Мы играли на бирже — и проиграли. И тут Чарли таинственно исчез — прямо как в модных сейчас книжках про привидения и заброшенные замки. Вот только остатки наших денег тоже исчезли вместе с ним. А это уже было совсем не романтично!
Добавить в моё избранное
21 мин, 24 сек 18940
Как оказалось, остров давно уже пользовался дурной славой из-за часто происходивших там трагедий. Из-за этого нам и обещали такие большие деньги. В то же время многое в этом деле, хотя и не все, объяснилось злоупотреблениями со стороны Компании.
К примеру, майор Джон Тейлор надеялся встретить старость благополучно и спокойно. Но сгорел дом, а вместе с ним -и все накопленные деньги в ассигнациях и ценных бумагах (почему-то Тейлор не доверял банкам). В довершение всех бед страховщики отказались платить майору, так как в страховом контракте обнаружились серьезные недоразумения. Тогда Компания пригласила старика на остров, обещая ему юридическую помощь на престоящем суде. Тейлор знал, что эти люди держат в своих руках весь захудалый городок. И — поехал.
Когда коллега Тейлора, Сайерс, увольнялся с острова, Компания удержала значительную часть его большой зарплаты под разными предлогами (что было их обычным стилем). К тому же майору удалось узнать о куда более серьезных, злоупотреблениях… Словом, Тейлор своих работодателей возненавидел. Когда Сайерс вернулся в город, новым фонарщиком наняли меня. Меня осторожно настроили против Тейлора, а о существовании Сайерса вообще умолчали. Впоследствии я узнал, что Компания часто стравливала фонарщиков, как только ее собственные дела становились плохи. Это сбивало людей с толку.
В самом скором времени Тейлор погиб. Тогда, продолжая свою тактику, Компания настроила Пита против меня, к тому же умолчала о Тейлоре — ведь теперь нужно было скрывать гораздо более неприятное дело! Это получилось потому, что местные власти были с Компанией заодно, а фонарщиков нанимали с других концов страны. Да, если бы не цепь трагических случайностей, мошенники могли выйти сухими из воды!
Врачи пытались убедить меня, что на острове я находился в глубоко болезненном состоянии и повторял уже известные мне действия майора, привычки, пристрастия и характерные жесты. К примеру, до самого конца я боялся кровоизлияния в мозг, хотя опасность подступала совсем с другой стороны… Но ведь можно посмотреть на дело иначе. Сама атмосфера этого острова определила для мыслящего и чувствующего человека единственно возможный способ действий. И этот путь неизбежно вел к злу и гибели… Впрочему, я не пытаюсь себя оправдать. Это лишь предположение.
Осталось рассказать немногое. Директор сел в тюрьму, Компания была вынуждена заплатить нам огромные штрафы, так что денежные затруднения благополучно закончились. Но мои нервы оказались совершенно расшатаны, поэтому я покинул Англию и отправился в теплые и светлые края Прованса и Гаскони. Больше никогда не выбирался к морю, слишком неприятные воспоминания оказались с ним связаны. Постепенно я весьма преуспел в делах. Любопытно добавить, что Пит направил свои стопы в Шотландию и завел там небольшую ферму, где во множестве разводит теперь ослов и баранов.
Я долго думал, стоит ли публиковать эту историю. С одной стороны, она показала меня в не самом лучшем свете, но в то же время содержавшиеся в ней нравственные уроки полезны для современного англичанина, живущего в самой могущественном и процветающем государстве мира, но по странной прихоти так увлеченного чтением о рыцарях, ужасающих ведьмах и таинственных призраках… В конце концов я просто решил изменить все имена и названия.
Я часто задумываюсь теперь, прогуливаясь по благоухающим французским перелескам — не принял ли тут участие некий таинственный закон, определяющий человеческие судьбы? Пока что я рассказал об этой истории только священнику (увидевшему в этом Промысел Божий) и полицейскому следователю (увидевшему Цепочку Злоупотреблений). Сам же я пришел к выводу, что Провидение заботится о нас, хотя подчас и подвергает нелегким испытаниям. Но мне не на что жаловаться. Достойные люди получили заслуженные награды, недостойные угодили в тюрьму. Так что все закончилось хорошо.
Иногда я вспоминаю океан, огромный, вечный, равнодушный к людям… И если каждая волна так похожа на другую, то не применимо ли это и к человеческим судьбам? И если каждая волна так равнодушна и независима, то не висит ли похожее проклятие и над человечеством?
Но затем я возвращаюсь тихими весенними дорогами в свой теплый, ласковый дом, где меня ждут красавица жена и маленькая дочь (да-да, разбогатев, я женился!), и стараюсь навсегда забыть о холодной северной мистике, способной лишь мучить и убивать, но никогда не давать жизнь новым смеющимся детям.
К примеру, майор Джон Тейлор надеялся встретить старость благополучно и спокойно. Но сгорел дом, а вместе с ним -и все накопленные деньги в ассигнациях и ценных бумагах (почему-то Тейлор не доверял банкам). В довершение всех бед страховщики отказались платить майору, так как в страховом контракте обнаружились серьезные недоразумения. Тогда Компания пригласила старика на остров, обещая ему юридическую помощь на престоящем суде. Тейлор знал, что эти люди держат в своих руках весь захудалый городок. И — поехал.
Когда коллега Тейлора, Сайерс, увольнялся с острова, Компания удержала значительную часть его большой зарплаты под разными предлогами (что было их обычным стилем). К тому же майору удалось узнать о куда более серьезных, злоупотреблениях… Словом, Тейлор своих работодателей возненавидел. Когда Сайерс вернулся в город, новым фонарщиком наняли меня. Меня осторожно настроили против Тейлора, а о существовании Сайерса вообще умолчали. Впоследствии я узнал, что Компания часто стравливала фонарщиков, как только ее собственные дела становились плохи. Это сбивало людей с толку.
В самом скором времени Тейлор погиб. Тогда, продолжая свою тактику, Компания настроила Пита против меня, к тому же умолчала о Тейлоре — ведь теперь нужно было скрывать гораздо более неприятное дело! Это получилось потому, что местные власти были с Компанией заодно, а фонарщиков нанимали с других концов страны. Да, если бы не цепь трагических случайностей, мошенники могли выйти сухими из воды!
Врачи пытались убедить меня, что на острове я находился в глубоко болезненном состоянии и повторял уже известные мне действия майора, привычки, пристрастия и характерные жесты. К примеру, до самого конца я боялся кровоизлияния в мозг, хотя опасность подступала совсем с другой стороны… Но ведь можно посмотреть на дело иначе. Сама атмосфера этого острова определила для мыслящего и чувствующего человека единственно возможный способ действий. И этот путь неизбежно вел к злу и гибели… Впрочему, я не пытаюсь себя оправдать. Это лишь предположение.
Осталось рассказать немногое. Директор сел в тюрьму, Компания была вынуждена заплатить нам огромные штрафы, так что денежные затруднения благополучно закончились. Но мои нервы оказались совершенно расшатаны, поэтому я покинул Англию и отправился в теплые и светлые края Прованса и Гаскони. Больше никогда не выбирался к морю, слишком неприятные воспоминания оказались с ним связаны. Постепенно я весьма преуспел в делах. Любопытно добавить, что Пит направил свои стопы в Шотландию и завел там небольшую ферму, где во множестве разводит теперь ослов и баранов.
Я долго думал, стоит ли публиковать эту историю. С одной стороны, она показала меня в не самом лучшем свете, но в то же время содержавшиеся в ней нравственные уроки полезны для современного англичанина, живущего в самой могущественном и процветающем государстве мира, но по странной прихоти так увлеченного чтением о рыцарях, ужасающих ведьмах и таинственных призраках… В конце концов я просто решил изменить все имена и названия.
Я часто задумываюсь теперь, прогуливаясь по благоухающим французским перелескам — не принял ли тут участие некий таинственный закон, определяющий человеческие судьбы? Пока что я рассказал об этой истории только священнику (увидевшему в этом Промысел Божий) и полицейскому следователю (увидевшему Цепочку Злоупотреблений). Сам же я пришел к выводу, что Провидение заботится о нас, хотя подчас и подвергает нелегким испытаниям. Но мне не на что жаловаться. Достойные люди получили заслуженные награды, недостойные угодили в тюрьму. Так что все закончилось хорошо.
Иногда я вспоминаю океан, огромный, вечный, равнодушный к людям… И если каждая волна так похожа на другую, то не применимо ли это и к человеческим судьбам? И если каждая волна так равнодушна и независима, то не висит ли похожее проклятие и над человечеством?
Но затем я возвращаюсь тихими весенними дорогами в свой теплый, ласковый дом, где меня ждут красавица жена и маленькая дочь (да-да, разбогатев, я женился!), и стараюсь навсегда забыть о холодной северной мистике, способной лишь мучить и убивать, но никогда не давать жизнь новым смеющимся детям.
Страница 6 из 6
