Дочь ведьмы

Полночь, самое время для нечистых дел, по поверьям. Вдруг раздался вой. Прав был Федор — это не волк. Жуткое завывание, переходящее на крик. Дикой поежился. Вроде еще и зимы нет, а ему было холодно этой ночью. Он стал внимательно наблюдать за улицей, сквозь дырку оставшеюся от сучка. Показалась какая-то тень. Дмитрий вздрогнул от неожиданности. Тень держалась темных мест. Медленно, осторожно, продвигалась к избе, в которой находился Дикой. В очередной перебег через светлый участок Дмитрий узнал одежду Макарыча. Теперь понятно, кто здесь шатается ночами. Охотник замер и посмотрел, казалось, прямо на Дмитрия. Вдруг Дмитрий услышал стук над головой и подпрыгнул от испуга. Стук справа. Кажется удар о забор. Дикой снова прижался к дырке. На заборе висело какое-то существо. За забором стоял Макарыч. Существо легко перемахнуло через забор и скрылось в тени забора на другой стороне улице. Охотник оглянулся. Поздно, существо прыгало с невероятной скоростью. Но самым невероятным оказалось то, что это существо было женщиной. Почти обычной. Абсолютно нагой. Раздался вой-крик. У Дмитрия встали волосы дыбом. Он метнулся к окошку, рывком распахнул его ставни и крикнул:

Справа, Макарыч! Справа!

Вот, бес подери!

С этими словами Макарыч перемахнул забор, женщина пронеслась через улицу. Дмитрий побежал открывать дверь позади дома. Он не успел ее распахнуть, как ворвался Макарыч и навалился на дверь. Дмитрий задвинул засов. Лишь тяжелое дыхание нарушало тишину.

Что это было? — Спросил охотник, едва отдышавшись.

Женщина. Голая женщина.

— Угрюмо ответил Дикой.

Дела… говорил же — ведьма. И голос-то знакомый. Аж жуть берет.

Они поднялись на чердак. Макарыч нашел еще одну щель пригодную для наблюдения. Он шепотом произнес:

Хорошее место, удобно. Жалко, что меня сюда раньше не пускали… Смотри! Дом Мирного! — Прервал его Дикой, и тут же раздался крик, тени мелькали у окна дома старосты.

Мирного, гадина, тащит!

Крик старосты не мог разбудить только мертвого, но ни один из жителей деревни не вышел на помощь. Дмитрий побежал вниз, схватил по пути вилы. Охотник, бежавший за ним, уже вытащил большой нож. Пока они орудовали засовами, женщина вытащила Мирного на середину улицы, бросила его на спину. Староста замер. Над ним возвышалась красивая женщина, если не считать бледную кожу на ее теле. В руках она держала изогнутый нож, он был черным и не блестел. Охотник метнул в нее, неизвестно откуда взявшийся, небольшой ножик. Она увернулась. Дмитрий почти подбежал. Только он размахнулся вилами, как она прыгнула ему за спину. Он резко обернулся. Макарыч показал на забор. Убежала. Они подошли к старосте. Тот ничего не мог сказать, но был жив. Вдруг раздалось проклятье-обещание:

Завтра вы все умрете, завтра вы все ответите за смерть… Маринка? — Вдруг удивленно прошептал Мирный.

… Ворота шатались от ударов. Староста за ночь пришел в себя и теперь, с избытком сил и чувств, атаковал дом Кожевниковых. Морозное утро, снова иней всюду. Народу поглазеть собралось не мало. Рядом причитала Кристина:

И ведь сегодня изнутри заперлась… Неужто она это? Да что же творится-то… Она это, она! Ведьмина дочь! — Буркнул Федор.

На кол ее! — С ненавистью сказал кто-то.

Тихо! Рано еще на кол садить. Не разобрались еще! — Резко пресек разговоры Дикой. Раздался стук двери и шаги.

— Вот и Маринка идет.

Кто тут долбится с самого утра? Приедет муж, все у меня получите! — Раздался недовольный голос Марины из-за ворот.

Ведьма! Ты пошто народ губишь? Зачем решила старосту убить?! Отвечай ведьма! — Опять кто-то выкрикнул. Народ поддакивал.

Что вы тут наговариваете на меня? Мать мою сгубили, теперь меня захотели? Муж вас всех… — завизжала Маринка.

Тихо! — Крикнул Дмитрий.

— А ну всем тихо! Марина, почему сегодня заперлась?

А вы как будто не знаете?! — спросила она.

— Вон, какие нынче дела творятся! Сами значит, запираетесь, а я, а меня пусть сгубят? Хрен вам! Вот муж… Хорошо. А зачем ты меня ночью убить хотела? — Спросил Мирный.

— И даже не отбрыкивайся, я хорошо тебя разглядел! Пошто по ночам голышем прыгаешь, как окаянная? Ставни, зачем мне сломала? А? Отвечай мне, все равно ворота сломаю!

Дикой огляделся и понял, что точно толпа сожжет девку. Он не мог этого допустить. Если это не Маринка была ночью, то только она могла пролить свет на эту странную историю. Он стал всех разгонять:

Именем царя! Все по домам! — Толпа застыла в нерешительности.

Что встали? Слышали, что вам приказали? — Подхватил староста. Видно благоразумие взяло верх, и он тоже решил не допускать кровопролития.

Но… По домам, немедленно!

Макарыч, останься.

— Попросил Дикой. Люди разбрелись.

— Марина, именем царя, или откроешь, или я прикажу ломать ворота.