Важный выбор

Его чудовищные глаза пылали безумием. В них было нечто нечеловеческое.

— Сегодня будут еще убийства, — сказал он хриплым шепотом.

Я в ужасе отшатнулся и кинулся прочь из вагона.

Быстрее. Я бежал к школе. Нужно успокоиться, хорошее настроение просто необходимо. Безумный оборванец, и что? Неприятная неожиданность, конечно. Но с кем не случается? Убийства. Да мир переполнен несправедливостью, но что мы можем сделать? Нужно улыбнуться.

С неестественной ухмылкой я прошел мимо охранника и с силой распахнул дверь класса.

Заплаканные одноклассницы, Бледные каменные лица одноклассников, и гробовая тишина. А я так и стоял со своей глупой улыбкой.

Сгорбившаяся учительница повернулась ко мне и сказала тихим голосом — Вы ведь еще не знаете? — она всегда обращалась к ученикам на вы, считая это более верным.

— Что произошло? — спросил я, запоздало убирая улыбку с лица.

— Лини убили.

— сказала учительница и разревелась.

У меня перед глазами возник чудовищная статья в газете. Не может быть.

Лини была тихой девочкой, которая мало с кем разговаривала. Училась она не очень. Но все знали, что у нее есть настоящее призвание — она была талантливым скрипачом. Лини-Виолини. Уж ей-то не нужно было думать — кем стать.

И откуда у меня, эта дурацкая мысль в такой момент. Теперь ведь ей совсем не нужно думать. Но, как же так?

Я молча сел за парту и присоединился к коллективной тишине. Занятия были просто невыносимым. Все были потрясены и подавленны. На одной из перемен, я услышал, перешептывание девочек:

— Да… Прошлым вечером… Руки и ноги… Так и не нашли… Бедная Лини… Все-таки это была та самая статья. Глупое совпадение.

Домой я возвращался в подавленном состоянии. Из головы не выходило безумное лицо в шляпе. Но ведь оно выглядело таким знакомым. И тут я вспомнил.

Девять с лишним лет назад, ясный июньский день. Я подхожу к еще спящим родителям.

— Мама, Папа, где подарки?

Отец пытается нахмуриться, говоря, что я не даю им поспать в такую рань. Но у него ничего не получается и он, смеясь, достает из-под кровати большую красную коробку. Я открываю и… Внутри на меня смотрит и улыбается красавец в красном колпаке и костюме. К рукам и ногам шута привязаны тонкие прочные ниточки.

— Нравится? — спрашивает мама.

— Да очень. Мне кажется, он мне улыбается.

И мы все вместе смеемся.

Шут стал моим любимцем. Но потом я вырос и забыл про него, как и про все прочие игрушки. Какое теплое воспоминание. Кажется, я поторопился, приняв за истину, слова о том, что прошлое мертво.

Пустая квартира. Разумеется, мама ведь была на работе. Передовой инженер. Когда-то она очень любила свою профессию. А ведь всего три года прошло.

Нужно найти его. Куда я мог положить коробку? Ящик лежал под старым маминым трюмо, покрытый толстым слоем пыли. Сейчас, дорогой… Пусто. В коробке ничего не было. Но где тогда моя кукла?

— Меня ищешь? — раздался странный голос за спиной. Он как будто дрожал и переливался.

Но кто здесь может быть? Я не слышал ни каких шагов и щелчка двери тоже.

Человек, выглядевший точно так же как мой шут, стоял и смотрел на меня, слегка прищурившись. Он был с меня ростом, хотя немного горбился. Лицо покрывал толстый слой белого грима, на котором выделялся его кривой нос, а так же та самая улыбка. Только теперь она казалась мне зловещей.

— Когда меняешь размер или угол зрения — все выглядит по-другому? Иначе чего это ты вдруг остолбенел?

Я действительно не мог произнести ни одного слова.

— Аааа. Так я даже не поздоровался.

— Он присел и сделал легкий поклон — Весь мир игра, а я всего лишь кукла. Но, ты бы знал… — он покачал головой, от чего бубенчики на его колпаке зазвенели — как прекрасны руки, которые мною управляют.

— Ккто ты? — выдавил я из себя.

— Я Шут. Но ведь ты меня знаешь. Я был с тобой с самого детства. И теперь я пришел тебе помочь.

— Но как?

— Я подумал, у тебя есть одно сложное дело, — он сделал вид, что не понял, что я спрашиваю о его появлении, — Ты уже большой — мягкая рука легла мне на плечо — И, кончено, сам справишься. Но я буду рядом и в нужный момент сделаю все, что нужно.

— Как ты… — Разумеется по-своему. У меня ведь есть особое чувство юмора. Разве тебе оно не нравилось, когда-то? — Он подмигнул и растворился в воздухе.

О нет. Мне стало страшно. Что это? Навязчивые видения? Я сошел с ума. Мне нужно обратиться к врачу. Но они отправят меня в психушку. А я не хотел погубить жизнь таким образом. Что же делать? Нужно сказать маме. И попросить её совета. Нужно ли? Может, я просто напугаю её, а результата не будет никакого. Но это был серьезный случай. Я набрал номер матери.

— Да? Сынок, как хорошо, что ты позвонил.