Ночной рейс

Нельзя вот так с налета отрицать предположение только на основании того, что его невозможно подтвердить опытным путем. Наш мир погряз в материализме. Для всего требуется доказательство, подтверждение. Главным критерием в доказательстве того, что души не существует, является лишь то, что ее невозможно потрогать, взвесить на весах, растворить в какой-нибудь кислоте.

Он говорил с горечью и болью. Приводил доказательства, зачитывал цитаты, высказывал свои предположения. А я, помню, грешным делом думал, не сумасшедший ли сидит передо мной. Но в его глазах светился разум и убежденность в своей правоте. Сколько прошло времени, не знаю. Оно для меня просто перестало существовать.

Наконец мужчина замолчал, встал со стула и подошел к окну.

Метель закончилась. И ветер больше не рвет деревьев.

О! — выдохнул я.

— Скажите, как далеко до города?

Километров десять, — ответил он, продолжая глядеть в окно.

Я вернулся в реальность, быстро подсчитал в уме, что если выйду на дорогу, то часа за два смогу добраться до города. Воспоминания о жене сжали болью мое сердце. Я понимал, как она волнуется обо мне, не зная, где я и что со мной.

Я осмелился обратиться с просьбой к хозяину:

Не могли бы вы попросить своего слугу проводить меня до дороги?

Вы что, собираетесь отправиться ночью пешком?

Ну, еще не совсем ночь. Сейчас около десяти, — сказал я, взглянув на часы.

— К полночи я доберусь до дома. Моя жена, наверное, очень волнуется.

Белоголовый подошел ко мне, наклонился почти к уху и прошептал, словно доверяя мне страшную тайну:

А вам и не надо будет идти пешком. Скоро по дороге пойдет рейсовый автобус, и вы спокойно сможете на нем доехать до города.

Я несказанно обрадовался, и готов был уже сорваться с места, но он остановил меня:

Не спешите. Еще есть время. Мой слуга быстро доведет вас до дороги и поможет остановить автобус. Сами понимаете, здесь нет никакой остановки.

Он подошел к одной из полок, взял с нее бутылку виски, стакан, налил и протянул мне. Я стал отказываться. Он настаивал:

Выпейте. Это вас согреет и не даст замерзнуть в ожидании автобуса.

Я выпил. Виски обожгло горло, у меня даже перехватило дыхание.

Крепкий напиток, — сипло выдохнул я.

Других не держим.

Хозяин улыбался. Потом он подошел к столу, взял в руки колокольчик и резко позвонил. Слуга появился сразу же, будто за дверью ждал приглашения хозяина.

Белоголовый объяснил слуге, что от него требуется. Тот молча кивнул и отправился собираться в дорогу.

Я же долго благодарил хозяина за гостеприимство и выражал надежду на встречу в будущем. Но он отвернулся прежде, чем я закончил свои речи, и вернулся к своей работе. Мне не осталось ничего другого, как выйти из комнаты.

Старик, одетый в тулуп и с фонарем в руке, ждал меня у дверей. Он отодвинул задвижку, и мы вышли в ночь.

Метель успокоилась, но на улице начался мороз. Он пробирался под куртку и заставлял быстрее переставлять ноги. Звезд на небе по-прежнему не было. Путь освещал лишь свет фонаря в руках идущего впереди старика.

Мой проводник, вынужденный провожать меня до дороги, был недоволен и всю дорогу молчал. Я тоже не приставал к нему с разговорами. Мои мысли были заполнены странным ученым, изолировавшим себя от общества, его необычным жилищем. А потом по телу пробегала сладкая истома от ожидания скорой встречи с женой. И мысль о сладостной встрече хоть как-то согревало мое застывшее тело.

Вот и дорога, — нарушил молчание старик.

— Дошли. Сейчас, главное, чтобы из автобуса нас заметили и не проскочили мимо.

Я заволновался и предложил встать посреди дороги, чтобы нас уж точно не пропустили.

Но старик сказал:

Нет нужды. После несчастного случая водители быстро не едут по этому участку пути.

После несчастного случая? — я заинтересовался.

Да. Пару лет назад, как раз на этом участке, водитель не справился с управлением автобуса. Автобус перевернулся.

Были жертвы?

Да. Он почти пустым шел. Все, кто был в автобусе, погибли. Четверо скончались на месте. Двое в больнице. А вы разве не слышали об этой трагедии?

Возможно, я и слышал, но данный случай совершенно не сохранился в моей памяти. Поэтому я только сказал:

Как ужасно.

Да, хорошего мало.

Старик опять замолчал. Стоять на месте оказалось еще холоднее. Я притоптывал и пританцовывал, чтобы хоть немного согреться, и с надеждой смотрел в сторону, откуда должен был появиться автобус.

Наконец, где-то вдали показался свет. Мне показалось, что прошло бесконечно много времени, пока он приблизился.

Старик замахал фонарем, а я, боясь, что автобус проскочит мимо, выбежал на середину дорогу и стал, подпрыгивая, махать руками над головой.