Когда-то, давным-давно, жили старик со старухой. У них был всего один сын, Алтын-сака — золотая бабка. Звали его так потому, что у него была золотая бабка — биток. В бабки он играл лучше всех — никто не мог его обыграть.
Добавить в моё избранное
9 мин, 26 сек 12484
Сказал это конь и нырнул в озеро. А Алтын-сака быстро взобрался на дуб, что рос возле озера, и уселся на самой вершине.
Прибежала убыр, увидела Алтын-сака на дубу и кричит:
— Попался теперь, стащу тебя вниз, съем тебя!
Плюнула она раз — появился топор. Вытащила убыр изо рта зуб и давай точить на нём топор. Наточила и принялась рубить дуб. Щепки так во все стороны и летят.
Прибежала на шум лисица и спрашивает:
— Эй, бабушка, зачем рубишь дуб?
— Или не видишь, кто на дубу сидит? — спрашивает убыр.
— Срублю дуб, схвачу этого егета и съем его!
Взглянула лисица на дуб, видит — сидит на вершине хороший егет. Пожалела его лисица и говорит убыр:
— Старая ты! Зачем мучаешь себя? Дай я за тебя дуб срублю!
— Нет, нет! — говорит убыр.
— Я сама дуб срублю, сама егета съем!
А лисица не отстает от неё:
— Я дуб срублю, а ты егета съешь!
Дала убыр лисице топор, а сама легла под дубом, да сейчас же и заснула. Убыр спит, храпит — изо рта, из носа у неё искры сыплются, дым валит. А лисица тем временем и топор и зуб-точило в озеро бросила, собрала все щепки и приложила к порубленному месту. Поплевала, полизала — щепки тотчас и приросли, стал дуб опять целым.
Сделала это лисица и говорит:
— Ну, егет, прощай! — и убежала.
Проснулась убыр, глянула на дуб и говорит:
— Что это видят мои глаза? Дуб опять цел, будто я его и не рубила!
Обругала убыр лисицу, потом плюнула раз — появился топор. Вытащила убыр изо рта второй зуб — принялась точить топор. Точит, а сама поглядывает на Алтын-сака и говорит:
— Срублю дуб, съем тебя!
Наточила убыр топор, стала дуб рубить. Летят щепки во все стороны, трясётся дуб, ещё немного порубить — и свалится.
Прибежала лисица и спрашивает:
— Что делаешь, бабушка?
— Дуб рублю.
— Зачем рубишь?
— Хочу вот этого егета достать — съесть!
Лисица говорит:
— Не утруждай ты себя! Разреши мне дуб срубить!
— Нет, нет! — ворчит убыр.
— Сама срублю! Сама егета съем!
— Я для тебя дуб срублю, а ты егета съешь! — говорит лисица.
— Нет! — кричит убыр.
— Не дам тебе топор! Была здесь одна лисица, тоже обещала мне помочь, да обманула меня!
— А какого она цвета? — спрашивает лисица.
— Рыжая она! — отвечает убыр.
— А ты, бабушка, не верь рыжим, — говорит лисица.
— Рыжие — все обманщицы. Верь только нам, чёрным лисицам!
Глянула убыр — лисица и вправду чёрная. Отдала она лисице топор, а сама легла и тотчас захрапела — изо рта, из нса искры у неё сыплются, дым валит.
Чёрная лисица топор и зуб-точило в озеро бросила, щепки к рубленому месту приложила, поплевала на них, полизала их, они и приросли крепко. Опять дуб стал целым. Попрощалась лисица с Алтын-сака и убежала.
Немного спустя проснулась убыр. Взглянула на дуб и давай кричать:
— Что это видят мои глаза? Дуб опять цел!
Плюнула убыр — появился топор. Вытащила она у себя изо рта третий зуб — стала точить топор. Наточила и принялась дуб рубить. Рубит, а сама и егета и лисицу на чём свет стоит ругает. Рубила-рубила убыр, до половины дуб перерубила. Смотрит Алтын-сака вниз и думает:
«Не спастись мне теперь от убыр!» Глядь — бежит белая лисица. Подбежала к дубу и говорит убыр:
— Бабушка, давай я помогу тебе — буду дуб рубить!
— Убирайся прочь, пока цела! — кричит убыр.
— Уже два раза обманули меня лисицы и убежали!
— Какие они были, бабушка? — спрашивает лисица.
— Одна рыжая, другая чёрная, — отвечает убыр.
— Не верь, бабушка, рыжим и чёрным, — говорит лисица, — они всех обманывают. Верь только нам, белым полевым лисицам! Я тебя не обману, я помогу тебе!
Дала убыр лисице топор и легла спать. А лисица бросила топор и зуб-точило в озеро, собрала быстро щепки и приложила их на рубленое место. Поплевала, полизала — они и приросли.
— Ну, егет, — говорит лисица, — три раза я тебе помогала, и чёрной и белой глиной шкуру красила, чтобы убыр меня не узнала. А теперь больше ничем не могу тебе помочь!
Попрощалась и убежала.
Проснулась убыр и закричала:
— Что это видят мои глаза? Дуб будто никогда и не рубили!
Плюнула она — появился топор. Вытащила изо рта последний зуб — стала топор точить. Наточила и давай дуб рубить. Рубит и бормочет:
— Теперь никаких помощников не возьму! Сама управлюсь!
Летят щепки во все стороны, качается дуб, скрипит — вот-вот рухнет.
Видит Алтын-сака — не спастись ему от убыр. Сидит он, раздумывает: что делать? Вдруг прилетел ворон и сел на вершину дуба. Стал Алтын-сака просить ворона:
— Эй, друг ворон! Ты везде летаешь, везде бываешь.
Прибежала убыр, увидела Алтын-сака на дубу и кричит:
— Попался теперь, стащу тебя вниз, съем тебя!
Плюнула она раз — появился топор. Вытащила убыр изо рта зуб и давай точить на нём топор. Наточила и принялась рубить дуб. Щепки так во все стороны и летят.
Прибежала на шум лисица и спрашивает:
— Эй, бабушка, зачем рубишь дуб?
— Или не видишь, кто на дубу сидит? — спрашивает убыр.
— Срублю дуб, схвачу этого егета и съем его!
Взглянула лисица на дуб, видит — сидит на вершине хороший егет. Пожалела его лисица и говорит убыр:
— Старая ты! Зачем мучаешь себя? Дай я за тебя дуб срублю!
— Нет, нет! — говорит убыр.
— Я сама дуб срублю, сама егета съем!
А лисица не отстает от неё:
— Я дуб срублю, а ты егета съешь!
Дала убыр лисице топор, а сама легла под дубом, да сейчас же и заснула. Убыр спит, храпит — изо рта, из носа у неё искры сыплются, дым валит. А лисица тем временем и топор и зуб-точило в озеро бросила, собрала все щепки и приложила к порубленному месту. Поплевала, полизала — щепки тотчас и приросли, стал дуб опять целым.
Сделала это лисица и говорит:
— Ну, егет, прощай! — и убежала.
Проснулась убыр, глянула на дуб и говорит:
— Что это видят мои глаза? Дуб опять цел, будто я его и не рубила!
Обругала убыр лисицу, потом плюнула раз — появился топор. Вытащила убыр изо рта второй зуб — принялась точить топор. Точит, а сама поглядывает на Алтын-сака и говорит:
— Срублю дуб, съем тебя!
Наточила убыр топор, стала дуб рубить. Летят щепки во все стороны, трясётся дуб, ещё немного порубить — и свалится.
Прибежала лисица и спрашивает:
— Что делаешь, бабушка?
— Дуб рублю.
— Зачем рубишь?
— Хочу вот этого егета достать — съесть!
Лисица говорит:
— Не утруждай ты себя! Разреши мне дуб срубить!
— Нет, нет! — ворчит убыр.
— Сама срублю! Сама егета съем!
— Я для тебя дуб срублю, а ты егета съешь! — говорит лисица.
— Нет! — кричит убыр.
— Не дам тебе топор! Была здесь одна лисица, тоже обещала мне помочь, да обманула меня!
— А какого она цвета? — спрашивает лисица.
— Рыжая она! — отвечает убыр.
— А ты, бабушка, не верь рыжим, — говорит лисица.
— Рыжие — все обманщицы. Верь только нам, чёрным лисицам!
Глянула убыр — лисица и вправду чёрная. Отдала она лисице топор, а сама легла и тотчас захрапела — изо рта, из нса искры у неё сыплются, дым валит.
Чёрная лисица топор и зуб-точило в озеро бросила, щепки к рубленому месту приложила, поплевала на них, полизала их, они и приросли крепко. Опять дуб стал целым. Попрощалась лисица с Алтын-сака и убежала.
Немного спустя проснулась убыр. Взглянула на дуб и давай кричать:
— Что это видят мои глаза? Дуб опять цел!
Плюнула убыр — появился топор. Вытащила она у себя изо рта третий зуб — стала точить топор. Наточила и принялась дуб рубить. Рубит, а сама и егета и лисицу на чём свет стоит ругает. Рубила-рубила убыр, до половины дуб перерубила. Смотрит Алтын-сака вниз и думает:
«Не спастись мне теперь от убыр!» Глядь — бежит белая лисица. Подбежала к дубу и говорит убыр:
— Бабушка, давай я помогу тебе — буду дуб рубить!
— Убирайся прочь, пока цела! — кричит убыр.
— Уже два раза обманули меня лисицы и убежали!
— Какие они были, бабушка? — спрашивает лисица.
— Одна рыжая, другая чёрная, — отвечает убыр.
— Не верь, бабушка, рыжим и чёрным, — говорит лисица, — они всех обманывают. Верь только нам, белым полевым лисицам! Я тебя не обману, я помогу тебе!
Дала убыр лисице топор и легла спать. А лисица бросила топор и зуб-точило в озеро, собрала быстро щепки и приложила их на рубленое место. Поплевала, полизала — они и приросли.
— Ну, егет, — говорит лисица, — три раза я тебе помогала, и чёрной и белой глиной шкуру красила, чтобы убыр меня не узнала. А теперь больше ничем не могу тебе помочь!
Попрощалась и убежала.
Проснулась убыр и закричала:
— Что это видят мои глаза? Дуб будто никогда и не рубили!
Плюнула она — появился топор. Вытащила изо рта последний зуб — стала топор точить. Наточила и давай дуб рубить. Рубит и бормочет:
— Теперь никаких помощников не возьму! Сама управлюсь!
Летят щепки во все стороны, качается дуб, скрипит — вот-вот рухнет.
Видит Алтын-сака — не спастись ему от убыр. Сидит он, раздумывает: что делать? Вдруг прилетел ворон и сел на вершину дуба. Стал Алтын-сака просить ворона:
— Эй, друг ворон! Ты везде летаешь, везде бываешь.
Страница 2 из 3
