Демьяновск вырос на берегу великой реки. Она и по сей день кормит рыбаков, хотя в основном люди тянутся туда за отдыхом — позагорать да поплавать. В широкой реке течение ленивое, в некоторых местах водоросли заполонили собой все от дна до поверхности. Большая часть берега — песок. Вода веками точила камень, чтобы люди, отдыхающие на берегу, могли насладиться мягким пляжем. Заливные луга, заботливо предоставленные рекой, служат прекрасными пастбищами и сенокосами. На лугах пасутся пестрые коровы и белые козы.
Добавить в моё избранное
19 мин, 58 сек 19880
Кто-то говорил, что, скорее всего, выгорит весь подъезд, а то и целый дом. Надя стояла и думала, почему кирпич так долго горит, огонь будто прилип к нему, и колыхался под нажимом пены, не желая сдавать ни сантиметра завоеванной территории. В конце концов, она устала смотреть на людское горе и тихо побрела домой. Настроение упало, и поездка в Крым уже не радовала ее.
9 июня, Демьяновск День стоял солнечный, речка покрылась рябью от легкого ветерка и совсем не хотелось идти домой. Хотя, сидя на берегу с самого утра Женя не поймал даже головастика, ему было хорошо и спокойно. В конце концов — он сдал сессию, приехал домой, наконец-то смог по-настоящему расслабиться. Ему ничего не хотелось делать, даже есть не хотелось. Хотя если хорошо подумать, и подумать именно о бабушкиных варениках с клубникой, желудок начинало сводить от голода. Поэтому, вспомнив об обещанных варениках (а бабушка слово держала всегда), Женя вскочил, подхватил свои нехитрые снасти и в припрыжку помчался домой.
— Я чую, чую их! Где они? Здесь? — Женя заглянул в платяной шкаф.
— Нет, здесь! — Он открыл дверь туалета.
— Где ты прячешь их, коварная старушка?! — Возопил он.
— Хватит валять дурака! Не маленький уже. Мой руки, и садись за стол.
— Строго сказала бабушка.
— Кстати, тут письмо какое-то. Я без очков не вижу, на, почитай.
Отправив вареник в рот, Женя взял тетрадный листок, исписанный каллиграфическим почерком, каким, наверное, заставляли писать в гимназиях еще при царе Горохе.
Доев вареники, Женя почувствовал, что ему стало еще веселее. А почему бы не переписать это забавное письмецо? Он плюхнулся на кровать, взял книжку подольше, положил на нее листок бумаги и принялся писать.
Покончив с писаниной, он быстро прошелся по подъезду, раскидав бумажки по почтовым ящикам. Потом, подойдя к своему, он извлек телеграмму, в которой говорилось, что с его мамой, которая жила в Столице, произошло несчастье — ее сбила машина и она лежит в больнице. Ничего страшного, несколько переломов. Приезжать необходимости нет.
Женя посерел лицом. Он всей душой надеялся, что все обойдется. Конечно, бабушка расстроится… — Я еду с тобой! — отрезала бабуля.
— Ну не надо, я сам справлюсь, мне одному проще. А тут еще с тобой возись… — Нет, я сказала поеду — значит поеду!
В общем, к вечеру они были готовы, сели на электричку и покатили в Столицу.
10 июня, Демьяновск Анатолий работал бухгалтером на заводе по производству чипсов. По натуре он был человеком веселым и разговорчивым, но в последнее время он, как и все его сотрудники, ходил с задумчивым и немного озадаченным видом. Все, кто работал на заводе, были жителями Демьяновска, а в таком маленьком городке каждое пусть даже незначительное событие приобретало огромный масштаб, а тут эта ужасная авария, да еще пожар — шутка ли, сгорело полдома, и никто не понял почему.
Поэтому сегодня Анатолий сидел молча и ковырял карандашом в ухе.
Другой бухгалтер, Валера, сидевший напротив Анатолия, был озадачен еще и молчанием своего обычно болтливого соседа.
— Толь, ты чего такой нелюдимый вдруг стал, а?
— Ты понимаешь, Валерка, не нравится мне все это, ох как не нравится. Да еще эти письма… — Какие еще письма? — Насторожился Валерка.
— Представляешь, второй раз получаю одно и то же письмо от анонима, причем написано таким аккуратным почерком, каким никто уже не пишет, каллиграфическим. Там про какого-то графа, про то, что его надо переписать сколько-то раз… — Ну да, а если ты им зад подотрешь, то жди беды. Что-то вроде этого, да?
— Ты тоже получал?
— Да, одно. И сосед мой получил тоже. Я думаю, это детишки балуются. Один придумал глупость, а другие продолжили.
— Да, конечно, скорее всего, так оно и есть, — согласился Анатолий.
— А еще ты заметил, сколько народу уезжает? Причем по самым разным причинам. Кто отдыхать, у кого заболел кто-то где-то, кто купить что-то хочет, чего у нас нет.
— Это ты просто накручиваешь, Толь. Посмотри — лето на дворе! Хотя, конечно, в последние дни у меня две семьи из подъезда уехали куда-то. Да нет, я думаю — это простое совпадение. Может быть, влияние луны, ну, отливы там всякие, приливы.
25 июня, Столица Рашид Рустамович, пенсионер, регулярно смотрел вечерний выпуск новостей. Они с женой Елизаветой садились за кухонный стол, она наливала чай с травами, как он любил, и включали новенький «Панасоник», подаренный сыном на день рождения.
И вот, уютно устроившись за столом, они приготовились смотреть и слушать.
— Добрый день, дорогие телезрители. Сегодня с вами я, Татьяна Торопыго, и мой коллега, Николай Разгуляев. Сначала о главной новости дня.
Страшная трагедия постигла город Демьяновск — при закладке фундамента нового склада завода по производству картофельных чипсов был вскрыт старый скотомогильник, о котором не упоминается ни в одном документе.
9 июня, Демьяновск День стоял солнечный, речка покрылась рябью от легкого ветерка и совсем не хотелось идти домой. Хотя, сидя на берегу с самого утра Женя не поймал даже головастика, ему было хорошо и спокойно. В конце концов — он сдал сессию, приехал домой, наконец-то смог по-настоящему расслабиться. Ему ничего не хотелось делать, даже есть не хотелось. Хотя если хорошо подумать, и подумать именно о бабушкиных варениках с клубникой, желудок начинало сводить от голода. Поэтому, вспомнив об обещанных варениках (а бабушка слово держала всегда), Женя вскочил, подхватил свои нехитрые снасти и в припрыжку помчался домой.
— Я чую, чую их! Где они? Здесь? — Женя заглянул в платяной шкаф.
— Нет, здесь! — Он открыл дверь туалета.
— Где ты прячешь их, коварная старушка?! — Возопил он.
— Хватит валять дурака! Не маленький уже. Мой руки, и садись за стол.
— Строго сказала бабушка.
— Кстати, тут письмо какое-то. Я без очков не вижу, на, почитай.
Отправив вареник в рот, Женя взял тетрадный листок, исписанный каллиграфическим почерком, каким, наверное, заставляли писать в гимназиях еще при царе Горохе.
Доев вареники, Женя почувствовал, что ему стало еще веселее. А почему бы не переписать это забавное письмецо? Он плюхнулся на кровать, взял книжку подольше, положил на нее листок бумаги и принялся писать.
Покончив с писаниной, он быстро прошелся по подъезду, раскидав бумажки по почтовым ящикам. Потом, подойдя к своему, он извлек телеграмму, в которой говорилось, что с его мамой, которая жила в Столице, произошло несчастье — ее сбила машина и она лежит в больнице. Ничего страшного, несколько переломов. Приезжать необходимости нет.
Женя посерел лицом. Он всей душой надеялся, что все обойдется. Конечно, бабушка расстроится… — Я еду с тобой! — отрезала бабуля.
— Ну не надо, я сам справлюсь, мне одному проще. А тут еще с тобой возись… — Нет, я сказала поеду — значит поеду!
В общем, к вечеру они были готовы, сели на электричку и покатили в Столицу.
10 июня, Демьяновск Анатолий работал бухгалтером на заводе по производству чипсов. По натуре он был человеком веселым и разговорчивым, но в последнее время он, как и все его сотрудники, ходил с задумчивым и немного озадаченным видом. Все, кто работал на заводе, были жителями Демьяновска, а в таком маленьком городке каждое пусть даже незначительное событие приобретало огромный масштаб, а тут эта ужасная авария, да еще пожар — шутка ли, сгорело полдома, и никто не понял почему.
Поэтому сегодня Анатолий сидел молча и ковырял карандашом в ухе.
Другой бухгалтер, Валера, сидевший напротив Анатолия, был озадачен еще и молчанием своего обычно болтливого соседа.
— Толь, ты чего такой нелюдимый вдруг стал, а?
— Ты понимаешь, Валерка, не нравится мне все это, ох как не нравится. Да еще эти письма… — Какие еще письма? — Насторожился Валерка.
— Представляешь, второй раз получаю одно и то же письмо от анонима, причем написано таким аккуратным почерком, каким никто уже не пишет, каллиграфическим. Там про какого-то графа, про то, что его надо переписать сколько-то раз… — Ну да, а если ты им зад подотрешь, то жди беды. Что-то вроде этого, да?
— Ты тоже получал?
— Да, одно. И сосед мой получил тоже. Я думаю, это детишки балуются. Один придумал глупость, а другие продолжили.
— Да, конечно, скорее всего, так оно и есть, — согласился Анатолий.
— А еще ты заметил, сколько народу уезжает? Причем по самым разным причинам. Кто отдыхать, у кого заболел кто-то где-то, кто купить что-то хочет, чего у нас нет.
— Это ты просто накручиваешь, Толь. Посмотри — лето на дворе! Хотя, конечно, в последние дни у меня две семьи из подъезда уехали куда-то. Да нет, я думаю — это простое совпадение. Может быть, влияние луны, ну, отливы там всякие, приливы.
25 июня, Столица Рашид Рустамович, пенсионер, регулярно смотрел вечерний выпуск новостей. Они с женой Елизаветой садились за кухонный стол, она наливала чай с травами, как он любил, и включали новенький «Панасоник», подаренный сыном на день рождения.
И вот, уютно устроившись за столом, они приготовились смотреть и слушать.
— Добрый день, дорогие телезрители. Сегодня с вами я, Татьяна Торопыго, и мой коллега, Николай Разгуляев. Сначала о главной новости дня.
Страшная трагедия постигла город Демьяновск — при закладке фундамента нового склада завода по производству картофельных чипсов был вскрыт старый скотомогильник, о котором не упоминается ни в одном документе.
Страница 5 из 6
