Когда-то, давным-давно, жили старик со старухой. У них был всего один сын, Алтын-сака — золотая бабка. Звали его так потому, что у него была золотая бабка — биток. В бабки он играл лучше всех — никто не мог его обыграть.
Добавить в моё избранное
9 мин, 26 сек 12483
Как-то раз старик отправился на озеро поить лошадей. Пригнал табун к воде, а лошади гривами и хвостами трясут, копытами бьют, ржут тревожно, от озера отступают: кто-то хватает их за гривы, тянет за губы — пить не даёт.
«Что там такое? — думает старик.»
— Надо посмотреть«.»
Только он нагнулся к воде — кто-то хвать его за бороду! Попробовал старик вырваться — не может.
Видит старик — вцепилась ему в бороду сама старуха убыр — ведьма. Стал он просить её:
— Эй, убыр, отпусти меня, не держи! Стадо баранов тебе за это дам!
— Не нужны мне твои бараны! — отвечает убыр.
— Табун коней тебе дам, только отпусти!
— И коней твоих мне не нужно.
— Что же тебе тогда дать?
— Дай мне то, что у тебя только одно в юрте.
Старик в испуге и не подумал, что это у него одно в юрте.
— Хорошо, — говорит, — отдам, только отпусти!
Отпустила его убыр и сказала:
— Смотри, от меня нигде не спрячешься: везде разыщу!
Вернулся старик домой и тут только догадался, чего требовала от него убыр: ведь один-то у него был только сын, Алтын-сака.
Загоревал старик, а жене и сыну ничего не рассказал. Только одно сказал:
— Надо нам подальше откочевать, здесь места плохие!
Перекочевали они подальше, поставили юрту. На другой день Алтын-сака хватился своей золотой бабки:
— Где моя золотая бабка?
Отец говорит:
— Видно, осталась там, где мы прежде жили. Только ты туда не езди: там тебя убыр схватит.
И рассказал всё, что с ним у озера было.
Выслушал Алтын-сака слова отца и говорит:
— Не боюсь я убыр! Не схватит она меня! Скажи только: на какой лошади мне ехать?
Стал отец отговаривать сына, а тот на своём стоит: не боюсь убыр, поеду. Видит отец — не отговоришь его.
— Ладно, — отвечает, — будь по-твоему, поезжай! Ступай в табун, тряхни короком (корок — лёгкий шест с петлёй или арканом на конце, которым ловят пасущихся лошадей), побренчи уздой — какая лошадь к тебе подойдёт, на той и поезжай.
Пошёл Алтын-сака к табуну. Потряс он короком, побренчал уздой, и сейчас же к нему подбежал шершавый тощий жеребёнок. Отогнал его Алтын-сака, пошёл к отцу и спрашивает:
— Отец, скажи, на какой лошади мне ехать?
— Говорю ведь тебе: тряхни короком, побренчи уздой! — отвечает отец.
Снова Алтын-сака пошёл к табуну. Тряхнул он короком, побренчал уздой — опять подбежал к нему тот же самый жеребёнок.
— Видно, на нём и ехать надо, — сказал Алтын-сака.
Только прикоснулся он рукой к шее жеребёнка — тотчас спала с жеребёнка свалявшаяся грязная шерсть. Только надел узду — жеребёнок стал сильным и гладким. Только вывел его из индека (индек — загородка из жердей) — жеребёнок превратился в статного, рослого коня. Только наложил седло — превратился конь в лучшего скакуна во всём табуне. Спрашивает он Алтын-сака:
— Куда едешь, егет?
— Еду на прежнюю нашу кочёвку, за моей золотой бабкой, — отвечает Алтын-сака.
— Там тебя ждёт злая убыр, — говорит конь.
— Скажет она тебе: — «Спустись с коня, возьми свою бабку». Ты её не слушай, не слезай с меня. Слезешь — погибнешь, сожрёт тебя убыр! Будь ловче сокола — нагнись и схвати свою золотую бабку.
Поскакал Алтын-сака на своём коне на прежнюю кочёвку. Смотрит: старуха убыр сидит у огня, греет руки. Алтын-сака говорит:
— Бабушка, отдай мне мою золотую бабку!
— Эй, сынок, — отвечает убыр, — вот твоя бабка, спустись с коня, возьми её сам, а у меня спина болит, не могу встать.
И показала золотую бабку.
Конь в это время пригнулся к земле, а Алтын-сака изловчился и схватил бабку. Поскакал его буланый конь что есть силы. А убыр завыла от злости, вскочила, плюнула раз — появилась чёрная толстая лошадь, плюнула ещё раз — появились поводья. Вскочила убыр на свою лошадь и пустилась в погоню за Алтын-сака.
Скачет Алтын-сака на своём буланом коне, а убыр — на своей толстой чёрной лошади. Вот-вот нагонит его, вот-вот схватит! Только у её лошади подвернулась нога. Захрапела она, захромала, стала отставать.
Дёргает убыр чёрную лошадь за поводья, бьёт её пятками в бока, а лошадь всё тише и тише идет.
Разозлилась убыр, да с досады и съела свою лошадь. Съела и пустилась в погоню бегом.
Бежит убыр, сама себя подгоняет — бьёт себя кулаками и по спине и по бокам. Настигла она буланого коня, укусила его за правую ногу. Поскакал конь на трёх ногах. А убыр не отстаёт — опять догнала коня, укусила его за левую ногу. Собрал конь последние силы, стал уносить Алтын-сака от убыр. Да не много неге него силы осталось.
Доскакал он до озера и говорит:
— Не могу я больше бежать! Спрячусь от убыр в озеро, а ты поскорее взберись вот на тот дуб. Заживут мои ноги — повезу тебя дальше.
«Что там такое? — думает старик.»
— Надо посмотреть«.»
Только он нагнулся к воде — кто-то хвать его за бороду! Попробовал старик вырваться — не может.
Видит старик — вцепилась ему в бороду сама старуха убыр — ведьма. Стал он просить её:
— Эй, убыр, отпусти меня, не держи! Стадо баранов тебе за это дам!
— Не нужны мне твои бараны! — отвечает убыр.
— Табун коней тебе дам, только отпусти!
— И коней твоих мне не нужно.
— Что же тебе тогда дать?
— Дай мне то, что у тебя только одно в юрте.
Старик в испуге и не подумал, что это у него одно в юрте.
— Хорошо, — говорит, — отдам, только отпусти!
Отпустила его убыр и сказала:
— Смотри, от меня нигде не спрячешься: везде разыщу!
Вернулся старик домой и тут только догадался, чего требовала от него убыр: ведь один-то у него был только сын, Алтын-сака.
Загоревал старик, а жене и сыну ничего не рассказал. Только одно сказал:
— Надо нам подальше откочевать, здесь места плохие!
Перекочевали они подальше, поставили юрту. На другой день Алтын-сака хватился своей золотой бабки:
— Где моя золотая бабка?
Отец говорит:
— Видно, осталась там, где мы прежде жили. Только ты туда не езди: там тебя убыр схватит.
И рассказал всё, что с ним у озера было.
Выслушал Алтын-сака слова отца и говорит:
— Не боюсь я убыр! Не схватит она меня! Скажи только: на какой лошади мне ехать?
Стал отец отговаривать сына, а тот на своём стоит: не боюсь убыр, поеду. Видит отец — не отговоришь его.
— Ладно, — отвечает, — будь по-твоему, поезжай! Ступай в табун, тряхни короком (корок — лёгкий шест с петлёй или арканом на конце, которым ловят пасущихся лошадей), побренчи уздой — какая лошадь к тебе подойдёт, на той и поезжай.
Пошёл Алтын-сака к табуну. Потряс он короком, побренчал уздой, и сейчас же к нему подбежал шершавый тощий жеребёнок. Отогнал его Алтын-сака, пошёл к отцу и спрашивает:
— Отец, скажи, на какой лошади мне ехать?
— Говорю ведь тебе: тряхни короком, побренчи уздой! — отвечает отец.
Снова Алтын-сака пошёл к табуну. Тряхнул он короком, побренчал уздой — опять подбежал к нему тот же самый жеребёнок.
— Видно, на нём и ехать надо, — сказал Алтын-сака.
Только прикоснулся он рукой к шее жеребёнка — тотчас спала с жеребёнка свалявшаяся грязная шерсть. Только надел узду — жеребёнок стал сильным и гладким. Только вывел его из индека (индек — загородка из жердей) — жеребёнок превратился в статного, рослого коня. Только наложил седло — превратился конь в лучшего скакуна во всём табуне. Спрашивает он Алтын-сака:
— Куда едешь, егет?
— Еду на прежнюю нашу кочёвку, за моей золотой бабкой, — отвечает Алтын-сака.
— Там тебя ждёт злая убыр, — говорит конь.
— Скажет она тебе: — «Спустись с коня, возьми свою бабку». Ты её не слушай, не слезай с меня. Слезешь — погибнешь, сожрёт тебя убыр! Будь ловче сокола — нагнись и схвати свою золотую бабку.
Поскакал Алтын-сака на своём коне на прежнюю кочёвку. Смотрит: старуха убыр сидит у огня, греет руки. Алтын-сака говорит:
— Бабушка, отдай мне мою золотую бабку!
— Эй, сынок, — отвечает убыр, — вот твоя бабка, спустись с коня, возьми её сам, а у меня спина болит, не могу встать.
И показала золотую бабку.
Конь в это время пригнулся к земле, а Алтын-сака изловчился и схватил бабку. Поскакал его буланый конь что есть силы. А убыр завыла от злости, вскочила, плюнула раз — появилась чёрная толстая лошадь, плюнула ещё раз — появились поводья. Вскочила убыр на свою лошадь и пустилась в погоню за Алтын-сака.
Скачет Алтын-сака на своём буланом коне, а убыр — на своей толстой чёрной лошади. Вот-вот нагонит его, вот-вот схватит! Только у её лошади подвернулась нога. Захрапела она, захромала, стала отставать.
Дёргает убыр чёрную лошадь за поводья, бьёт её пятками в бока, а лошадь всё тише и тише идет.
Разозлилась убыр, да с досады и съела свою лошадь. Съела и пустилась в погоню бегом.
Бежит убыр, сама себя подгоняет — бьёт себя кулаками и по спине и по бокам. Настигла она буланого коня, укусила его за правую ногу. Поскакал конь на трёх ногах. А убыр не отстаёт — опять догнала коня, укусила его за левую ногу. Собрал конь последние силы, стал уносить Алтын-сака от убыр. Да не много неге него силы осталось.
Доскакал он до озера и говорит:
— Не могу я больше бежать! Спрячусь от убыр в озеро, а ты поскорее взберись вот на тот дуб. Заживут мои ноги — повезу тебя дальше.
Страница 1 из 3
