Утро неотвратимо накатывалось на старинный город, бесцеремонно гася огни на улицах, выдавливая посетителей из баров и дискотек и укутывая все в уютную предрассветную тьму. Да — это предвестник нового дня, ведь по чьей-то прихоти два часа — еще ночь, а три часа — уже утро.
Добавить в моё избранное
17 мин, 54 сек 12063
Вадим попытался пошевелиться и понял: видимо, единственное, что ему осталось — просто слушать, слушать и ждать своей участи.
— Такой разгром устроил — а кто убирать будет? К утру все должно быть, как вчера, а не то — рассвет увидишь, клянусь Первым Укусом.
— Он очнулся, Вечная, — этот голос был повыше, чем у шефа, и, видимо, принадлежал лысому рокеру.
— Я все оплачу! — чувствовалось, что Петр Петрович смертельно испуган, — Бригада уже едет!
— Хорошо, — девушка перестала раздраженно ходить из угла в угол.
— Выполняйте.
Шаги затихли в отдалении, и парень понял, что так и лежит на лестничной клетке. Марина, видимо, нагнулась над Вадимом — он почувствовал на щеке уже привычное ледяное дыхание.
— А с тобой, мой сладкий, позабавимся, — она сладострастно вздохнула, — позабавимся… Не бойся, мои домашние животные живут долго, только не помнят хозяйку, — и Вадим с каким-то непонятным облегчением почувствовал укус, который вполне можно было назвать нежным, а очередная волна беспамятства окончательно стерла все ужасные открытия прошедшего дня.
Утром коллеги застали Вадима дрыхнущим без задних ног прямо на клавиатуре выключенного компьютера. Судя по отпечаткам на лице, именно в таком положении он и провел большую часть ночи.
Начальник, заглянувший на шум, с ироничной улыбкой глянул на смущенно оттирающего квадратные пролежни парня.
— Молодец, все сделал. Можешь быть свободен до завтра.
— С обеда же договаривались, вроде? — зевнул Вадим. Спать хотелось неимоверно, но терять оплату за весь день тоже было бы неприятно.
— Какой из тебя работник? — хмыкнул шеф, — Будем считать, что ты до обеда — по делам куда-то вышел. Ладно, я к руководству на совещание.
Вадим рассеянно кивнул, проводил взглядом Петра Петровича и начал собираться домой. Какая-то рассеянная мысль попыталась, было, пробиться из подсознания, но, испугавшись пристального к себе внимания, тут же исчезла. Начинался новый день.
— Такой разгром устроил — а кто убирать будет? К утру все должно быть, как вчера, а не то — рассвет увидишь, клянусь Первым Укусом.
— Он очнулся, Вечная, — этот голос был повыше, чем у шефа, и, видимо, принадлежал лысому рокеру.
— Я все оплачу! — чувствовалось, что Петр Петрович смертельно испуган, — Бригада уже едет!
— Хорошо, — девушка перестала раздраженно ходить из угла в угол.
— Выполняйте.
Шаги затихли в отдалении, и парень понял, что так и лежит на лестничной клетке. Марина, видимо, нагнулась над Вадимом — он почувствовал на щеке уже привычное ледяное дыхание.
— А с тобой, мой сладкий, позабавимся, — она сладострастно вздохнула, — позабавимся… Не бойся, мои домашние животные живут долго, только не помнят хозяйку, — и Вадим с каким-то непонятным облегчением почувствовал укус, который вполне можно было назвать нежным, а очередная волна беспамятства окончательно стерла все ужасные открытия прошедшего дня.
Утром коллеги застали Вадима дрыхнущим без задних ног прямо на клавиатуре выключенного компьютера. Судя по отпечаткам на лице, именно в таком положении он и провел большую часть ночи.
Начальник, заглянувший на шум, с ироничной улыбкой глянул на смущенно оттирающего квадратные пролежни парня.
— Молодец, все сделал. Можешь быть свободен до завтра.
— С обеда же договаривались, вроде? — зевнул Вадим. Спать хотелось неимоверно, но терять оплату за весь день тоже было бы неприятно.
— Какой из тебя работник? — хмыкнул шеф, — Будем считать, что ты до обеда — по делам куда-то вышел. Ладно, я к руководству на совещание.
Вадим рассеянно кивнул, проводил взглядом Петра Петровича и начал собираться домой. Какая-то рассеянная мысль попыталась, было, пробиться из подсознания, но, испугавшись пристального к себе внимания, тут же исчезла. Начинался новый день.
Страница 6 из 6
