Да уж… Конечно, еще не лето, но в такие дни обычно бывает потеплее. Хотя, вру… На улице давно уже не день и даже не поздний вечер. На улице прочно обосновалась самая настоящая ночь. На часах половина первого и бегущая секундная стрелка создает впечатление, будто руку обжигает холодом не металлический ремешок, а медленно утекающее невесть куда время… Когда, минут пятнадцать тому назад, я подходил к остановке, был на сто процентов уверен, что долго ждать мне не придется, но троллейбус моего, пятнадцатого, маршрута укатил прочь, неся на борту грязную табличку «в парк».
Добавить в моё избранное
21 мин, 47 сек 15396
Я посмотрел на расписание хода транспорта, которое висело чуть ли не на самой верхушке столба, и удостоверился, что как минимум еще одна «пятнашка» должна появиться на остановке.
От изучения расписания меня отвлек подъехавший точно по расписанию двадцатый автобус — на часах без четверти один. Автобус ехал в мою сторону, но уж больно неудобно, и от его ближайшей остановки до моего дома было не меньше километра, тем более что ходьба по такой погоде меня совсем не радовала. Здесь я хоть как то был спрятан от ветра козырьком остановки, но все равно холод уверенно пробирался по моему телу. Автобус, выбрасывая клубы дыма в чистый морозный воздух, неспешно удалился. Теперь на остановке осталось только пятеро припозднившихся людей, вместо семи.
Один из них — милиционер, внимательно изучающий листки объявлений. Было заметно, что делает он это с трудом, напрягая глаза в темноте. Рядом с ним стоят двое — паренек в очках с темными стеклами, такими нелепыми ночью, и его девушка. Из подслушанного разговора было ясно, что они тоже недовольны укатившей в парк «пятнашкой». Четвертый — подвыпивший мужчина, облокотившийся на закрытый газетный киоск. Ну а пятым, в этой разношерстной компании, оказался я.
Небо, недавно блиставшее ясными звездами и ярким кругом луны, потихоньку затягивалось тучами, принесшими с собой мелкую изморось. Я в который уже раз пожалел, что оделся так легко, понадеявшись на не сбывшийся прогноз погоды.
Подкатила маршрутка-«десятка», постояла секунд пятнадцать и отъехала, не обзаведясь новыми пассажирами. Ни одна из маршруток, которые останавливаются тут, не довезет меня до дома, а что бы попасть на нужный мне маршрут, придется пройти две остановки, чего мне очень не хотелось.
Милиционер обернулся к парню и спросил у того спички. Парень отрицательно помотал головой и милиционер вопросительно повернулся ко мне, а я в свою очередь тоже огорчил стража правопорядка. Разочарованный милиционер поднял голову к расписанию транспорта и призадумался.
— Подскажите хоть, сколько времени? — он снова обернулся ко мне.
— Две минуты второго.
— Дааа… Нелады какие-то с транспортом. Обычно, ровно в час, тут троллейбус проходит — я на нем всегда с работы еду. Вы ведь тоже пятнадцатый ждете?
Я неохотно кивнул и наш разговор был завершен. Мелкий дождик периодически задувало ветром под колпак остановки и мне приходилось отворачиваться. Очередной порыв ветра убедил меня в том, что лучше не надеяться на общественный транспорт, а добраться на такси, если я не хочу слечь с температурой.
Вылазка из под навеса остановки меня не обрадовала, мало того что меня хорошенько окатила из лужи пролетевшая мимо легковушка, так еще и стоянка такси неподалеку оказалась пуста. Возвратившись под защиту остановки, я достал мобильный телефон, который, потускневшими от холода цветами дисплея, поведал мне что «сеть недоступна». В довершение ко всему, за время моего вояжа на стоянку такси, пьяный мужичок пробрался под козырек остановки и обдавал всех присутствующих запахом алкоголя.
На часах минутная и часовая стрелки слились, показывая пять минут второго. Луна, время от времени полностью прорывала и без того тонкий слой облаков, компенсируя своим светом те фонари, которые уже погасли. А ревущий ветер снова всей своей силой штопал небесные прорехи, опять укутывая луну от постороннего взора.
Парочка забилась в самый угол остановки и о чем то шепталась, скрывая свой разговор за порывами ветра. Милиционер ходил взад-вперед, подгоняемый или ожиданием, или холодом. Вот он встрепенулся, дернулся к проезжей части, и с недовольным видом вернулся обратно. Мимо проехала «двадцатка», видимо уже последняя на сегодня, даже не изволив остановиться.
Машин на проезжей части уже почти не было, а свет в окнах домов и напрочь отсутствовал. Фонарь, висевший возле остановки, жалостно поскрипывал и шатался в такт усилившемуся дождю. Холод буквально приморозил мои ноги к тротуару и я решил немножко размяться. Подошел под самый край козырька остановки и опешил — с неба, вперемежку с дождем шел снег… Жестоко решила природа отыграться на самой концовке апреля за невероятно теплую зиму… Паренек уже стоял рядом со мной, обнимая девушку, и тоже таращился на снег. Затем он достал мобильник и попытался куда-то позвонить. Только теперь я обратил внимание, что он делает это не первый раз, но его как и меня, видимо постигла неудача:
— Сеть недоступна?
— Что? А… Ну да… С такой погодой я уже ничему не удивлюсь… Девушка недовольно шмыгнула носом, а в коротенький разговор вмешался милиционер:
— Я так понимаю что все «пятнашку» ждут? — дождавшись кивков с нашей стороны он продолжил — а сейчас уже где-то час двадцать?
Я посмотрел на леденящие руку часы и отметил про себя: «Час восемнадцать».
Милиционер, видимо подождав замечаний насчет точности времени с моей стороны, которых так и не последовало, заговорил дальше:
— А по расписанию конец хода троллейбусов в час пятнадцать.
От изучения расписания меня отвлек подъехавший точно по расписанию двадцатый автобус — на часах без четверти один. Автобус ехал в мою сторону, но уж больно неудобно, и от его ближайшей остановки до моего дома было не меньше километра, тем более что ходьба по такой погоде меня совсем не радовала. Здесь я хоть как то был спрятан от ветра козырьком остановки, но все равно холод уверенно пробирался по моему телу. Автобус, выбрасывая клубы дыма в чистый морозный воздух, неспешно удалился. Теперь на остановке осталось только пятеро припозднившихся людей, вместо семи.
Один из них — милиционер, внимательно изучающий листки объявлений. Было заметно, что делает он это с трудом, напрягая глаза в темноте. Рядом с ним стоят двое — паренек в очках с темными стеклами, такими нелепыми ночью, и его девушка. Из подслушанного разговора было ясно, что они тоже недовольны укатившей в парк «пятнашкой». Четвертый — подвыпивший мужчина, облокотившийся на закрытый газетный киоск. Ну а пятым, в этой разношерстной компании, оказался я.
Небо, недавно блиставшее ясными звездами и ярким кругом луны, потихоньку затягивалось тучами, принесшими с собой мелкую изморось. Я в который уже раз пожалел, что оделся так легко, понадеявшись на не сбывшийся прогноз погоды.
Подкатила маршрутка-«десятка», постояла секунд пятнадцать и отъехала, не обзаведясь новыми пассажирами. Ни одна из маршруток, которые останавливаются тут, не довезет меня до дома, а что бы попасть на нужный мне маршрут, придется пройти две остановки, чего мне очень не хотелось.
Милиционер обернулся к парню и спросил у того спички. Парень отрицательно помотал головой и милиционер вопросительно повернулся ко мне, а я в свою очередь тоже огорчил стража правопорядка. Разочарованный милиционер поднял голову к расписанию транспорта и призадумался.
— Подскажите хоть, сколько времени? — он снова обернулся ко мне.
— Две минуты второго.
— Дааа… Нелады какие-то с транспортом. Обычно, ровно в час, тут троллейбус проходит — я на нем всегда с работы еду. Вы ведь тоже пятнадцатый ждете?
Я неохотно кивнул и наш разговор был завершен. Мелкий дождик периодически задувало ветром под колпак остановки и мне приходилось отворачиваться. Очередной порыв ветра убедил меня в том, что лучше не надеяться на общественный транспорт, а добраться на такси, если я не хочу слечь с температурой.
Вылазка из под навеса остановки меня не обрадовала, мало того что меня хорошенько окатила из лужи пролетевшая мимо легковушка, так еще и стоянка такси неподалеку оказалась пуста. Возвратившись под защиту остановки, я достал мобильный телефон, который, потускневшими от холода цветами дисплея, поведал мне что «сеть недоступна». В довершение ко всему, за время моего вояжа на стоянку такси, пьяный мужичок пробрался под козырек остановки и обдавал всех присутствующих запахом алкоголя.
На часах минутная и часовая стрелки слились, показывая пять минут второго. Луна, время от времени полностью прорывала и без того тонкий слой облаков, компенсируя своим светом те фонари, которые уже погасли. А ревущий ветер снова всей своей силой штопал небесные прорехи, опять укутывая луну от постороннего взора.
Парочка забилась в самый угол остановки и о чем то шепталась, скрывая свой разговор за порывами ветра. Милиционер ходил взад-вперед, подгоняемый или ожиданием, или холодом. Вот он встрепенулся, дернулся к проезжей части, и с недовольным видом вернулся обратно. Мимо проехала «двадцатка», видимо уже последняя на сегодня, даже не изволив остановиться.
Машин на проезжей части уже почти не было, а свет в окнах домов и напрочь отсутствовал. Фонарь, висевший возле остановки, жалостно поскрипывал и шатался в такт усилившемуся дождю. Холод буквально приморозил мои ноги к тротуару и я решил немножко размяться. Подошел под самый край козырька остановки и опешил — с неба, вперемежку с дождем шел снег… Жестоко решила природа отыграться на самой концовке апреля за невероятно теплую зиму… Паренек уже стоял рядом со мной, обнимая девушку, и тоже таращился на снег. Затем он достал мобильник и попытался куда-то позвонить. Только теперь я обратил внимание, что он делает это не первый раз, но его как и меня, видимо постигла неудача:
— Сеть недоступна?
— Что? А… Ну да… С такой погодой я уже ничему не удивлюсь… Девушка недовольно шмыгнула носом, а в коротенький разговор вмешался милиционер:
— Я так понимаю что все «пятнашку» ждут? — дождавшись кивков с нашей стороны он продолжил — а сейчас уже где-то час двадцать?
Я посмотрел на леденящие руку часы и отметил про себя: «Час восемнадцать».
Милиционер, видимо подождав замечаний насчет точности времени с моей стороны, которых так и не последовало, заговорил дальше:
— А по расписанию конец хода троллейбусов в час пятнадцать.
Страница 1 из 6
