольшие плоты и вытолкнули их на воду.
И, взяв мешки и вооружившись длинными веслами, они подняли свои пушистые хвосты как паруса и поплыли на остров Старого Филина собирать орехи.
Причалив к острову, белки первым делом пошли к Большому дубу.
Они знали, что нужно принести гостинец мистеру Гуку и подарили ему трех толстых мышей.
— Позвольте нам набрать орехов на вашем острове, дедушка? — глубоко кланяясь, обратились к старцу сестренки-бельчата и братик Чоппи.
Филин разрешил и в знак согласия зажмурил глаза.
А Тресси же без всякого уважения принялся прыгать и скакать, размахивая своим хвостом, и при этом громко петь:
Летом он приходит К нам издалека.
Круглый человечек, Веточка рука, Красная одежежда, Камешек внутри.
Если ты не понял, Снова повтори!
Угрюмый Гук даже и не думал разгадывать загадки, пусть даже такие простые, как про веточку вишни.
Вместо этого он зажмурил глаза и задремал, всем своим видом давая понять, что ему нет никакого дела до Тресси и его песенки.
Тем временем, бельчата набрали полные мешки орехов, перетащили их на плоты и вечером отправились обратно домой.
На следующее утро они снова переплыли через озеро на остров Старого Филина.
В этот раз бельчата принесли филину вкусного жирного крота и осторожно положили его на каменную плиту у его дверей.
— Мистер Гук, можно нам еще сегодня пособирать орехов? — вежливо спросили сестренки-белочки и братик Чоппи.
А Тресси все продолжал шалить — без всякого уважения к старейшине.
Он даже набрался наглости и начал щекотать полусонного мистера Гука крапивной веточкой, напевая и приплясывая при этом:
Злюка Калюка сидит за забором, Злюка Калюка гуляет за бором.
Но лучше Калюку не трогай рукой, Путь даже ты смелый такой!
Мистер Гук встрепенулся, увидел подарок и втащил крота в дом, громко хлопнув дверью прямо перед самым носом Тресси.
Скоро бельчата увидели как из верхнего дупла пошел дым; это филин разжег костер, чтобы отобедать кротом.
А Тресси подглядывал за ним в дверную щелку и продолжал напевать:
Он лохматится над крышей, Он и там, и сям, и выше.
Набери его в ладошки - Не увидишь в них ни крошки.
А бельчата тем временем работали, они прыгали по веткам и собирали орехи в мешки.
Тресси потом тоже насобирал немного круглых чернильных орешков и, усевшись на сосновом пне, стал играть в шарики.
И припевал сам себе: цок-цок-цок!
На третий день бельчата встали рано до рассвета, они отправились на озеро и наловили там семь отменных пескарей в очередной подарок для угрюмого филина!
Затем все погрузились на плоты и с попутным ветром поплыли на остров Старого Филина. Вскоре они причалили к берегу у кривого каштана.
Каждая из сестренок-бельчат несла в руках по пескарю.
И маленький братик Чоппи — тоже.
Только озорник Тресси ничего не приготовил в подарок.
Он скакал впереди всех и, как обычно, весело напевал:
В пустыне спросил меня странный попутчик:
«Много ли в море клубники, голубчик?» Сказал я, убив комара на носу:
«Столько же, сколько селедки в лесу».
Но угрюмый Гук вовсе не любил загадки, они его лишь раздражали, как и пляски Тресси.
На четвертый день белки наловили угрюмцу филину шесть черных жуков, завернутых в листья щавеля, словно спелые сливы, а сверху каждый листок был заколот сосновой иглой.
А Тресси на этот раз завел новую песенку:
Черные, как сливы, летят-гудят, Идут-бредут куда глаза глядят.
Черные, как сливы, сели на крылечко.
Разгадай загадку — подарю колечко!
Это было глупо с его стороны: ведь он не принес старику никакого кольца!
Бельчата снова трудились в орешнике, а Тресси по-прежнему развлекался: на этот раз он придумал протыкать сосновыми иголками ягоды шиповника и подпевал себе: цок-чок-цок!
На пятый день белки принесли мистеру Гуку мёд, который им пришлось стащить у пчёл на соседней горе.
Правда потом им пришлось вылизывать себе липкие лапки, но это было очень даже вкусно!
А Тресси по-прежнему скакал и распевал:
На лесной опушке Приземлились хрюшки, Желтые боюшки, Дидл-дин-дон!
В поле у тропинки Прожужжали свинки, Дидл-дин-дон!
Он был хозяином всего острова. Целыми днями он спал, а по ночам выходил на охоту.
Было дело так. Однажды осенью, когда листья начали обретать золотистый и бордовый цвет, и пришло время собирать созревшие орехи, Тресси, Чоппи и их сестренки-белочки пошли к озеру, чтобы переплыть на остров и насобирать там орехи.
Бельчата построили из маленьких веток небольшие плоты и вытолкнули их на воду.
И, взяв мешки и вооружившись длинными веслами, они подняли свои пушистые хвосты как паруса и поплыли на остров Старого Филина собирать орехи.
Причалив к острову, белки первым делом пошли к Большому дубу.
Они знали, что нужно принести гостинец мистеру Гуку и подарили ему трех толстых мышей.
— Позвольте нам набрать орехов на вашем острове, дедушка? — глубоко кланяясь, обратились к старцу сестренки-бельчата и братик Чоппи.
Филин разрешил и в знак согласия зажмурил глаза.
А Тресси же без всякого уважения принялся прыгать и скакать, размахивая своим хвостом, и при этом громко петь:
Летом он приходит К нам издалека.
Круглый человечек, Веточка рука, Красная одежежда, Камешек внутри.
Если ты не понял, Снова повтори!
Угрюмый Гук даже и не думал разгадывать загадки, пусть даже такие простые, как про веточку вишни.
Вместо этого он зажмурил глаза и задремал, всем своим видом давая понять, что ему нет никакого дела до Тресси и его песенки.
Тем временем, бельчата набрали полные мешки орехов, перетащили их на плоты и вечером отправились обратно домой.
На следующее утро они снова переплыли через озеро на остров Старого Филина.
В этот раз бельчата принесли филину вкусного жирного крота и осторожно положили его на каменную плиту у его дверей.
— Мистер Гук, можно нам еще сегодня пособирать орехов? — вежливо спросили сестренки-белочки и братик Чоппи.
А Тресси все продолжал шалить — без всякого уважения к старейшине.
Он даже набрался наглости и начал щекотать полусонного мистера Гука крапивной веточкой, напевая и приплясывая при этом:
Злюка Калюка сидит за забором, Злюка Калюка гуляет за бором.
Но лучше Калюку не трогай рукой, Путь даже ты смелый такой!
Мистер Гук встрепенулся, увидел подарок и втащил крота в дом, громко хлопнув дверью прямо перед самым носом Тресси.
Скоро бельчата увидели как из верхнего дупла пошел дым; это филин разжег костер, чтобы отобедать кротом.
А Тресси подглядывал за ним в дверную щелку и продолжал напевать:
Он лохматится над крышей, Он и там, и сям, и выше.
Набери его в ладошки - Не увидишь в них ни крошки.
А бельчата тем временем работали, они прыгали по веткам и собирали орехи в мешки.
Тресси потом тоже насобирал немного круглых чернильных орешков и, усевшись на сосновом пне, стал играть в шарики.
И припевал сам себе: цок-цок-цок!
На третий день бельчата встали рано до рассвета, они отправились на озеро и наловили там семь отменных пескарей в очередной подарок для угрюмого филина!
Затем все погрузились на плоты и с попутным ветром поплыли на остров Старого Филина. Вскоре они причалили к берегу у кривого каштана.
Каждая из сестренок-бельчат несла в руках по пескарю.
И маленький братик Чоппи — тоже.
Только озорник Тресси ничего не приготовил в подарок.
Он скакал впереди всех и, как обычно, весело напевал:
В пустыне спросил меня странный попутчик:
«Много ли в море клубники, голубчик?» Сказал я, убив комара на носу:
«Столько же, сколько селедки в лесу».
Но угрюмый Гук вовсе не любил загадки, они его лишь раздражали, как и пляски Тресси.
На четвертый день белки наловили угрюмцу филину шесть черных жуков, завернутых в листья щавеля, словно спелые сливы, а сверху каждый листок был заколот сосновой иглой.
А Тресси на этот раз завел новую песенку:
Черные, как сливы, летят-гудят, Идут-бредут куда глаза глядят.
Черные, как сливы, сели на крылечко.
Разгадай загадку — подарю колечко!
Это было глупо с его стороны: ведь он не принес старику никакого кольца!
Бельчата снова трудились в орешнике, а Тресси по-прежнему развлекался: на этот раз он придумал протыкать сосновыми иголками ягоды шиповника и подпевал себе: цок-чок-цок!
На пятый день белки принесли мистеру Гуку мёд, который им пришлось стащить у пчёл на соседней горе.
Правда потом им пришлось вылизывать себе липкие лапки, но это было очень даже вкусно!
А Тресси по-прежнему скакал и распевал:
На лесной опушке Приземлились хрюшки, Желтые боюшки, Дидл-дин-дон!
В поле у тропинки Прожужжали свинки, Дидл-дин-дон!
Страница 1 из 2
