Это было давным-давно. Случилась на белом свете большая и страшная беда: царь всех змей и драконов великий двенадцатиголовый Асьтаха захватил в плен солнце и луну и проглотил их. Стало на земле темным-темно…
Добавить в моё избранное
23 мин, 24 сек 13595
— У нашего народа не принято бить первым! — возражает ему Сьер-батыр.
— Тогда терпи! — кричит дракон.
Вот ринулся он на богатыря, размахнул хвостом, пыхнул пламенем и так ударил, что в землю вогнал его сразу же по колено.
Но встал богатырь на ноги, взмахнул своей тяжелой саблей и отсек дракону сразу две головы. Потекла кровь-вода ручьем по степи.
Разъярился дракон, взвился до небес, размахнулся своим могучим хвостом, разразился огнем-молнией, ударил и вогнал богатыря по пояс в землю.
Но мать-земля дала Сьер-батыру силу, выбрался он из земли, взмахнул алдаспаном и отсек дракону сразу три головы. Потекла черная кровь-вода по степи и залила всю низину.
Поднялся тут дракон выше всех небес, размахнулся хвостом, ударил богатыря, опалил его всего огнем-пожаром и вбил в землю по шею.
Но успел Сьер-батыр снять свой сапог и кинуть его в сторону коня. И бросился его белый аргамак ему на помощь, стал дракона копытами бить и зубами рвать.
Тем временем Сьер-батыр вылез из земли сильнее, чем прежде, ухватил дракона за хвост, ударил своим алдаспаном и отсек ему еще три головы. Взмолился тут дракон и говорит богатырю-великану:
— Не губи меня, оставь мне жизнь, а в награду за это я помогу тебе победить нашего царя, великого Асьтаху.
— Не нужна мне помощь противника. И я знаю: тот, кто изменяет своим один раз, изменит и еще раз, — сказал богатырь и взмахнул было своей тяжелой саблей.
— Я знаю много тайн, — взмолился опять дракон.
— Например, у тебя в кармане уши моих меньших братьев. Как только ты вынешь их из кармана, нападет на тебя сам великий Асьтаха внезапно… — Не нужны мне твои предательские советы, — скаказал ему Сьер-батыр и, взмахнув алдаспаном, отсек ему последнюю голову.
Смрадом наполнилась тогда вся земля. Тут Сьер-батыр собрал драконовы головы, отрезал уши, положил в карман. А потом головы и туловище завалил камнями. Ту-батыр так и не проснулся. Вернулся Сьер-батыр в дом, а там Юман-батыр спит, не шелохнется.
— Долго же ты спишь, братец мой средний, — укорил его Сьер-батыр, подымая от сна.
Тут и Ту-батыр вернулся с караула и качал ругаться:
— Нет там ни одной живой души, правда, я к утру заснул и какой-то дурень забил мне уши и ноздри мхом. Хотел я его проучить, а его и след простыл… — Подумав, добавил: — Думал сначала, что это ветер дул в мою сторону и мхом забил мне уши и ноздри, но ветра всю ночь не было… — Едемте, братцы, дальше, — говорит им Сьер-батыр, — чую я, приближаемся мы к царству великого и страшного Асьтахи и ждут нас жестокие битвы.
И три богатыря тронулись в путь.
Едут и едут три богатыря. Едут мимо гор высоких, мимо лесов дремучих, по степи широкой. Проходят дни, недели, месяцы и годы. Голод их мучает, жажда томит, ко сну клонит. Хочется им хлеба поесть, воды испить, поспать-отдохнуть. Вот видят они впереди гору, а на горе — деревню из девяти домов под одной крышей.
Поехал туда Сьер-батыр поискать-попросить хлеба насущного, воды животворной, угла для отдыха. Подъезжает к крайнему дому, смотрит в окно: на золотом стуле красавица со змеиным хвостом сидит, на лбу три звезды, на груди две звезды, в ушах звезды и на запястьях звезды. Сидит, ребенка в зыбке укачивает, а сама напевает:
— Едут три брата-богатыря, едут убийцы твоего отца, едут голодные, жаждой томимые, сильно усталые. Хотят они свет найти, солнце и луну спасти, победить моего отца, твоего дедушку. Вот выйду я им навстречу, стану мягкой постелью-периной, не стерпят они, лягут отдохнуть и погибнут… А кто слышит мои слова и передаст другим, тот сам станет пухом белым… Тихонечко отошел Сьер-батыр, вернулся к своим и ни слова им не говорит о том, что слышал.
— Устали мы, — говорят ему младшие братья.
— Но здесь негде отдохнуть, поехали дальше, — промолвил им Сьер-батыр.
Вон виднеется деревня из девяти домов, поедем туда, — говорят ему младшие братья.
Деревня из девяти домов, но под одной крышей, — таинственно промолвил Сьер-батыр, — туда мы не должны заезжать. Поторопимся, братцы мои названые.
И вот тронулись они дальше. Вдруг видят: перед ними — постель-перина.
— Вот здесь мы можем отдохнуть! — обрадовались Ту-батыр и Юман-батыр.
Бросились они к перине, но и тут Сьер-батыр опередил их. Подлетел он на белом коне, ударил ее алдас-паном и рассек вдоль и поперек. Постели как не бывало, только кровь черная потекла по степи широкой быстрой рекой.
Но не поняли Юман-батыр и Ту-батыр, от какой смерти спас их старший брат, стали они возмущаться:
— Ты хочешь нашей, что ли, погибели! Послушались тебя мы, за тобою шли, ни в чем не перечили. А ты последнюю нашу надежду — теплую постель уничтожил!
Хотел им Сьер-батыр рассказать все то, что он услышал у дома, что на горе был, но вовремя все вспомнил — говорить об этом нельзя, иначе он сам превратится в пух.
— Тогда терпи! — кричит дракон.
Вот ринулся он на богатыря, размахнул хвостом, пыхнул пламенем и так ударил, что в землю вогнал его сразу же по колено.
Но встал богатырь на ноги, взмахнул своей тяжелой саблей и отсек дракону сразу две головы. Потекла кровь-вода ручьем по степи.
Разъярился дракон, взвился до небес, размахнулся своим могучим хвостом, разразился огнем-молнией, ударил и вогнал богатыря по пояс в землю.
Но мать-земля дала Сьер-батыру силу, выбрался он из земли, взмахнул алдаспаном и отсек дракону сразу три головы. Потекла черная кровь-вода по степи и залила всю низину.
Поднялся тут дракон выше всех небес, размахнулся хвостом, ударил богатыря, опалил его всего огнем-пожаром и вбил в землю по шею.
Но успел Сьер-батыр снять свой сапог и кинуть его в сторону коня. И бросился его белый аргамак ему на помощь, стал дракона копытами бить и зубами рвать.
Тем временем Сьер-батыр вылез из земли сильнее, чем прежде, ухватил дракона за хвост, ударил своим алдаспаном и отсек ему еще три головы. Взмолился тут дракон и говорит богатырю-великану:
— Не губи меня, оставь мне жизнь, а в награду за это я помогу тебе победить нашего царя, великого Асьтаху.
— Не нужна мне помощь противника. И я знаю: тот, кто изменяет своим один раз, изменит и еще раз, — сказал богатырь и взмахнул было своей тяжелой саблей.
— Я знаю много тайн, — взмолился опять дракон.
— Например, у тебя в кармане уши моих меньших братьев. Как только ты вынешь их из кармана, нападет на тебя сам великий Асьтаха внезапно… — Не нужны мне твои предательские советы, — скаказал ему Сьер-батыр и, взмахнув алдаспаном, отсек ему последнюю голову.
Смрадом наполнилась тогда вся земля. Тут Сьер-батыр собрал драконовы головы, отрезал уши, положил в карман. А потом головы и туловище завалил камнями. Ту-батыр так и не проснулся. Вернулся Сьер-батыр в дом, а там Юман-батыр спит, не шелохнется.
— Долго же ты спишь, братец мой средний, — укорил его Сьер-батыр, подымая от сна.
Тут и Ту-батыр вернулся с караула и качал ругаться:
— Нет там ни одной живой души, правда, я к утру заснул и какой-то дурень забил мне уши и ноздри мхом. Хотел я его проучить, а его и след простыл… — Подумав, добавил: — Думал сначала, что это ветер дул в мою сторону и мхом забил мне уши и ноздри, но ветра всю ночь не было… — Едемте, братцы, дальше, — говорит им Сьер-батыр, — чую я, приближаемся мы к царству великого и страшного Асьтахи и ждут нас жестокие битвы.
И три богатыря тронулись в путь.
Едут и едут три богатыря. Едут мимо гор высоких, мимо лесов дремучих, по степи широкой. Проходят дни, недели, месяцы и годы. Голод их мучает, жажда томит, ко сну клонит. Хочется им хлеба поесть, воды испить, поспать-отдохнуть. Вот видят они впереди гору, а на горе — деревню из девяти домов под одной крышей.
Поехал туда Сьер-батыр поискать-попросить хлеба насущного, воды животворной, угла для отдыха. Подъезжает к крайнему дому, смотрит в окно: на золотом стуле красавица со змеиным хвостом сидит, на лбу три звезды, на груди две звезды, в ушах звезды и на запястьях звезды. Сидит, ребенка в зыбке укачивает, а сама напевает:
— Едут три брата-богатыря, едут убийцы твоего отца, едут голодные, жаждой томимые, сильно усталые. Хотят они свет найти, солнце и луну спасти, победить моего отца, твоего дедушку. Вот выйду я им навстречу, стану мягкой постелью-периной, не стерпят они, лягут отдохнуть и погибнут… А кто слышит мои слова и передаст другим, тот сам станет пухом белым… Тихонечко отошел Сьер-батыр, вернулся к своим и ни слова им не говорит о том, что слышал.
— Устали мы, — говорят ему младшие братья.
— Но здесь негде отдохнуть, поехали дальше, — промолвил им Сьер-батыр.
Вон виднеется деревня из девяти домов, поедем туда, — говорят ему младшие братья.
Деревня из девяти домов, но под одной крышей, — таинственно промолвил Сьер-батыр, — туда мы не должны заезжать. Поторопимся, братцы мои названые.
И вот тронулись они дальше. Вдруг видят: перед ними — постель-перина.
— Вот здесь мы можем отдохнуть! — обрадовались Ту-батыр и Юман-батыр.
Бросились они к перине, но и тут Сьер-батыр опередил их. Подлетел он на белом коне, ударил ее алдас-паном и рассек вдоль и поперек. Постели как не бывало, только кровь черная потекла по степи широкой быстрой рекой.
Но не поняли Юман-батыр и Ту-батыр, от какой смерти спас их старший брат, стали они возмущаться:
— Ты хочешь нашей, что ли, погибели! Послушались тебя мы, за тобою шли, ни в чем не перечили. А ты последнюю нашу надежду — теплую постель уничтожил!
Хотел им Сьер-батыр рассказать все то, что он услышал у дома, что на горе был, но вовремя все вспомнил — говорить об этом нельзя, иначе он сам превратится в пух.
Страница 5 из 7
