Спустя несколько недель после публикации моего рассказа про случаи со страхами в нашем городе («У страха нет глаз»), свидетелем которых я стал в пору работы следователем, со мной связался некто Михаил из другого региона, сообщив, что у него есть история, которая меня очень заинтересует…
20 мин, 48 сек 19613
Он был готов даже приехать, чтобы детально все рассказать. Стиль его письма показался мне немного нервным и сперва даже смутил — не наткнусь ли я на сумасшедшего? Но интерес взял вверх над разумом. Я принял его предложение, совсем забыв, что копание в чужих страхах оживляет и твои собственные.
Когда через несколько дней в дверь позвонили, причем три раза подряд, я сразу подумал, что это Михаил уже добрался до нашего города. На пороге стоял мужчина за тридцать пять, с походным рюкзаком, совсем седыми висками и довольно-таки нервным взглядом. Он не смотрел в глаза, казался слегка запыхавшимся, как будто бежал за последним поездом.
— Здравствуйте, это я писал вам. Я долго бродил по дворам — не мог найти ваш подъезд, — немного отдышавшись, сказал он.
— Добрый день, проходите, у меня как раз закипел чайник.
Мы прошли на кухню, я сделал несколько бутербродов. А Михаил достал из рюкзака бутылку коньяка «Золотой резерв».
— Может, рано еще для этого дела? — спросил я.
— День все-таки.
— Под мою историю и не такого захочется выпить, — ответил Михаил, достал две алюминиевые рюмки по тридцать грамм, которые обычно продаются вместе с фляжками, и налил.
Я заметил, что у него немного дрожат руки, при кухонном свете стали заметны мешки под глазами — скорее всего, выпивал он нередко.
Усевшись за стол, он еще пару минут помолчал, вздохнул и заговорил:
— Знаете, когда я случайно увидел название вашего рассказа в интернете, то передо мной снова ожила картина из прошлого, которую я хочу забыть уже который год. А прочитав рассказ, я несколько дней был под глубоким впечатлением. Никогда не думал, что кто-то сможет понять меня и поверить в мою историю. А вы, как ставший свидетелем необъяснимого, сразу меня поймете.
Он налил еще по рюмке.
— Я вам сейчас расскажу историю, которая приключилась с моей семьей, и вы поймете прямую связь с вашим рассказом. Я видел, как оживает страх, — сказал Михаил и залпом выпил свою рюмку.
Тут у меня по спине пробежали мурашки… … — Кать, ну ты быстрей собирайся, а то попадем в пробку и опоздаешь на свой самолет.
— Мишка, не ворчи, я уже все.
Побросав вещи в машину, я задумался о том, что в первый раз за семь лет совместной жизни мы часть отпуска проведем раздельно. Аврал на работе и гнев начальника сделали свое дело: неделю отпуска пришлось урезать.
— Проверь, все ли на месте — билеты, паспорт?
— Да все хорошо, только я немного нервничаю, ты же знаешь мой страх — эти водоросли, грязь. Вдруг опять паниковать буду?
В такие моменты Катя казалась маленькой девочкой, которую сразу хотелось обнять и сказать: «Не бойся, родная, это все мелочи». Я никогда не воспринимал всерьез ее страх водорослей и какой-то грязи. У нас в квартире всегда была идеальная чистота. Катя называла это своим «пунктиком», а я ворчал — ну зачем она каждый день убирается, когда пыль даже налететь не успела. Грязи она не терпела никогда и нигде, мыла руки по несколько раз на дню, всегда носила с собой влажные салфетки и старалась выбирать выгодные путевки на Адриатическое море, где вода прозрачная и на берегу нет ковра из водорослей (а может, просто везло). Но кризис взял свое, и перед нами должно было открыться болгарское побережье Черного моря.
— Да какие водоросли… они тебе ничего не сделают, иди там, где людей меньше, и будет меньше грязи — засмеялся я.
— Тебе все смешно, а я боюсь.
Она никогда не раскрывала причины боязни или брезгливости к безобидным водорослям. Помню, когда мы только поженились, она однажды проснулась с криком и начала тяжело глотать воздух, хватаясь за шею, как будто задыхалась. Я тогда очень испугался за нее, но после курса успокоительных все прошло. Уже лет пять ее ничто не беспокоило. Пыль в квартире тщательно вытиралась, а водорослей вокруг не было.
Попрощавшись у стойки регистрации, я еще немного постоял, глядя ей вслед. Какая же она красивая… После приземления и таможенного контроля Катю уже ждал трансфер в отель. Она ехала в машине, глядя на море, в воздухе разливались приятные запахи туи и можжевельника. Было жарко, и ей сразу захотелось искупаться. Разложив вещи в номере отеля, она переоделась и пошла на пляж. Там, как она успела с одобрением увидеть с балкона, было очень чисто и никаких переполненных контейнеров с мусором, как много лет назад в Анапе. Солнце уже жарило кожу, дул приятный ветерок, она позагорала немного на лежаке и пошла в воду. Плавно ступая по песчаному дну, Катя пристально смотрела под ноги, опасаясь увидеть грязь, но вода была прозрачной. Она нырнула и ощутила приятную прохладу. В этот день она еще несколько раз ходила купаться, потом ужин, вечерняя прогулка и созвон с мужем по скайпу. Кате казалось, что начался обычный спокойный отдых, она с нетерпением ждала приезда Миши.
Но ночью Катя спала плохо. Ей не хватало воздуха.
Когда через несколько дней в дверь позвонили, причем три раза подряд, я сразу подумал, что это Михаил уже добрался до нашего города. На пороге стоял мужчина за тридцать пять, с походным рюкзаком, совсем седыми висками и довольно-таки нервным взглядом. Он не смотрел в глаза, казался слегка запыхавшимся, как будто бежал за последним поездом.
— Здравствуйте, это я писал вам. Я долго бродил по дворам — не мог найти ваш подъезд, — немного отдышавшись, сказал он.
— Добрый день, проходите, у меня как раз закипел чайник.
Мы прошли на кухню, я сделал несколько бутербродов. А Михаил достал из рюкзака бутылку коньяка «Золотой резерв».
— Может, рано еще для этого дела? — спросил я.
— День все-таки.
— Под мою историю и не такого захочется выпить, — ответил Михаил, достал две алюминиевые рюмки по тридцать грамм, которые обычно продаются вместе с фляжками, и налил.
Я заметил, что у него немного дрожат руки, при кухонном свете стали заметны мешки под глазами — скорее всего, выпивал он нередко.
Усевшись за стол, он еще пару минут помолчал, вздохнул и заговорил:
— Знаете, когда я случайно увидел название вашего рассказа в интернете, то передо мной снова ожила картина из прошлого, которую я хочу забыть уже который год. А прочитав рассказ, я несколько дней был под глубоким впечатлением. Никогда не думал, что кто-то сможет понять меня и поверить в мою историю. А вы, как ставший свидетелем необъяснимого, сразу меня поймете.
Он налил еще по рюмке.
— Я вам сейчас расскажу историю, которая приключилась с моей семьей, и вы поймете прямую связь с вашим рассказом. Я видел, как оживает страх, — сказал Михаил и залпом выпил свою рюмку.
Тут у меня по спине пробежали мурашки… … — Кать, ну ты быстрей собирайся, а то попадем в пробку и опоздаешь на свой самолет.
— Мишка, не ворчи, я уже все.
Побросав вещи в машину, я задумался о том, что в первый раз за семь лет совместной жизни мы часть отпуска проведем раздельно. Аврал на работе и гнев начальника сделали свое дело: неделю отпуска пришлось урезать.
— Проверь, все ли на месте — билеты, паспорт?
— Да все хорошо, только я немного нервничаю, ты же знаешь мой страх — эти водоросли, грязь. Вдруг опять паниковать буду?
В такие моменты Катя казалась маленькой девочкой, которую сразу хотелось обнять и сказать: «Не бойся, родная, это все мелочи». Я никогда не воспринимал всерьез ее страх водорослей и какой-то грязи. У нас в квартире всегда была идеальная чистота. Катя называла это своим «пунктиком», а я ворчал — ну зачем она каждый день убирается, когда пыль даже налететь не успела. Грязи она не терпела никогда и нигде, мыла руки по несколько раз на дню, всегда носила с собой влажные салфетки и старалась выбирать выгодные путевки на Адриатическое море, где вода прозрачная и на берегу нет ковра из водорослей (а может, просто везло). Но кризис взял свое, и перед нами должно было открыться болгарское побережье Черного моря.
— Да какие водоросли… они тебе ничего не сделают, иди там, где людей меньше, и будет меньше грязи — засмеялся я.
— Тебе все смешно, а я боюсь.
Она никогда не раскрывала причины боязни или брезгливости к безобидным водорослям. Помню, когда мы только поженились, она однажды проснулась с криком и начала тяжело глотать воздух, хватаясь за шею, как будто задыхалась. Я тогда очень испугался за нее, но после курса успокоительных все прошло. Уже лет пять ее ничто не беспокоило. Пыль в квартире тщательно вытиралась, а водорослей вокруг не было.
Попрощавшись у стойки регистрации, я еще немного постоял, глядя ей вслед. Какая же она красивая… После приземления и таможенного контроля Катю уже ждал трансфер в отель. Она ехала в машине, глядя на море, в воздухе разливались приятные запахи туи и можжевельника. Было жарко, и ей сразу захотелось искупаться. Разложив вещи в номере отеля, она переоделась и пошла на пляж. Там, как она успела с одобрением увидеть с балкона, было очень чисто и никаких переполненных контейнеров с мусором, как много лет назад в Анапе. Солнце уже жарило кожу, дул приятный ветерок, она позагорала немного на лежаке и пошла в воду. Плавно ступая по песчаному дну, Катя пристально смотрела под ноги, опасаясь увидеть грязь, но вода была прозрачной. Она нырнула и ощутила приятную прохладу. В этот день она еще несколько раз ходила купаться, потом ужин, вечерняя прогулка и созвон с мужем по скайпу. Кате казалось, что начался обычный спокойный отдых, она с нетерпением ждала приезда Миши.
Но ночью Катя спала плохо. Ей не хватало воздуха.
Страница 1 из 6