Жил-был царь, и не было у него детей. Собрал он однажды со всех концов своей земли астрологов, брахманов и отшельников и велел им совершить жертвоприношение, чтобы боги даровали ему сына.
Добавить в моё избранное
46 мин, 26 сек 9660
Скажи лучше правду, не то я возьму меч!
И он запел: «Служанка? Нет, это неправда! Твое лицо я видел в саду, когда жил у цветочницы. Если ты служанка, почему я тогда испытываю непонятную радость при встрече с тобой, почему так бьется мое сердце? Я смутно помню твои нежные руки, взрастившие меня. Служанка? Нет, скажи это кому-нибудь другому, кто не знает тебя. А я тебя знаю, так скажи мне сейчас правду, кем ты доводишься мне».
— Взгляни на окно, царевич! Оно уже окрасилось в розовый цвет зари. Сегодня я не могу тебе ничего сказать, мне пора уходить.
И только Маланча повернулась, чтобы уйти, как Чандраманик схватил ее за конец сари.
— Я не отпущу тебя до тех пор, пока ты мне не откроешь своей тайны, — сказал он.
Маланча низко склонила голову и промолвила:
— Ты не должен так поступать со мной, царевич!
На шум прибежали служанки, стражники и даже сам царь.
— Ты кто такая? — строго спросил царь Маланчу.
— Отец, это дочь котвала, — ответил сын.
— Дочь котвала?! — изумленно переспросил царь.
— Да, — отвечал царевич, — она заслуживает лучшего обращения.
— Скажи ей, чтобы поскорее убиралась отсюда тем же путем, каким пришла, и никогда больше здесь не появлялась, — приказал царь.
Маланча ушла, ничего не сказав. После этого на дворец стали обрушиваться бедствия: одна за другой падали башни. Несчастья продолжались двенадцать лет. У царевича за это время родилось семь детей, и все они умерли.
«Все несчастья из-за этой ведьмы Маланчи», — думал царь.
Однажды, возвращаясь вместе со своей свитой домой, царь вдруг увидел: по обе стороны дороги распустились цветы. Слышалась нежная мелодия флейты. Царь взглянул на стены дворца и увидел, что все восемь башен снова стоят на своих местах, будто они никогда и не падали. Семеро его внуков вернулись из царства смерти и окружили царя.
— Что произошло? — спросил царь.
— Это все сделала дочь котвала, — отвечал царевич.
— Как видишь, она может все разрушать и все восстанавливать.
— Не верю! — воскликнул царь.
— Если она может возвращать жизнь мертвым, пусть она вернет жизнь своим отцу и матери.
Не успел царь войти в зал собраний, а навстречу ему котвал:
— Приветствую тебя, царь царей!
А на женской половине дворца к царице подошла жена котвала и сказала:
— Столько лет мы жили с тобой рядом, сестрица! Вот я и надумала повидаться с тобой.
Царь не знал, что и думать, все смешалось у него в голове. Наконец он решил отправиться на охоту, чтобы прийти в себя на свежем воздухе.
В лесу царь заблудился, и всех его приближенных разорвали тигры. Он долго бродил в одиночестве и чуть не умер от жажды, пока не увидел наконец высохший водоем.
На берегу стояла молодая красивая женщина с кувшином в руках.
— Нет ли у тебя в кувшине воды, красавица? — еле выговорил царь.
— Ты спасешь меня от смерти, если дашь мне напиться.
— У меня в кувшине молоко, — ответила ему женщина, — Молоком нельзя утолить жажду! Может быть, у тебя найдется хоть капля воды?
Женщина улыбнулась и вдоволь напоила царя водой из своего кувшина.
— Кто бы ты ни была, красавица, да украсишь ты своим присутствием дом твоего свекра. Ты вернула мне жизнь, когда я умирал от жажды. Да сопутствует тебе счастье всю твою жизнь, — сказал ей царь на прощание.
Женщина опустила кувшин на землю, прикоснулась к ступням царя и запела: «Я сегодня так счастлива, что и сказать не могу, о мой свекор! Я впервые в жизни услышала от тебя ласковые слова. Если суждено мне сегодня умереть, я умру счастливой, мой отец! Позволь мне прикоснуться к пыли на твоих ногах».
— Так это ты дочь котвала Маланча? — спросил царь.
Низко ей поклонившись и подняв соединенные руки колбу, царь промолвил:
— Пойдем со мной во дворец, милая невестка!
Радуясь его словам, Маланча запела: «Этот темный лес теперь мне будто родной дом, будто рай. Здесь услышала я ласковые слова от моего свекра. Я получила то, чего так долго желала. Жизнь во дворце меня теперь не манит. Здесь, на этом священном месте, на земле-, которой касались твои башмаки, я построю себе хижину и буду в ней жить до самой смерти».
Глаза царя наполнились слезами.
— Я причинил тебе много горя, моя дорогая дочь! Я не знал твоих добродетелей. Прости меня, и пойдем со мной во дворец.
Маланча запела в ответ: «Зачем ты говоришь о прощении, отец! Мне не подобает слушать такие слова от высокочтимого государя. Ты так ласково говорил здесь со мной! И мне навсегда хочется остаться в этом благословенном лесу. Но раз ты этого хочешь, я обещаю тебе прийти во дворец через несколько дней. Мне надо разыскать тигров — моих дядю и тетю, а еще цветочницу, которую я тоже называю тетей».
— Ну что ж, — отвечал царь.
И он запел: «Служанка? Нет, это неправда! Твое лицо я видел в саду, когда жил у цветочницы. Если ты служанка, почему я тогда испытываю непонятную радость при встрече с тобой, почему так бьется мое сердце? Я смутно помню твои нежные руки, взрастившие меня. Служанка? Нет, скажи это кому-нибудь другому, кто не знает тебя. А я тебя знаю, так скажи мне сейчас правду, кем ты доводишься мне».
— Взгляни на окно, царевич! Оно уже окрасилось в розовый цвет зари. Сегодня я не могу тебе ничего сказать, мне пора уходить.
И только Маланча повернулась, чтобы уйти, как Чандраманик схватил ее за конец сари.
— Я не отпущу тебя до тех пор, пока ты мне не откроешь своей тайны, — сказал он.
Маланча низко склонила голову и промолвила:
— Ты не должен так поступать со мной, царевич!
На шум прибежали служанки, стражники и даже сам царь.
— Ты кто такая? — строго спросил царь Маланчу.
— Отец, это дочь котвала, — ответил сын.
— Дочь котвала?! — изумленно переспросил царь.
— Да, — отвечал царевич, — она заслуживает лучшего обращения.
— Скажи ей, чтобы поскорее убиралась отсюда тем же путем, каким пришла, и никогда больше здесь не появлялась, — приказал царь.
Маланча ушла, ничего не сказав. После этого на дворец стали обрушиваться бедствия: одна за другой падали башни. Несчастья продолжались двенадцать лет. У царевича за это время родилось семь детей, и все они умерли.
«Все несчастья из-за этой ведьмы Маланчи», — думал царь.
Однажды, возвращаясь вместе со своей свитой домой, царь вдруг увидел: по обе стороны дороги распустились цветы. Слышалась нежная мелодия флейты. Царь взглянул на стены дворца и увидел, что все восемь башен снова стоят на своих местах, будто они никогда и не падали. Семеро его внуков вернулись из царства смерти и окружили царя.
— Что произошло? — спросил царь.
— Это все сделала дочь котвала, — отвечал царевич.
— Как видишь, она может все разрушать и все восстанавливать.
— Не верю! — воскликнул царь.
— Если она может возвращать жизнь мертвым, пусть она вернет жизнь своим отцу и матери.
Не успел царь войти в зал собраний, а навстречу ему котвал:
— Приветствую тебя, царь царей!
А на женской половине дворца к царице подошла жена котвала и сказала:
— Столько лет мы жили с тобой рядом, сестрица! Вот я и надумала повидаться с тобой.
Царь не знал, что и думать, все смешалось у него в голове. Наконец он решил отправиться на охоту, чтобы прийти в себя на свежем воздухе.
В лесу царь заблудился, и всех его приближенных разорвали тигры. Он долго бродил в одиночестве и чуть не умер от жажды, пока не увидел наконец высохший водоем.
На берегу стояла молодая красивая женщина с кувшином в руках.
— Нет ли у тебя в кувшине воды, красавица? — еле выговорил царь.
— Ты спасешь меня от смерти, если дашь мне напиться.
— У меня в кувшине молоко, — ответила ему женщина, — Молоком нельзя утолить жажду! Может быть, у тебя найдется хоть капля воды?
Женщина улыбнулась и вдоволь напоила царя водой из своего кувшина.
— Кто бы ты ни была, красавица, да украсишь ты своим присутствием дом твоего свекра. Ты вернула мне жизнь, когда я умирал от жажды. Да сопутствует тебе счастье всю твою жизнь, — сказал ей царь на прощание.
Женщина опустила кувшин на землю, прикоснулась к ступням царя и запела: «Я сегодня так счастлива, что и сказать не могу, о мой свекор! Я впервые в жизни услышала от тебя ласковые слова. Если суждено мне сегодня умереть, я умру счастливой, мой отец! Позволь мне прикоснуться к пыли на твоих ногах».
— Так это ты дочь котвала Маланча? — спросил царь.
Низко ей поклонившись и подняв соединенные руки колбу, царь промолвил:
— Пойдем со мной во дворец, милая невестка!
Радуясь его словам, Маланча запела: «Этот темный лес теперь мне будто родной дом, будто рай. Здесь услышала я ласковые слова от моего свекра. Я получила то, чего так долго желала. Жизнь во дворце меня теперь не манит. Здесь, на этом священном месте, на земле-, которой касались твои башмаки, я построю себе хижину и буду в ней жить до самой смерти».
Глаза царя наполнились слезами.
— Я причинил тебе много горя, моя дорогая дочь! Я не знал твоих добродетелей. Прости меня, и пойдем со мной во дворец.
Маланча запела в ответ: «Зачем ты говоришь о прощении, отец! Мне не подобает слушать такие слова от высокочтимого государя. Ты так ласково говорил здесь со мной! И мне навсегда хочется остаться в этом благословенном лесу. Но раз ты этого хочешь, я обещаю тебе прийти во дворец через несколько дней. Мне надо разыскать тигров — моих дядю и тетю, а еще цветочницу, которую я тоже называю тетей».
— Ну что ж, — отвечал царь.
Страница 12 из 13
