Грузовик подпрыгивал на колдобинах и мы с водителем — седоусым сухопарым работягой, тряслись на манер китайских болванчиков, один из которых, в виде собачки непонятной породы, устойчиво держался на приборной панели. Разница состояла лишь в том, что собачка, в отличие от нас, трясла исключительно головой.
Добавить в моё избранное
23 мин, 35 сек 2835
Раздался еле слышный, низкий, леденящий душу, смех.
Убедившись, что от пистолета нет никакого проку, я бросил его на пол и попятился назад, ступнями ощущая холодный цемент.
Дверь гаража, лязгнув металлом, резко захлопнулась перед моим лицом.
Через секунду погас свет. Нащупав в темноте грабли, я вцепился в них обеими руками и, держа перед грудью, готовый в любой момент ударить, отступил к поленнице, прижавшись к ней спиной. Со всех сторон, слышался, похожий на шипение, мерзкий шёпот.
Я натурально сходил с ума от ужаса. Он вцепился мне в горло, не позволяя сглотнуть, и снова едва не лишил сознания. Тело била крупная дрожь, я еле стоял на ногах и лишь отчаянно молился об избавлении от этого кошмара.
Дверь медленно открылась, позволяя толике света проникнуть в гараж.
Не знаю, откуда взялись силы, но бросив грабли на холодный пол, я выскочил во двор и побежал по старой дороге. Босыми ногами наступал на острые камешки, бежал по шелковистой влажной траве, спотыкался о кочки, падал, поднимался и снова бежал. Столько, сколько мог. Только бы прибежать к людям, только бы добраться до посёлка, да что там, хотя бы до шоссе! Когда дыхание перехватило, без сил рухнул на что-то мягкое.
Немного отдышавшись, с ужасом понял, что лежу на цветочной клумбе позади дома. Скосив глаза вбок, увидел приближающееся сероватое свечение. Поднявшись в каком-то безумном отчаянии, я посмотрел на плывущего в мою сторону призрака.
В руках он держал косу с обломанным лезвием.
Создавалось впечатление, что она просто плыла по воздуху в серебристой дымке, напоминающей мужчину.
— Не надо… — прошептал я пересохшими губами, когда увидел, что призрак замахнулся, а глаза его угрожающе вспыхнули ярко-фиолетовым огнём.
Скривившись от острой боли, пронзившей грудь, я схватился за сердце, упал в цветы и забился в агонии.
Лысеющий мужчина лет сорока пяти, в рубашке поло, цветастых шортах и шлёпках, поставив удочки рядом с дверью, прошёл в дом и развалился в кресле.
— Я так понимаю, ты сюда ненадолго… — сказал я.
Мужчина вздрогнул и прислушался. Затем встал с кресла, внимательно посмотрел в сторону лестницы и попятился к выходу.
Немного постояв, распахнул дверь, выбежал на террасу и закричал сидевшей у костра жене:
— Лиза! Лиза!
— Серёж, ну что ты кричишь? Нельзя подойти и спокойно сказать что ли? — лениво отозвалась супруга, повернув голову в сторону мужа.
— Лиза, там какой-то непонятный звук! Знаешь, словно шепчет кто-то… Так — «тштшш»… — Ой, да мыши, наверное… — Какие на фиг мыши?! Говорю тебе — на шёпот похоже… Смеркалось.
Убедившись, что от пистолета нет никакого проку, я бросил его на пол и попятился назад, ступнями ощущая холодный цемент.
Дверь гаража, лязгнув металлом, резко захлопнулась перед моим лицом.
Через секунду погас свет. Нащупав в темноте грабли, я вцепился в них обеими руками и, держа перед грудью, готовый в любой момент ударить, отступил к поленнице, прижавшись к ней спиной. Со всех сторон, слышался, похожий на шипение, мерзкий шёпот.
Я натурально сходил с ума от ужаса. Он вцепился мне в горло, не позволяя сглотнуть, и снова едва не лишил сознания. Тело била крупная дрожь, я еле стоял на ногах и лишь отчаянно молился об избавлении от этого кошмара.
Дверь медленно открылась, позволяя толике света проникнуть в гараж.
Не знаю, откуда взялись силы, но бросив грабли на холодный пол, я выскочил во двор и побежал по старой дороге. Босыми ногами наступал на острые камешки, бежал по шелковистой влажной траве, спотыкался о кочки, падал, поднимался и снова бежал. Столько, сколько мог. Только бы прибежать к людям, только бы добраться до посёлка, да что там, хотя бы до шоссе! Когда дыхание перехватило, без сил рухнул на что-то мягкое.
Немного отдышавшись, с ужасом понял, что лежу на цветочной клумбе позади дома. Скосив глаза вбок, увидел приближающееся сероватое свечение. Поднявшись в каком-то безумном отчаянии, я посмотрел на плывущего в мою сторону призрака.
В руках он держал косу с обломанным лезвием.
Создавалось впечатление, что она просто плыла по воздуху в серебристой дымке, напоминающей мужчину.
— Не надо… — прошептал я пересохшими губами, когда увидел, что призрак замахнулся, а глаза его угрожающе вспыхнули ярко-фиолетовым огнём.
Скривившись от острой боли, пронзившей грудь, я схватился за сердце, упал в цветы и забился в агонии.
Лысеющий мужчина лет сорока пяти, в рубашке поло, цветастых шортах и шлёпках, поставив удочки рядом с дверью, прошёл в дом и развалился в кресле.
— Я так понимаю, ты сюда ненадолго… — сказал я.
Мужчина вздрогнул и прислушался. Затем встал с кресла, внимательно посмотрел в сторону лестницы и попятился к выходу.
Немного постояв, распахнул дверь, выбежал на террасу и закричал сидевшей у костра жене:
— Лиза! Лиза!
— Серёж, ну что ты кричишь? Нельзя подойти и спокойно сказать что ли? — лениво отозвалась супруга, повернув голову в сторону мужа.
— Лиза, там какой-то непонятный звук! Знаешь, словно шепчет кто-то… Так — «тштшш»… — Ой, да мыши, наверное… — Какие на фиг мыши?! Говорю тебе — на шёпот похоже… Смеркалось.
Страница 7 из 7
