Забытый

Перед глазами стоят деревья: их здесь слишком много для того, чтобы я точно могла понять своё местоположение. Они красиво уходят верхушками в чёрное небо и крепко врастают корнями во влажную землю. Вся покрытая мхом и толстой корой защиты, эта живая растительность нагоняет страх, не даёт выбраться из ловушки лесных богов.

Обхватив руками озябшее тело, я продолжаю идти туда, куда глядят мои глаза. Холодно. Зубы стучат друг о друга, выбивая глухой ритм в тишине этого места. В ушах нарастающей волной слышится собственный стук сердца, и от него становится только хуже. Область виска до сих пор неприятно саднит, пульсирует, отдаваясь болью во всей голове.

С каждым шагом воздуха не хватает всё больше, кажется, ещё немного, и силы покинут моё тело. Я упаду в объятия лесной земли, отдам всю себя этому месту, получив бесплатную могилу на виду у множества деревьев. Из глаз брызгают слёзы слабости. Ничего не могу поделать: страх за жизнь окутывает со всех сторон, погружает сознание в неизвестность. Бороться с самой собой сравнимо с мукой.

В голове не переставая вертится одна и та же фраза: «надо бежать». Я чертовски согласна с этими словами, но вопреки всему мне тяжело идти обычным шагом, что уж тут говорить о беге. Перед глазами образовывается мутная пелена, то приходя, то уходя снова. Я больше не могу терпеть пожирающую изнутри боль и начинаю выть, как обезумевшая девчонка, впиваясь поломанными ногтями в руки.

— Беги, — кричит мой внутренний голос, — скорее.

В горле забивается ком, а с подбородка то и дело капают слёзы, обжигая своей горечью. Сил идти дальше нет, потому что боль блокирует абсолютно всю жизненную энергию. Я слабею и вместе с тем тону в пучине тишины. Снова срываюсь на дикий крик побитого животного. От бессилия падаю на колени, ощущая влажную почву с обломками веток, упирающихся в кожу.

Схватившись руками за голову, начинаю рыдать. До боли сжимаю кулаки и кричу, кричу что есть силы, убивая собственный голос и саму себя. Каждая частичка меня с треском ломается под напором сильнейшей бури эмоций. В голове нет никакого отклика, никакого кусочка воспоминания: ничего не знаю, ничего не могу вспомнить.

Пустота, рвущая меня на части. Дикое желание бежать отсюда как можно дальше требует подняться с колен и из последних сил мчаться к свободе. Уперевшись трясущимися руками в землю, с глухим стоном встаю, чуть пошатнувшись. В глазах темнеет, но уже через несколько секунд зрение возвращается. Шмыгнув носом, делаю шаг, после чего ещё один и ещё один. Тяжело, боль не уходит, и тело знобит.

— Быстрей, — кричит подсознание, будто оно знает то, чего не знаю я.

Живот скручивает, пронзая множеством иголок. Дышу как можно чаще, с каждым разом ускоряя шаги. В ушах продолжает слышаться собственный стук сердца, напоминающий маленькую птичку, бьющуюся о железные прутья клетки. В какой-то момент, оглядевшись по сторонам, дабы убедиться, что за мной никто не идёт следом, я понимаю, что стою на безлюдной трассе.

Под ногами мягкая земля успевает смениться твёрдым асфальтом. Темно, холодно и страшно. Никого. Здесь никого нет. На душе от понимания, что возможно это всё, скребет волнение. Идти больше некуда. Обхватив себя руками, сглатываю горечь. Решаю остаться стоять на месте и ждать спасения. Я должна выжить!

Не сразу, но до моих ушей долетает звук работающего двигателя, следом виднеется свет фар. Первая машина, имеющая все шансы на то, чтобы подарить мне спасение. Только бы мне это не привиделось. Повернувшись в то направление, откуда должен появиться транспорт, я готовлюсь к его приближению. Сначала отбрасываемый яркий свет слепит мне глаза, заставив невольно зажмуриться, потом колёса издают визг.

Громкий сигнал гудка оглушает, и я вздрагиваю. Всё происходит настолько быстро и неуловимо, что мне не сразу удается понять, куда делась машина и почему она не стоит здесь. Только когда глаза открываются, я оборачиваюсь, глядя вслед уезжающему спасению. Губы дрожат, из горла вырывается жалкий хрип. Глаза слезятся, и меня это добивает окончательно.

Понимание реальности ножом пронзает грудную клетку. Вместе с плачем теряются мысли, безнадежность тихо наступает со спины, и никто не может помочь в данный момент. Никто не хочет протянуть руку помощи. Мир кружится перед глазами, холодный воздух облизывает обнажённую кожу, а собственные грязные руки не дают никакого тепла. Сейчас в этой реальности я одна. У меня нет ничего. Я лишена памяти и лишь всевышнему известно моё прошлое, когда мне открыто настоящее.

Это конец? Разве данная когда-то в руки судьба не даст последнего шанса на жизнь?

— Он! — вскрикивает моё подсознание, словно дав резкую пощечину.

— Бежать, бежать, — продолжает оно кричать в голове.

Взгляд сам по себе обращается к лесу, в сторону, откуда я пришла. Деревья умело скрывают все тайны темноты.