Игры юродивых

На шум среагировали. Особенно Снайпер, дуло винтовки направлено мне в голову. Банально. Он так уже делал, хотя и не помнит. Это не его вина. Тогда я была платиновой блондинкой с роскошной внешностью. А сейчас всего лишь скромная француженка.

— Смотрите-ка, кто пришел в себя. Ну, что малышка, больше не тянет на подвиги? — наверное, это должно было прозвучать угрожающе.

Демонстративно поморщившись, я обвила взглядом салон, словно впервые смогла оценить ситуацию. Так и тянуло поцокать языком. Но, манеры не позволяли. Куда же я, все-таки вляпалась и как теперь отмыться? И говорю я сейчас вовсе не о плотской чистоте. Правы были некоторые из моих родственничков, стоило меня еще во младенчестве утопить, чтобы не мучилась.

Как я еще в аэропорту подумала? «Явно кто-то весьма известный в узких кругах» — слабо сказано, это же глава Сюртэ. Проще говоря, начальник контрразведывательного управления Франции. Даже не знаю, что хуже — то, что я его узнала или то, что я до этого и не подозревала? Наверное, первое. Все равно этим знанием воспользоваться не представляет возможным.

— Чего молчишь? — Лидер не выдержал паузы и нетерпеливо подался вперед.

— А что надо сказать? — будучи под впечатлением от открывающихся перспектив, я как-то подзабыла роль трусишки.

Ухмыльнулся он поганенько, но ничего сделать или ответить не успел. Стайка девушек жавшихся друг к другу по правую руку от меня оживилась. Одна из них, неприметная брюнетка, закашлялась и выгнувшись дугой, начала хрипеть. Астматичка. И судя по паники ее подружек, ингалятор не помог.

Лидер нахмурился и переключил внимание с меня на Техника:

— Курт, что с ней?

— Скорее всего, астма — не отрываясь от компа, просветил тот.

— И что делать? Кажется, она собралась помереть — а вот и первые нотки паники в голосе.

— Ничего, если у тебя нет ингалятора под рукой — равнодушно пожал плечами Техник.

— Можно пристрелить — внес свое предложение Снайпер.

— Идиоты? Мы итак нескольких уже пристрелили, если продолжим в том же духе, заложников не останется!

— Я могу помочь — кажется, не стоило вмешиваться.

Лидер на мои слова среагировал моментально, а это очень плохо. Он не выпускает меня из поля зрения ни на секунду. Значит, оценивает, как опасного противника? Но, почему? Я все сделала, чтобы таковой не казаться. Или же перестаралась?

— И каким образом, ты можешь помочь, малышка?

— Показать, пока она окончательно не посинела или еще поговорим? — а, что я теряю? Лучше провокация, чем невмешательство.

Лидер приблизился, демонстративно вынул ключ из ширинки и отстегнул наручник с моей руки, давая понять тем самым, что после моей помощи, браслет вернется на прежнее место. Я еле удержалась, чтобы не фыркнуть и попыталась встать, именно что — попыталась. Он не двинулся с места, поэтому, когда мое тело выпрямилось, нос уперся в черный шелк, обтягивающий мужскую грудь.

— Без резких движений, малышка — прошипел у меня над головой.

— Эй, Каин, ты мне цель загораживаешь, сдвинь свою задницу — тон Снайпера ему не понравился, но Лидер все же отодвинулся, чуть-чуть.

Девчонка и правда, уже начала синеть. Приступ был сильным. Очень сильным, если откровенно. Ее подружки только мешали, потому пришлось на них шикнуть, заставляя отойти. Первым делом при приступе астмы, нужен воздух, поэтому никаких препятствий для дыхания. Блузку с высоким воротом пришлось рвать. Дальше положение, я оставляя синяки не плечах вынудила ее выпрямиться и оттого задышать ровнее, Ну и последнее, три точки, за ухом, на ладони и под грудью. Цвет лица начал меняться, она задышала носом. Готово.

— И что ты мне про это можешь сказать, Курт — послышался голос позади меня, в паре сантиметров.

— Курсы акупунктуры занятия по оказанию первой помощи, есть в ее личном деле.

— А раньше ты сказать не мог?

— А раньше тебя отдельные мелочи не интересовали.

И где справедливость? Разозлил его Техник, а на мне отыгрался. Буквально, швырнул меня в кресло и пристигнул наручниками. Самое интересное, что сам уселся рядом.

— Когда мы уже сможем связаться со штабом и выдвинуть требования? — говорит с Техником, а смотрит на меня так, будто это я решаю вопрос со связью.

— Еще несколько минут.

— Жду.

И я жду, когда он уже переключит внимание на более достойные проблемы, чем я. А то, так и тянет проверить содержимое его паха. Все-таки я терпеть не могу, когда мои запястья что-то удерживает. Будь то наручники или руки. Так и тянет сломать. Все.

До прибытия: девять часов, пятьдесят три минуты.

Самолет. Багажное отделение.

Интересное кино. К чему я это? Все просто — никогда такого еще не было, чтобы особа голубых кровей летела не то что эконом классом, а в багажном отделении. Как-то это не по регламенту.