Смерть короля

Я уже совсем было расслабилась, но резкий окрик богини: «Хватит прохлаждаться!» заставил меня резко открыть глаза. Фокусируя взгляд, я пыталась понять, где нахожусь и отчего мне так плохо.

Широкое окно с воздушным голубым тюлем, тяжелые синие портьеры, гладкие темно-серые стены с тонко прорисованным черной краской цветочным орнаментом. Справа висит картина, на которой очень талантливый художник изобразил спокойное море, верхушки волн которого были окрашены в золотисто-оранжевый цвет. А за окном чуть светлеющее осеннее небо и багровый краешек восходящей Эолиос.

Уже минут сорок, как наступил рассвет, и я нахожусь в спальне Райса. На его кровати. И собственно лежу спиной именно на нем, а руки его при этом спокойно лежат на моем животе, лишенном какой-либо одежды. Блуза задралась аж до подмышек, открыв замечательный вид на черный кружевной бюстье, чисто символически скрывающий грудь. Что поделать, у меня теперь слабость к красивому и удобному белью. Но это-то ладно — Райс меня и не такой видел, меня удивило понимание того, что он, похоже, держал меня так все время после остановки сердца.

Я закрыла глаза и глубоко вздохнула, смакуя обволакивающие меня ощущения.

Тепло. Уютно. Спокойно. Надежно.

Давно мне не было так… хорошо.

Желания освободиться из объятий наследника Тампфиского престола я у себя не находила, но вставать было необходимо. Сегодня будет очень тяжелый день для нас обоих, а в особенности для Райса.

Вновь открыв глаза, я едва ощутимыми прикосновениями, чуть задевая темные волоски на смуглой коже, провожу линии по руке Райса от локтя к запястью. Он крепко спит. По крайней мере, он никак не реагирует на мои действия.

Второй раз он не дает мне умереть. Тот факт, что он во второй раз практически отправляет меня на встречу с богами Смерти, можно опустить. Я, конечно, могла не соглашаться — выбор у меня был, но посылать на смерть других людей для своих нужд? Это была моя месть, разве могла я доверить ее кому-либо другому?

Нет.

Аккуратно убираю руки Райса и переворачиваюсь на живот, кривясь от боли. Ребра болели так, будто меня долго по ним пинали ногами. Не страшно, скоро заживет, но в данный момент очень неприятно.

Осторожно приподнимаюсь на локтях, опуская блузу на положенное ей место. И только после этого смотрю на наследника. Улыбка непроизвольно приподнимает уголки моих губ. Таким безмятежным, спокойным и несколько беспомощным я никогда не видела Райсхшера. Я не смогла перебороть внезапное непреодолимое желание, и, хитро улыбаясь, самыми кончиками пальцев прикоснулась к черным прядям волос, что беспорядком разметались на подушке и плечам Райса. Такие мягкие и шелковистые.

Райс продолжал равномерно дышать, и я гораздо увереннее взяла в руку его волосы, пропуская их сквозь пальцы. Удивительно приятные ощущения.

Поиграв так пару минут, я с сожалением убрала руку. А Райсхшер тут же открыл глаза, с насмешкой глядя прямо на меня, как будто и не спал мгновение назад. Хорошо, что я давно успела убрать с лица ту дурацкую улыбку, а то не хотелось бы мне ее объяснять. Думаю, принцу бы это не понравилось.

— Как себя чувствуешь? — Голос у Райса был немного хриплым ото сна. Или скорее от его малого количества.

— Как пришибленная кухонным полотенцем муха. Нет ни одной части тела, которая бы не болела, и крыльями мне махать сегодня категорически противопоказано, поэтому хочется уползти в темный угол, затаиться и строить коварные планы мести.

Райс чуть приподнял левый уголок губ, показывая, что шутку понял, и потер лицо ладонями. Я с тяжелым вздохом и шипением сквозь зубы привела свое тело в сидячее положение. Голова закружилась. Такое ощущение, что я вчера упилась вдрызг и крупно подебоширила. Лучше бы так и было, а то как-то обидно получается.

— Ты как? — Я начала осторожно потягиваться. Было больно, но вполне терпимо. Как после изнурительных физических тренировок. Только какая-то общая слабость и разбитость мешала почувствовать себя полностью здоровой.

— Как проклятый оборотень после перекидывания — такое ощущение, что весь зорийский лес обежал на четырех конечностях, гоняясь за зайцами.

— Как все прошло? — Как бы между прочим спросила я, пытаясь взглядом отыскать свои туфли. Оказывается, Райс их с меня снял. Интересно только, когда успел и куда их дел?

— Ну, если в прошлый раз ты мне портила только нервы, то в этот не только нервы, но и одежду. И это не считая тяжких телесных повреждений, от которых любой другой на моем месте сразу бы загнулся.

Я непонимающе оглянулась и только сейчас заметила, что рукава его рубашки практически полностью оторваны, а на предплечьях видны бледно-розовые полосы тонких рваных шрамов. Я посмотрела на свои руки: под ногтями была засохшая кровь. Почему-то, когда проводила линии по его руке, я ничего не заметила. Странно. Рассеянность внимания мне не была ранее присуща.