Королева бала

Мелюзга с ревом кинулась прочь из песочницы, теряя пластиковые ведерки и лопатки.

— Клара, что за…? — едва не порвав джинсы о торчащий из лавочки гвоздь, я лениво выбрался из-за столика, надвигаясь на малявку.

— А что? — и взгляд такой невинный-невинный — ну просто пай-девочка.

— Где ты взяла эту гадость?

Вырвав из рук мелкой трупик птицы, брезгливо отбросил его в сторону. Синица. Без головы. Свежак, если судить по крови, все еще капающей из рваного обрубка шеи.

— В силок попала, — Клара безразлично пожала плечами. Кажется, это милое создание совершенно не волнует ни то, что птичка дохлая, ни то, какими взглядами на нее косятся бабки, бдящие за песочничной тусовкой с лавочек неподалеку.

Тяжело вздохнул. Ну что за ребенок? Не скажу, что я к этой малявке испытывал какие-то особые симпатии, даже жалеть толком ее не получалось. А ведь было за что. Папаша неизвестного роду-племени, бросивший отпрыска еще до рождения. Мать из неблагополучных. Благополучно у нее получилось лишь одно: спиться и помереть от белой горячки, бросив дочурку-грудничка на попечение не брезгующего залить за воротник деда — своего отца. Правда, дед вскоре после того, как на него свалилось это чудо, пить бросил. Злые языки поговаривали: закодировался. Особенно злые языки уточняли: от страха бросил. Мол, как приползет домой на бровях, как увидит внученьку, так его Кондратий и приветствует, потирая рученьки.

Дело в том, что девчонка бракованная получилась. Альбинизм — нарушение генетическое, не лечится. Белые волосенки, брови и ресницы, алебастровая кожа, светло-голубые, почти прозрачные радужки — это только на художественных фото выглядит эстетично. На деле же — жуть редкая. Нос — вечно покрасневший и облупившийся от солнечных ожогов, от которых не спасает даже натянутая по самые брови панама. Голубые глаза, стоит им поймать прямой луч света, отблескивают красным. Да и малявка, сообразив к восьми годам, что любить ее окружающие не спешат, а вот шарахаться всегда горазды, своим поведением охотно подливала масла в огонь. Вот, спрашивается, нафига она эту птицу дохлую в песочницу приперла?

— Кто-то силок поставил. Хотела узнать, кто, — охотно пояснила Клара.

— И что, узнала? — скептически уточнил я, получив в ответ отрицательное мотание головой.

— А в рот ее тянуть зачем? Вдруг птица больная была?

— А это вишни, — мелкая растянула в жутковатой ухмылке измазанные красным губы, показывая кулек с раздавленными в кашу ягодами, который прятала за спиной.

— Я ж не совсем двинутая. Но скажи, круто вышло?

— Да уж… Круто, не то слово. Нагнала она жути не только на мелочь в песочнице, но и на наших девчонок за столиком. Сандра даже завизжала, прячась за более хладнокровную подругу. Алина лишь презрительно скривилась: Клару она на дух не переносила, старательно делая вид, что девчонки не существует. Что было сложновато: тусовались мы в основном в нашем дворе. Только тут имелся удобный столик с навесом, скрытый от любопытных родительских глаз кустами сирени и волчьей ягоды. Странная неприязнь девушки к ничем, в общем-то, ей не мешающей малявке бросалась в глаза и вызывала некоторое недоумение. Вот и сейчас:

— Алекс, ну чего ты с ней возишься? — легкое раздражение в голосе грозит перейти в презрение.

— Руки помой, — это уже брезгливо, стоило мне вернуться за столик и потянуться за сигаретой.

Пачку «Мальборо» мы купили на всех, вскладчину. Еще и на пивас осталось, но алкоголь не рискнули пронести на детскую площадку при свете дня. Решили позже гонца послать, когда неторопливый июльский вечер накинет маскировочную темень на наше логово. В случае приближения родительского патруля бутылки можно будет под стол сунуть — там их хрен кто без фонарика засечет.

— Чего ты с этой ушибленной возишься вечно? — продолжила громко выражать недовольство Алина.

— У меня от нее мурашки по коже. Дракулито-вампиреныш. Б-р-р, — девушка картинно передернула плечами.

Звезда, блин. Королева бала. Самая красивая девчонка школы. И самая заносчивая. Сох я по ней класса с пятого, с тех пор, как начал понимать, что за звери такие — девчонки. И чем они от нормальных людей отличаются. Правда, с каждым годом понимания этого оставалось все меньше.

Вот взять Алину. И чего ей в жизни не хватает? Семья при деньгах, дорогое образование и билет в счастливое будущее папаня обеспечит. Не глупая. А тягается с нами, протирая лавочки по дворам и зажевывая горькими листьями сирени ароматы «Мальборо» и пива. Может заполучить любого парня, стоит пальчиком поманить. И манит же. А потом жестоко кидает. А мы, дебилы, за ней хвостиками ходим, как привязанные. Целую стаю собрала уже. В компашке нашей на двух девчонок — семеро пацанов. Гормоны зашкаливают. А она знай стебется, прикрываясь некрасивой подругой.«Некрасивая подруга» у нас Сандра. Кажется, ей самой эта роль даже нравится.