CreepyPasta

Кресты

Снег валил и валил. За стеной, не замолкая, бурчала бабка. Мамин мобильник не отвечал уже третьи сутки. Куда она исчезла? Уехала, не предупредив меня? И этот взбалмошный Генрих, художник, язви его, смотался, нет, чтобы двор от снега вычистить. Я, что ли, буду пахать за всех?

Добавить в избранное Добавить в моё избранное
22 мин, 57 сек 3953
— Маниакально-депрессивный психоз. Надо думать. Девушку долго пичкали галлюциногенами. Сначала Кривченко, потом Седова. Она уже не понимала, где сон, а где явь.

— Неужели им все сошло бы с рук? Какой ужас, Юрий Михайлович… — Да почти сошло. Девушка-то искренне поверила и в вампиров, и в то, что мать свою убила. А эти двое — опытные аферисты. Дом, машина, квартиры немало стоят. Если бы на художника наркоманы на кладбище не напали, кто знает, чем бы вся эта история кончилась.

Закрыв глаза, я вижу маму. Она низко склонилась над шитьем, рядом малюет свои картинки Генрих, орет на меня, чтобы выключила музыку. Я в гневе кидаю в художника яблоко, слышу дикое:

— Шизофреничка! Её лечить надо! В психушке!

«Генрих, сука, гребаный художник. Машка-подружка, вампирша с рисунка. Дура, какая же я дура»…, — скрипнув зубами, сжала в кулаки заледеневшие руки и завыла. Мне снова кололи успокоительное, а я орала на всю больницу:

— Ма-ма! Ма-моч-ка!
Страница 7 из 7