Было однажды, чего не бывало дважды, а кабы не было, мы бы не видали, прежде нас появились сказки, а при нас появились небылицы: как блошка подковала себе ножки, извела она железа горы, а пятки остались голы, прянула под облака и все хвасталась, что легка; кто нам веры не ймет, сам без меры врет. Жил в глухой пустыне отшельник один-одинешенек, в соседстве с лесными зверями. И такой он был праведный, что всякий зверь, повстречавшись с ним, ему кланялся…
Добавить в моё избранное
18 мин, 4 сек 10058
Фэт-Фрумос, только остался один, тоже вздумал повеселиться наравне с другими придворными слугами. Но иной забавы, кроме скакуна, у него не было. Вот и кликнул он коня, надел другое платье — как звезды на небе, распустил кудри по плечам, сел верхом и вытоптал весь сад. Когда же заметил, что опять все с землей сровнял, надел свою убогую одежду и с плачем стал налаживать то, что натворил. Как и в первый раз, хотел было садовник поколотить работника, да меньшая царевна вступилась, попросила цветов и отсыпала ему две горсти золотых монет. Опять принялся садовник за работу и развел сад за четыре недели.
Устроил царь большую охоту и, потому как избежал он тогда неминуемой гибели, построил в лесу беседку и созвал всех бояр и придворных слуг на богатый пир, отпраздновать свое спасение. Все придворные прибыли по царскому зову, одна только царевна осталась дома.
Фэт-Фрумос, как увидел, что нет никого, кликнул коня и вздумал позабавиться, надел платье — солнце на груди, месяц на спине, звезды на плечах, — распустил золотые кудри, сел верхом на коня и погнал его вскачь по саду, так что сад уж ничем не поправить. Когда взглянул, что натворил, запричитал, живо надел свою прежнюю одежду, а сам и не знает, с какого конца за работу приняться. Разъярился садовник, когда пришел и увидел такое разорение. Но только собрался он вздуть работника, что за садом не усмотрел, царская дочь опять постучала в окошко и попросила цветов.
Садовник туда-сюда, обшарил все как есть, нашел два цветочка, чудом уцелевших от копыт крылатого коня, и отослал их царевне. А она приказала простить беднягу работника и за это отсыпала три горсти золотых монет.
Забеспокоился царь, видя, что дочь его все невеселая. Она даже из покоев своих выходить не желала. Решил он выдать ее замуж и стал нахваливать разных царевичей и боярских сыновей. Но она ни о ком и слышать не желала. Видя такое дело, царь созвал советников и бояр и спросил их, как быть.
Те ему и ответили:
— Надо построить беседку и под ней дверцу. Пусть в нее пройдут все царевичи и боярские сыновья, и кого царевна выберет, пусть бросит в него золотым яблоком. Вот за того царь и отдаст ее.
Так и сделали. Полетели гонцы во все концы с вестью о том, чтобы по царскому веленью явились все, и стар и млад, и прошли через дверцу. Все прошли, но царевна ни в одного не бросила яблоком. Многие так и подумали, что не желает она замуж. Но один старый боярин посоветовал, чтобы все придворные слуги прошли. Вот прошел садовник, главный повар, главный стражник, все слуги, кучера и работники, но все напрасно, ни в одного царевна не бросила яблоком. Тогда стали спрашивать, не остался ли еще кто, и узнали, что не проходил один только плешивый работник сада.
— Пусть и он пройдет! — сказал царь.
Тогда позвали плешивого работника и велели ему пройти. Он не хотел идти, а когда его заставили, прошел; Царевна-то и бросила в него яблоком! Работник бежать да кричать, ему-де голову проломили. Царь видит такое дело и говорит:
— Быть того не может! Не поверю, чтобы моя дочь выбрала плешивого!
Конечно, не желал он отдать свою дочь за работника, хоть она и бросила в того яблоком.
Тогда заставили всех второй раз пройти. И во второй раз царевна бросила яблоком в плешивого, а он опять убежал, схватившись за голову. Царь очень опечалился и снова не сдержал своего слова, велел всем в третий раз проходить.
Как увидел царь, что и в третий раз бросила она яблоком в плешивого, внял своим советникам и выдал за работника свою дочь.
Свадьбу сыграли тихо, а потом царь прогнал их обоих, не пожелав с ними знаться к сноситься, и только уж скрепя сердце пустил их жить на царский двор. Отвели им лачугу в самом конце двора, а работника сделали дворовым водовозом. Все царские слуги насмехались над ним и всякий мусор к его лачуге сваливали. Зато крылатый конь доставил молодым такие сокровища, какие только на свете есть. В царских палатах того не было, что они у себя в лачуге имели.
Царские сыновья, которые сватали меньшую царевну, разобиделись, что опозорила их царевна, выбрав плешивого, и сговорились между собой пойти на царя войной. Сильно загоревал царь, услышав о таком решении своих соседей. Но что делать? Надо готовиться к войне, никуда не денешься.
Оба царских зятя собрали свои войска и пришли ему на подмогу. Фэт-Фрумос послал свою жену попросить у царя позволения тоже пойти на войну. Но царь прогнал ее и сказал:
— Ступай прочь, неразумная! По твоей вине смущают мой покой. И видеть вас обоих не желаю, нечестивцы!
Однако после долгих просьб царь смилостивился и позволил младшему зятю воду для войска возить. Затем снарядились все и двинулись.
Фэт-Фрумос в убогом своем платье, верхом на захудалой кляче заехал вперед. Войско настигло его возле трясины, где его лошаденка увязла, а он все силился вытянуть ее — то за хвост тащит, то за голову, то за ноги.
Устроил царь большую охоту и, потому как избежал он тогда неминуемой гибели, построил в лесу беседку и созвал всех бояр и придворных слуг на богатый пир, отпраздновать свое спасение. Все придворные прибыли по царскому зову, одна только царевна осталась дома.
Фэт-Фрумос, как увидел, что нет никого, кликнул коня и вздумал позабавиться, надел платье — солнце на груди, месяц на спине, звезды на плечах, — распустил золотые кудри, сел верхом на коня и погнал его вскачь по саду, так что сад уж ничем не поправить. Когда взглянул, что натворил, запричитал, живо надел свою прежнюю одежду, а сам и не знает, с какого конца за работу приняться. Разъярился садовник, когда пришел и увидел такое разорение. Но только собрался он вздуть работника, что за садом не усмотрел, царская дочь опять постучала в окошко и попросила цветов.
Садовник туда-сюда, обшарил все как есть, нашел два цветочка, чудом уцелевших от копыт крылатого коня, и отослал их царевне. А она приказала простить беднягу работника и за это отсыпала три горсти золотых монет.
Забеспокоился царь, видя, что дочь его все невеселая. Она даже из покоев своих выходить не желала. Решил он выдать ее замуж и стал нахваливать разных царевичей и боярских сыновей. Но она ни о ком и слышать не желала. Видя такое дело, царь созвал советников и бояр и спросил их, как быть.
Те ему и ответили:
— Надо построить беседку и под ней дверцу. Пусть в нее пройдут все царевичи и боярские сыновья, и кого царевна выберет, пусть бросит в него золотым яблоком. Вот за того царь и отдаст ее.
Так и сделали. Полетели гонцы во все концы с вестью о том, чтобы по царскому веленью явились все, и стар и млад, и прошли через дверцу. Все прошли, но царевна ни в одного не бросила яблоком. Многие так и подумали, что не желает она замуж. Но один старый боярин посоветовал, чтобы все придворные слуги прошли. Вот прошел садовник, главный повар, главный стражник, все слуги, кучера и работники, но все напрасно, ни в одного царевна не бросила яблоком. Тогда стали спрашивать, не остался ли еще кто, и узнали, что не проходил один только плешивый работник сада.
— Пусть и он пройдет! — сказал царь.
Тогда позвали плешивого работника и велели ему пройти. Он не хотел идти, а когда его заставили, прошел; Царевна-то и бросила в него яблоком! Работник бежать да кричать, ему-де голову проломили. Царь видит такое дело и говорит:
— Быть того не может! Не поверю, чтобы моя дочь выбрала плешивого!
Конечно, не желал он отдать свою дочь за работника, хоть она и бросила в того яблоком.
Тогда заставили всех второй раз пройти. И во второй раз царевна бросила яблоком в плешивого, а он опять убежал, схватившись за голову. Царь очень опечалился и снова не сдержал своего слова, велел всем в третий раз проходить.
Как увидел царь, что и в третий раз бросила она яблоком в плешивого, внял своим советникам и выдал за работника свою дочь.
Свадьбу сыграли тихо, а потом царь прогнал их обоих, не пожелав с ними знаться к сноситься, и только уж скрепя сердце пустил их жить на царский двор. Отвели им лачугу в самом конце двора, а работника сделали дворовым водовозом. Все царские слуги насмехались над ним и всякий мусор к его лачуге сваливали. Зато крылатый конь доставил молодым такие сокровища, какие только на свете есть. В царских палатах того не было, что они у себя в лачуге имели.
Царские сыновья, которые сватали меньшую царевну, разобиделись, что опозорила их царевна, выбрав плешивого, и сговорились между собой пойти на царя войной. Сильно загоревал царь, услышав о таком решении своих соседей. Но что делать? Надо готовиться к войне, никуда не денешься.
Оба царских зятя собрали свои войска и пришли ему на подмогу. Фэт-Фрумос послал свою жену попросить у царя позволения тоже пойти на войну. Но царь прогнал ее и сказал:
— Ступай прочь, неразумная! По твоей вине смущают мой покой. И видеть вас обоих не желаю, нечестивцы!
Однако после долгих просьб царь смилостивился и позволил младшему зятю воду для войска возить. Затем снарядились все и двинулись.
Фэт-Фрумос в убогом своем платье, верхом на захудалой кляче заехал вперед. Войско настигло его возле трясины, где его лошаденка увязла, а он все силился вытянуть ее — то за хвост тащит, то за голову, то за ноги.
Страница 3 из 5
