Иван-царевич и купеческая дочь

Купець приходит к дочери, спрашиват:» Дочи, вот царьской сын сватат, так подёшь ли?«Она говорит, што» татенька, я воли твоей не отнимаю; если выдашь, так пойду«, — но только просит сроку на год у отця поправитьця в делах своих. Отець говорит сватовам, што дочи просит сроку на год. Сватова говорят, што долго этак на год, не отложим мы на эстолько времени. Она говорит:» Татенька, хоть на полгода«. Отець говорит сватовам; сватова говорят, што долго.» Ну, хоть на мисяць«, — дочи говорит отцю. На мисяць согласились сватова. Ну, она отцю приказала купить белой муки да мёду. Отець и купил. Она стала делать куклу из мёду да из пшонной муки с себя велициной. Послидня неделя приходит до месяця-ть, она… у ей кукла не готова аще. Она поспешилась делать и приготовила к тому времени куклу. Мисяць концился, оны стали свадьбу играть. Она куклу эту велела положить в сундук. Да говорит там приставьницям, который с ей туды походят, што, скаже,» как мы туды приедям, куды нам постелю постелють спать, так под кровать сундук положытя«. Ну, свадьбу сыграли, оввеньцялись, да приехали туды на дом, к царю-то. Ну, там пировали, да были на дому там, отпировали, их спать отвели в спальню. Ну, оны спать легли, вси вышли, их спать оставили, положили. Он стал ей говорить:» Ну, ты што нонь сама сиби думать? Как ты надо мной надсмиялась, меня за окошко спустила, окно заперла да и… мни не дала ни сапогов, ни платья? Нунь што же сиби думать? Типерь я тебе голову хочю срубить«.»

— «Иван-царевиць! Я твоя, да воля твоя, што хоцешь, то и делай».

— Пошол в другой покой за саблей, она с кровати скопила, сундук сдёрнула с под кровати, куклу выняла с сундука, на кровать бросила, сама в сундук села. Он с ходу росшолся, саблей тёснул по куклы: крохотки полетели во вси стороны, ему крохотка в рот прилетела. Он и стал койковать: «Эдакой я дурак, што я сделал, одной ночи не проспал, кака она была сладка!» Кайкуэть стоить, стал жалить, што не проспал одной ночи, никуда бы не ушла. Она тихонько там и заговорила:«Иван-царевиць, дай тую заповедь, штобы больше вицьно не тронуть меня, я с одного разу оживу эще». Он: «Душанька! Оживи только, вицьно не трону больше». Она говорит: «Сломай саблю, брось за окошко». Он пошол сабли ломать. Она с сундука и вышла, куклу в сундук бросила, сама на кровать. Он пришол, видит, што она живая, обрадовался, лёг спать с ей, взял обнимать да целовать, и нонь живут хорошо.