Тьма клубилась, обступала. В ее движение вплетался голос, настойчивый и зовущий. Тени медленно расходились, обретали форму. То здесь, то там проступали тусклые пятна света, и все сильней, оглушительней становились дурманящие запахи. Они мешали думать, не давали шевельнуться.
Добавить в моё избранное
19 мин, 3 сек 11497
— Навсегда? — Райо хмурится, пытается разглядеть ее лицо, но оно ускользает, дрожит как марево над костром.
— Если я усну навсегда, мое тело умрет.
— Но душа не умрет! — Ойра вспыхивает на миг, становится видимой и снова тает.
— Будешь жить среди снов, укрывать их от чужих взоров. Здесь, во сне, ты сможешь воздвигнуть себе дворцы и храмы, взять самых красивых девушек в жены, воплотить все мечты. Ты можешь позабыть про то, что творится наяву, а можешь вершить судьбы народов, нашептывать решения вождям. Если только сделаешь то, о чем я прошу. Решай, Райо.
Слова еще слышны — но Ойры уже нет. Он зовет ее, но мир отвечает пустотой. Ее имя больше не звучит набатом, не полыхает на горизонте. Пусто, и пустота разрастается в груди, мгновения утекают.
Золотой свет качает его, словно волны. Правда ли этот свет так ярок, что навлечет беду?
Скоро, скоро закончится все. Что за дело ему, не помнящему даже своего имени, до людей, спящих сейчас, видящих сны? Что за дело ему до всей земли? Но где-то там, среди сияющих искр, — его родные, его потерянная жизнь. Где-то там томятся пленники, готовятся стать рабами лики. Но он может освободить их, он может все изменить, и… Он делает шаг, садится на трон.
Он хочет жить.
Жажда жизни разрывает сердце, громом проносится по небу, и небо темнеет. Чернота все бездонней, все глубже, земля отражает ее, свет становится черным. Тьма пылает, неистово, жарко.
Тьма ослепляет.
— Если я усну навсегда, мое тело умрет.
— Но душа не умрет! — Ойра вспыхивает на миг, становится видимой и снова тает.
— Будешь жить среди снов, укрывать их от чужих взоров. Здесь, во сне, ты сможешь воздвигнуть себе дворцы и храмы, взять самых красивых девушек в жены, воплотить все мечты. Ты можешь позабыть про то, что творится наяву, а можешь вершить судьбы народов, нашептывать решения вождям. Если только сделаешь то, о чем я прошу. Решай, Райо.
Слова еще слышны — но Ойры уже нет. Он зовет ее, но мир отвечает пустотой. Ее имя больше не звучит набатом, не полыхает на горизонте. Пусто, и пустота разрастается в груди, мгновения утекают.
Золотой свет качает его, словно волны. Правда ли этот свет так ярок, что навлечет беду?
Скоро, скоро закончится все. Что за дело ему, не помнящему даже своего имени, до людей, спящих сейчас, видящих сны? Что за дело ему до всей земли? Но где-то там, среди сияющих искр, — его родные, его потерянная жизнь. Где-то там томятся пленники, готовятся стать рабами лики. Но он может освободить их, он может все изменить, и… Он делает шаг, садится на трон.
Он хочет жить.
Жажда жизни разрывает сердце, громом проносится по небу, и небо темнеет. Чернота все бездонней, все глубже, земля отражает ее, свет становится черным. Тьма пылает, неистово, жарко.
Тьма ослепляет.
Страница 6 из 6
