Во стольном во городе во Киеве У ласкова осударь князя Владимира Вечеренка была, На пиру у него сидели честные вдовы.
Добавить в моё избранное
6 мин, 51 сек 1642
Что взговорит ему Дмитрий гость:
«Гой еси ты, Иванушка Годинович!»
Суженое пересуживаешь, Ряженое переряживаешь;
Можно тебе взять не гордостью, Веселым пирком свадебкой!«Только Иван слово выговорил:»
«Гой еси ты, славный Дмитрий гость!»
Добром мы у тебя сваталися, А сватался Владимир князь;
Не мог ты честью мне отдать, Ноне беру — и не кланяюсь!«Вытащил ее середи двора, Посадил на добра коня И сам метался в седелечко черкесское.»
Некому бежать во Чернигов град За молодым Иванушком Годиновичем;
Переехал он, Иван, девяносто верст, Поставил он, Иван, тут свой бел шатер, Развернул ковры сорочинские, Постлал потнички бумажные, Изволил он, Иван, с Настасьею опочив держать.
Донеслась скоро вестка нерадошна Царю Афромею Афромевичу;
А приехали мурзы улановья, Телячьим языком рассказывают:
«Из славного де города из Киева Прибежал удал молодец, Увез твою противницу Настасью Дмитревну».
Царь Афромей Афромеевич Скоро он вражбу чинил:
Обвернется гнедым туром, Чистые поля туром перескакал, Темные лесы соболем пробежал, Быстрые реки соколом перлетал, Скоро он стал у бела шатра.
А и тут царь Афромей Афромеевич Закричал заревел зычным голосом:
«Гой еси, Иванушка Годинович!»
А и ты суженое пересуживаешь, Ряженое переряживаешь;
Почто увез ты Настасью Дмитревну?«А скоро Иван выходит из бела шатра, Говорил тут Иванушка Годинович:»
«Гой еси, царь Афромей Афромеевич!»
Станем мы с тобою боротися о большине, Что кому наша Настасья достанется«.»
И схватилися они тут боротися;
Что де ему, царю, делати Со молодым Иваном Годиновичем!
Согнет он царя корчагою, Опустил он о сыру землю;
Царь Афромей Афромеевич Лежит на земли, свету не видит.
Молоды Иван Годинович Он ушел за кустик мочитися, Царь Афромей едва пропищал:
«Думай ты, Настасья, не продумайся!»
За царем, за мною, быть — царицею слыть, Панове все поклонятся, Пановя все, улановя, А немецких языков счету нет;
За Иваном быть — холопкой слыть, А избы мести, заходы скрести«.»
Приходит Иван ко белу шатру, Напустился с ним опять боротися, Схватилися они руками боротися, Душка Настасья Дмитревна Изымала Ивана Годиновича за ноги, Тут его двое и осилили.
Царь Афромей на грудях сидит, Говорит таково слово: «А и нет чингалища булатного, Нечем пороть груди белые».
Только лишь царь слово выговорил:
«Гой еси ты, Настасья Дмитревна!»
Подай чембур от добра коня«.»
И связали Ивана руки белые, Привязали его ко сыру дубу.
Царь Афромей в шатер пошел, Стал с Настасьею поигрывати, А назолу дает ему, молоду Ивану Годиновичу.
По его было талану добра молодца, А и молода Ивана Годиновича, Первая высылка из Киева бежит - Ровно сто человек;
Прибежали ко тому белу шатру, Будто зайца в кусте изъехали:
Спиря скочил — тот поспиривает, Сема прибежал — тот посемывает;
Которы молодцы они поглавнея, Срезали чомбуры шелковые, Молода Ивана Годиновича опростовали.
Говорил тут Иванушка Годинович:
«А и гой вы еси, дружина хоробрая!»
Их то, царей, не бьют, не казнят, Не бьют, не казнят и не вешают!
Повозите его ко городу ко Киеву, Ко великому князю Владимиру«.»
А и тут три высылки все сбиралися, Нарядили царя в платье цветное, Повезли его до князя Владимира.
И будут в городе Киеве, Рассказали тут удалы добры молодцы Великому князю Владимиру Про царя Афромея Афромеевича.
И Владимир князь со княгинею Встречает его честно, хвально и радошно, Посадил его за столы дубовые.
Тут у князя стол пошел Для царя Афромея Афромеевича.
Молоды Иванушка Годинович Остался он во белом шатре, Стал он, Иван, жену свою учить, Он душку Настасью Дмитревну:
Он перво ученье то — руку ей отсек, Сам приговаривает: «Эта мне рука не надобна, — Трепала она, рука, Афромея царя»;
А второе ученье — ноги ей отсек:
«А и та де нога мне не надобна, Оплеталася со царем Афромеем неверныим»;
А третье ученье — губы ей обрезал И с носом прочь: «А и эти губы мне не надобны, Целовали они царя неверного»;
Четверто ученье — голову ей отсек И с языком прочь: «Эта голова мне не надобна, И этот язык мне не надобен, Говорил со царем неверныим И сдавался на его слова прелестные!» Втапоры Иван Годинович Поехал ко стольному городу Киеву, Ко ласкову князю Владимиру.
И будет в городе Киеве, Благодарит князя Владимира За велику милость, что женил его На душке Настасье Дмитревне.
Втапоры его князь спрашивал:
«Где же твоя молодая жена?» Втапоры Иван о жене своей сказал, что хотела с Вахрамеем царем в шатре его убить, за что ей поученье дал, голову срубил.
«Гой еси ты, Иванушка Годинович!»
Суженое пересуживаешь, Ряженое переряживаешь;
Можно тебе взять не гордостью, Веселым пирком свадебкой!«Только Иван слово выговорил:»
«Гой еси ты, славный Дмитрий гость!»
Добром мы у тебя сваталися, А сватался Владимир князь;
Не мог ты честью мне отдать, Ноне беру — и не кланяюсь!«Вытащил ее середи двора, Посадил на добра коня И сам метался в седелечко черкесское.»
Некому бежать во Чернигов град За молодым Иванушком Годиновичем;
Переехал он, Иван, девяносто верст, Поставил он, Иван, тут свой бел шатер, Развернул ковры сорочинские, Постлал потнички бумажные, Изволил он, Иван, с Настасьею опочив держать.
Донеслась скоро вестка нерадошна Царю Афромею Афромевичу;
А приехали мурзы улановья, Телячьим языком рассказывают:
«Из славного де города из Киева Прибежал удал молодец, Увез твою противницу Настасью Дмитревну».
Царь Афромей Афромеевич Скоро он вражбу чинил:
Обвернется гнедым туром, Чистые поля туром перескакал, Темные лесы соболем пробежал, Быстрые реки соколом перлетал, Скоро он стал у бела шатра.
А и тут царь Афромей Афромеевич Закричал заревел зычным голосом:
«Гой еси, Иванушка Годинович!»
А и ты суженое пересуживаешь, Ряженое переряживаешь;
Почто увез ты Настасью Дмитревну?«А скоро Иван выходит из бела шатра, Говорил тут Иванушка Годинович:»
«Гой еси, царь Афромей Афромеевич!»
Станем мы с тобою боротися о большине, Что кому наша Настасья достанется«.»
И схватилися они тут боротися;
Что де ему, царю, делати Со молодым Иваном Годиновичем!
Согнет он царя корчагою, Опустил он о сыру землю;
Царь Афромей Афромеевич Лежит на земли, свету не видит.
Молоды Иван Годинович Он ушел за кустик мочитися, Царь Афромей едва пропищал:
«Думай ты, Настасья, не продумайся!»
За царем, за мною, быть — царицею слыть, Панове все поклонятся, Пановя все, улановя, А немецких языков счету нет;
За Иваном быть — холопкой слыть, А избы мести, заходы скрести«.»
Приходит Иван ко белу шатру, Напустился с ним опять боротися, Схватилися они руками боротися, Душка Настасья Дмитревна Изымала Ивана Годиновича за ноги, Тут его двое и осилили.
Царь Афромей на грудях сидит, Говорит таково слово: «А и нет чингалища булатного, Нечем пороть груди белые».
Только лишь царь слово выговорил:
«Гой еси ты, Настасья Дмитревна!»
Подай чембур от добра коня«.»
И связали Ивана руки белые, Привязали его ко сыру дубу.
Царь Афромей в шатер пошел, Стал с Настасьею поигрывати, А назолу дает ему, молоду Ивану Годиновичу.
По его было талану добра молодца, А и молода Ивана Годиновича, Первая высылка из Киева бежит - Ровно сто человек;
Прибежали ко тому белу шатру, Будто зайца в кусте изъехали:
Спиря скочил — тот поспиривает, Сема прибежал — тот посемывает;
Которы молодцы они поглавнея, Срезали чомбуры шелковые, Молода Ивана Годиновича опростовали.
Говорил тут Иванушка Годинович:
«А и гой вы еси, дружина хоробрая!»
Их то, царей, не бьют, не казнят, Не бьют, не казнят и не вешают!
Повозите его ко городу ко Киеву, Ко великому князю Владимиру«.»
А и тут три высылки все сбиралися, Нарядили царя в платье цветное, Повезли его до князя Владимира.
И будут в городе Киеве, Рассказали тут удалы добры молодцы Великому князю Владимиру Про царя Афромея Афромеевича.
И Владимир князь со княгинею Встречает его честно, хвально и радошно, Посадил его за столы дубовые.
Тут у князя стол пошел Для царя Афромея Афромеевича.
Молоды Иванушка Годинович Остался он во белом шатре, Стал он, Иван, жену свою учить, Он душку Настасью Дмитревну:
Он перво ученье то — руку ей отсек, Сам приговаривает: «Эта мне рука не надобна, — Трепала она, рука, Афромея царя»;
А второе ученье — ноги ей отсек:
«А и та де нога мне не надобна, Оплеталася со царем Афромеем неверныим»;
А третье ученье — губы ей обрезал И с носом прочь: «А и эти губы мне не надобны, Целовали они царя неверного»;
Четверто ученье — голову ей отсек И с языком прочь: «Эта голова мне не надобна, И этот язык мне не надобен, Говорил со царем неверныим И сдавался на его слова прелестные!» Втапоры Иван Годинович Поехал ко стольному городу Киеву, Ко ласкову князю Владимиру.
И будет в городе Киеве, Благодарит князя Владимира За велику милость, что женил его На душке Настасье Дмитревне.
Втапоры его князь спрашивал:
«Где же твоя молодая жена?» Втапоры Иван о жене своей сказал, что хотела с Вахрамеем царем в шатре его убить, за что ей поученье дал, голову срубил.
Страница 2 из 3
